не замечал. Разумеется, никаких разговоров по душам и близко не было. Этот был первый…
– Ну, первый блин комом! – пробормотала Дашка и немного нервно рассмеялась, припомнив дедушкино выражение… А потом разозлилась! – Круто, да? В двадцать семь лет мне папочка названивает, чтобы прямым и грубым текстом заявить, что я никому понравится не могу, потому что не красавица – глаз не отвести. Теперь я вспоминаю их с мамой разговоры… Он же постоянно обсуждал знакомых и недоумевал, когда кто-то из них выбирал не очень красивую, с точки зрения отца, женщину. Он постоянно говорил, что Иванов женился на какой-то клуше из-за недвижимости, а Петров взял в жены девицу с лошадиной мордой, потому что у той отец богатый… Если двадцать восемь лет такое слышать… Немудрено, что потом это транслировалось мне! Конечно, откуда ей знать, как выбирают мужчины, кроме как от мужчины – собственного мужа! Бедная моя мама! Столько лет слышать эту грязь, думать, что всё так и есть, а потом самой по милости отца по уши оказаться в болоте…
– Дарья, ты меня слышишь? – строго уточнил Николай Васильевич. – Ты меня поняла? Ты должна соображать головой, что раз он за тобой ухаживает, то ему от тебя что-то нужно! Скорее всего квартира. – Дарьяяяя, ты меня слышишь?!
– Да, я тебя слышу. Только вот это моё дело, с кем я общаюсь и как именно! – твёрдо заявила Даша.
– Дарья, кто тебе разрешил разговаривать со мной в таком тоне? – начал закипать Николай. Ну, уж от никчёмной Дашки он этого терпеть не собирается!
– А с чего ты взял, что можешь со мной так говорить? – холодно уточнила Даша.
– Я – твой отец! Я знаю жизнь! И знаю, как используют подобных глупеньких девиц. Я требую, чтобы ты прекратила общение с тем типом!
– Прости, но ничего подобного от меня требовать ты не можешь. И вообще, ты говоришь о красивых женщинах, о том, что живут только с ними… А как же мама? Изо всех женщин, мною виденных, она – самая-самая прекрасная, а ты её бросаешь, разводишься с ней. Встретил более красивую? Тогда к чему все эти высказывания? Ты ведёшь себя так, как тебе хочется, наплевав на остальных, вот и я, глядя на тебя так же буду!
Николай Васильевич опешил. Дашка, в отличии от близняшек, ему никогда и слова поперёк не сказала, а сейчас…
– С твоей матерью – это другое! – невольно начал он оправдываться.
– Разумеется, другое! Это же твоя жизнь… А тут – моя! И я сама решу, как, с кем и каким образом мне её прожить! Всё, пап, не стоит… Я не мама – я твои аргументы слушать не буду, просто потому, что вижу твои действия. Вы с ней оба взрослые люди, решили развестись – ваше право, только вот после этого не стоит тебе меня учить жизни! Всё, пока, я не могу больше разговаривать!
Николай Васильевич изумленно уставился на погасший экран смартфона, который он крепко сжимал в руке. – Не понял… Это она что, уже успела так втюриться в того типа, чтоб так со мной разговаривать? – сделал он свой вывод из беседы.
Даша с ногами забралась на диван, подтянула к себе подушку и устроилась в углу, гневно сверкая глазами и шипя, как разъяренная кошка.
– Ну, надо же! Глупенькая девица! И он прав! Была глупой всё детство – рада была даже простой улыбке, только не часто она мне перепадала.
Непрошенные слёзы навернулись на глаза – так жалко стало себя… ту, маленькую, и правда, наверное, не очень-то умную девочку, которая как наивный щенок ластилась к человеку, старающемуся лишний раз в её сторону не смотреть.
– Долго же до меня доходило, что я ему не нравлюсь потому, что близняшки на него похожи, а я не похожа ни на него, ни на маму, – горько пожаловалась она Коше, вынырнувшей из-за подлокотника дивана.
Марик, который как приличный кот, пусть и маленький, терпеть не мог, когда хозяйка плачет, тут же полез ей на голову, причём, правая передняя его лапа всё время сползала Дашке на нос.
– Ох, вы у меня и утешители… – невольно рассмеялась Дарья. – А вообще-то, это ведь глупо! Нет, ну правда, глупо!
Она представила, что у неё есть ребенок, и этот ребенок не так приятен на вид, как она мечтала.
– И что? Какое отношение имеют мои ожидания и мечтания к моему сыну или дочке? Да никакого – это мои проблемы, внутриголовные… И вываливать их на детей нельзя! Так кто был неправ? Нет уж, пап, я даже расстраиваться себе из-за твоего звонка не позволю! Мало ли что тебе хотелось? Я – такая как есть, и не любить меня только из-за этого было попросту жестоко!
Дашка заставила себя встать, умыться и отправиться на кухню, решив побаловать себя чем-нибудь этаким… вкусненьким.
– Я заслужила! – строго заявила она своему отражению в зеркале.
Звонок Ильи, который приглашал её пройтись в парке она встретила весьма благосклонно.
– Это я тоже заслужила! Я понятия не имею, как у нас сложатся отношения, и сложатся ли вообще, но я намерена общаться, пока меня это радует и доставляет удовольствие, а дальше – посмотрим! Вот так-то папа́!
Глава 21. Кукушка натуральная
Пару дней Дашка успешно избегала встреч с Галиной Сергеевной.
– Вот только мне апчиха такого не хватало! – посмеивалась она, выходя в магазин за продуктами. – Если я и заведу собаку, то уж точно не это… Это же концентрат нескольких овчарок в махоньком тельце! А куда мне такое, если у меня тут такой же концентрат в тиграх бегает… В Коше три тигрицы точно есть, а в Марике как минимум два тигра и ещё пара-тройка тигриных детёнышей!
Рассчитывая, сколько именно тигров поместилось в её сверхактивных котятах, Даша немного расслабилась, утратила бдительность, и…
– Дашенька, какое счастье, чудо какое, что я вас высмотрела! – Галина Сергеевна кинулась наперерез Дашке, безмятежно считающей своих тигров. – Это судьба!
– Галина Сергеевна, добрый день! Судьба что? – осторожно уточнила Даша, глядя на даму, которая волокла в одной руке Мисю, а в другой – чемоданчик на длинной ручке.
– Судьба, что вы появились! – твёрдо и решительно сказала Галина, вручая Даше чемоданчик. – Вот!
– Что вот? – Дашка изумлённо уставилась на даму, которая шустро метнулась к припаркованной рядом миниатюрной машинке и усадила чрезвычайно важного Мисю на переднее сидение.
– Это – ваше! – заявила Галина Сергеевна, и, уже заводя мотор, добавила, – Дашенька, простите меня, пожалуйста, но мне его вчера вернули, нет,
