Только этого мне не хватало.
Но выхода не было.
– Хорошо, – сказала я мрачно. – Только не здесь.
– В парке, – кивнула Стеффи. – Так даже романтичнее.
Мы расплатились и вышли из кафе. Уже темнело, но я с чувством выполняемого долга поволоклась за Аларихом и Степанидкой, этой дурочкой, которая думала, что вампиры – это единственное счастье в жизни.
Кафе «Сундук мертвеца» примыкало к Новоспасскому парку, и не прошло и получаса, как мы оказались среди столетних лип и рябин. Посетителей в парке почти не было, скамейки пустовали.
– Само Небо помогает нам! – воодушевленно заметил Аларих. – Видите, какая прекрасная обстановка!
– Аларих, если ты только посмеешь нарушить свое слово…
– Тийя, успокойся.
Мы втроем подошли к скамейке под раскидистой елкой. Аромат хвои чем-то напомнил мне запах кладбища. Настроеньице, м-да…
Аларих сел на лавку и посадил к себе на колени Степанидку. Мило улыбнулся ей. Девчонка обвила руками его шею.
– Какой ты милый, – сказала она.
Я стояла, оставаясь в роли наблюдателя. Вампир и его жертва миловались как настоящие влюбленные. Видела бы это Эстрелья!
– Пора, крошка, – громко прошептал Аларих.
Она страстно изогнулась в его объятиях:
– Укуси меня, милый, укуси!
Аларих бросил на меня быстрый взгляд и аккуратно вонзил заострившиеся клыки в шею Степаниды. Та томно вскрикнула и замерла. Послышались сосущие и чавкающие звуки. Омерзительно!
Прошло минуты две. Сколько времени нужно вампиру, чтобы насытиться? А вдруг эта дурочка уже мертва?
– Аларих, – сказала я грозно, – прекращай.
Громкое сопение было мне ответом.
Я решила, что пора вмешиваться.
Я стиснула плечи Степаниды.
– Опомнись, девочка! – сказала я. – Убирайся! Хватит!
Аларих оторвался от шеи своей жертвы. Глаза его горели. Он криво усмехнулся и столкнул с колен Стеффи.
– Я сыт, мерси, – высокомерно сказал он.
Степанида, покачиваясь, встала на ноги. Была она бледна, как снятое молоко, глаза потухли, губы потрескались… Я ощутила укол жалости. Что мне делать с этой дурочкой, а?
– Стеффи, идем ко мне домой, – сказала я, все еще придерживая ее за плечи. – Я дам тебе специальные таблетки, чтобы быстро восстановить тонус организма…
– Уфф, – пробормотала Степанида. На ее губах показалась кровавая пена.
И тут она упала, как сломанная кукла. От неожиданности я не успела ее удержать.
Я бросилась поднимать дурешку. Приложила ухо к ее груди. Ее сердце не билось!
Черт побери!!!
– Аларих, тварь, ты ее выпил до капли! – заорала я на интуриста.
А он усмехнулся гнусно и сказал:
– Конечно. Никогда не испытывал такого удовольствия.
– Но ты дал слово!!!
– Дал и заберу обратно. Кто ты такая, чтобы судить меня, мертвечина?
Я аккуратно положила мертвую девушку на скамейку. Меня переполняла злоба.
– Я уничтожу тебя, вампир, – прошипела я. – Ты только и делаешь, что убиваешь. Сначала Тропилин, теперь Стеффи… Этому пора положить конец.
– Она сама этого хотела, – продолжал глумиться Аларих. – Она – Доброволец.
– Сволочь, – пробормотала я. – Какая же ты сволочь, Аларих!
Он встал со скамейки и расправил крылья:
– Пора научить тебя хорошему тону, мертвечина. Никто и ничто не смеет безнаказанно меня оскорблять!
– Хочешь биться? – Я оскалилась. – Будет тебе драка.
Вампир оскалился в ответ и бросился на меня.
Его первый удар напоминал удар цунами о жилые кварталы какого-нибудь приморского города. Меня зашатало, но я выдержала. И ударила в ответ.
От моего удара противник отлетел на несколько метров, кубарем прокатился по асфальту. Но тут же вскочил, расправил крылья и взлетел. Потом спикировал сверху на меня.
Но я ждала такого выпада и хорошо подготовилась к нему. Своей правой рукой, как бейсбольной битой, я размахнулась и ударила вампира в солнечное сплетение. Он согнулся пополам, оставив незащищенной верхнюю часть спины. Я увидела основания его крыльев и вцепилась в них руками. Я вырву твои крылья, проклятый вампир! Я разорву тебя на части!..
– Остановитесь! – из запредельной дали услышала я тоненький, жалкий голосок. – Остановитесь!
Я стиснула руками шею Алариха. Он захрипел, вырываясь…
– Да перестаньте вы драться! – Снова этот тонюсенький голосок!
Кто смеет мне мешать?!
И тут меня что-то укололо в лодыжку. Да как больно! Я дернулась и разжала руки. Аларих мешком упал к моим ногам. Впрочем, он тут же вскочил и рванул ввысь, хлопая крыльями. Он просто сбегал, сбегал как трус, как нашкодивший щенок!
Я проводила взглядом силуэт летящего вампира и сердито выдохнула. Нет, каков подлец, а?
Снова укол в лодыжку и детский голосок:
– Хватит психовать, а?
Я обратила свой взор вниз и увидела потрясающее существо. Оно напоминало луговую собачку, так как стояло на задних лапах (ногах?). В передних лапах (руках?) оно держало наперевес, как копье, перьевую ручку с золотым пером. Этим-то пером оно меня и кололо. Размеры существа были самые скромные, мордочка напоминала мордочку чихуа-хуа (и ушки такие же). Глаза были большие, круглые и ярко-фиолетовые, с продольным зрачком. У него на голове красовалась крохотная бейсболка, а одето оно было в маечку с логотипом пива «Балтика» и шортики. Все маленькое, но очень симпатичное.
– Ты кто? – спросила я существо.
– А ты кто? – В ответ существо поудобнее перехватило ручку.
Я умилилась.
– Так нельзя, – сказала я, сдерживая улыбку. – Ты должен ответить, потому что я старше и я первая спросила.
– Во-первых, не должен, а должна, – выразительно покачивая ручкой, сказала малютка. – А во-вторых, мне уже четыреста лет. Так кто кого старше?
Я опустилась перед ней на корточки:
– Хорошо, будь по-твоему, я представлюсь первой. Я умертвие, и меня зовут Тийя.
– Меня зовут Майя, и я байбайка.
– Бабайка?
– Нет, байбайка, – поправила меня кроха. – Я внучка деда Байбая. Ты что, не знаешь, кто такой Байбай?
– Я знаю, кто такой Бабай, – недоумевая, сказала я. – Про него еще песню Иващенко с Васильевым сочинили:
Ах, Бабай, все его боятся,Хоть он никому не навредил.Ах, Бабай, всяко может статься,Ты на всякий случай уходи.
– Бабай – это тот, кем детей маленьких пугают, чтобы они побыстрее засыпали, – с видом знатока сказала Майя. – А Байбаем пугают взрослых.
– А что, взрослых тоже пугать надо, чтобы они заснули?
– Некоторых надо. Но вообще-то мой дедушка давно никого не пугает. Он другим делом занимается – сны хорошие людям посылает.
– А ты чем занимаешься, Майя?
– А я пока учусь. В колледже для мелкой нечисти. Сама видишь, рост у меня…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
