Членами Военного совета этой группы были полковник П. А. Лапаев, полковой комиссар М. И. Дрожжин и полковой комиссар И. Н. Ломаковский. К моменту моего прибытия Дрожжин и Ломаковский также находились в войсках.
По плану проверки частей я должен был начать с артсклада, расположенного на окраине Старобельска, а затем выехать во 2-й полк и 48-й дивизион, которые находились на правом крыле фронта, на участке 9-й армии, недалеко от Изюма. Однако дела на фронте сложились так, что пришлось срочно выехать во 2-й полк.
18 мая 1942 года около 12 часов дня мы прибыли во 2-й гвардейский минометный полк. Его командир полковник И. С. Шенкер доложил, что противник прорвал фронт и наши войска отступают. Со штабом армии нет связи...
— Где ваши дивизионы? — спросил я.
— Дивизионы на этом берегу, на выжидательных позициях в лесу, — ответил полковник. — Переправить их на западный берег Донца нельзя: половодье. Есть небольшой паром, но он очень медленно ходит.
Северский Донец широко разлился, вода затопила многие деревья и кусты. Верхушки их выступали над серебряной гладью зелеными островками. Вдали слышалась артиллерийская канонада, в воздухе непрерывно кружились вражеские самолеты. Горизонт заволакивало дымом.
Было ясно, что основной бой разгорится за переправу через Донец. Поэтому я приказал полковнику Шенкеру один дивизион развернуть для прикрытия переправы, а два направить в Изюм.
Через некоторое время Шенкер доложил, что два дивизиона отправлены к Изюму, а слева, в пяти километрах, развернут 2-й дивизион капитана С. Д. Дорохова и 48-й отдельный дивизион старшего лейтенанта П. В. Логинова, там находится и командующий опергруппой.
Полковника Воеводина я нашел на наблюдательном пункте командира 48-го дивизиона.
В это время передовые немецкие части уже кое-где подходили к Северскому Донцу. Артиллерии здесь было мало, и залпы гвардейских дивизионов, возглавляемых Воеводиным, сыграли решающую роль. Продвижение гитлеровцев было приостановлено. Воеводин четко и уверенно управлял огнем. Под артиллерийским обстрелом и во время налета авиации вел себя мужественно. Видно было, что этот человек обладает большой силой воли.
Разгоряченный боем, Воеводин сказал:
— Здорово мы дали фрицам прикурить. Форсировать Донец им теперь не удастся.
— Серьезная опасность нависла сейчас над нашими частями в районе Изюма, — подчеркнул я. — Фашисты будут стремиться захватить мост. Считаю целесообразным выехать в Изюм, установить связь со штабом 9-й армии.
— Это правильно, — согласился Воеводин. — Поезжай туда и помоги Шенкеру. Да, вот еще что имей в виду: завтра утром в Изюм должен прибыть 43-й гвардейский минометный полк. Он сегодня выступил из Ворошиловграда. Постарайся его встретить.
— Непременно.
Попрощавшись с Воеводиным, я помчался в Изюм. До предела напряженный день подходил к концу. Сгущались сумерки...
С капитаном Смирновым в кромешной тьме мы пробирались лесом к Изюму, долго петляли по незнакомым лесным дорогам. У обочины дороги под деревьями увидели темные силуэты боевых машин. Это стоял дивизион 2-го полка. Разыскав командира, я спросил, почему они остановились в лесу, а не вышли к Изюму.
— Товарищ полковник, — ответил командир дивизиона, — разведка доложила, что из Изюма двигаются грузовые машины и подводы.
Я вспылил:
— Вы свою задачу знаете? Ведь вам было приказано сосредоточиться в лесу, в пяти километрах южнее Изюма, связаться с частями, обороняющими город, помочь им огнем! Предупреждаю, на рассвете буду там, где к этому времени должен быть готов к бою и ваш дивизион!
Не доезжая до Изюма километров десять, мы встретили поток машин и подвод. Некоторые тыловые подразделения и население покидали город.
Севернее Изюма в лесу мы наткнулись на артиллерийский склад оперативной группы гвардейских минометных частей Юго-Западного фронта полковника Зубанова. Начальник склада доложил, что в лесу хранятся снаряды в штабелях, вывезти их не на чем, транспорта нет, а связь со штабом группы отсутствует. Он чуть ли не со слезами на глазах умолял помочь ему.
— Отпускайте ваши снаряды 2-му и 43-му полкам Южного фронта, — сказал я.
— Да как же можно другому фронту без разрешения командования? — взмолился начальник склада.
— Всю ответственность за расход снарядов беру на себя!
Начальнику артсклада я оставил письменное распоряжение отпускать снаряды 2-му и 43-му полкам по их требованию, Зубанову написал записку, объясняющую мое решение.
Вскоре в этом же лесу мы нашли штаб 9-й армии, вернее, пока место, где он сосредоточивался. Под развесистой березой прямо на земле сидел крайне усталый командующий армией генерал-майор Ф. М. Харитонов.
Вместе с двумя офицерами он склонился над развернутой на земле картой. Я представился генералу, предъявил документы, сказал, что знаю тяжелую обстановку на участке армии и тем не менее прошу помочь вывезти снаряды.
Командующий, выслушав меня, вздохнул и проговорил с укоризной:
— Полковник, нам орудия нечем возить... — Но, подумав, сказал: — Действительно, что делать?! Не можем же мы оставить врагу секретное оружие...
Командарм вызвал начальника тыла и приказал ему весь автотранспорт тыла и штаба срочно отправить на вывозку снарядов.
— Спасибо за помощь, товарищ генерал! — обрадовался я. — Рад сообщить вам, что в район Изюма прибыло два дивизиона 2-го полка и подходит 43-й гвардейский минометный полк М-13.
— Вот это дело! Ваша помощь нам сейчас нужна до зарезу! Наши части с трудом сдерживают противника, он рвется к мосту. С минуты на минуту ждем его нового наступления...
— Задача мне ясна, — ответил я. — Разрешите действовать? К вам в штаб пришлю офицера связи. Сейчас еду встречать 43-й полк. Он на подходе к Изюму.
— Ну что ж, еще раз спасибо за добрую весть. А мы здесь никак не можем связаться со штабом фронта. От бомбежки пострадали наши радиостанции. Прошу как можно скорее поставить задачу своим дивизионам, и пусть они сами свяжутся с передовыми батальонами. Мы, к сожалению, точно не знаем, где сейчас находятся командные пункты дивизий и их штабы.
Оба дивизиона 2-го полка прибыли в указанное место и заняли боевой порядок. Вперед были высланы офицеры для поддержания связи с передовыми стрелковыми частями, занимающими оборону по западному берегу Северского Донца. Каждый дивизион выделил по десять машин для переброски снарядов.
Примерно в пятнадцати километрах юго-восточнее Изюма мы с капитаном Смирновым встретили колонну 43-го гвардейского минометного полка во главе с его командиром подполковником М. П. Гороховым. Перед ним была поставлена задача ускорить выдвижение полка и быть готовым к боевым действиям. На карте я указал Горохову районы огневых позиций и наблюдательных пунктов, а также место штаба 9-й армии, куда следовало выслать офицера связи, показал положение наших обороняющихся частей, районы, по которым, возможно, придется вести огонь, предупредил, что освободившиеся машины из-под снарядов надо немедленно направлять в артсклад группы Зубанова и в дальнейшем снаряды получать с этого склада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
