Мирослава ровным голосом.
– Ничего я не путаю. Мне Алёна сама плакалась, что жена друга мужа пыталась увести его из семьи.
Это было для детективов полной неожиданностью.
– Мы ничего не слышали об этой истории, – сказала Мирослава. – Вы, случайно, не знаете, когда Архиповы будут дома?
– Эдик с детьми на каток уехал.
– Откуда вы знаете?
– Алёна сказала.
Детективы уже поняли, что Алёна это жена Эдуарда.
– А где сама Алёна? – спросила Мирослава.
– Сказала, что по магазинам пробежится и займётся домашними делами.
– Она давно ушла из дома?
– Часа два уже будет. Если она вам так уж нужна, то заходите и подождите у меня.
– Спасибо, – улыбнулась Волгина, она догадалась, что соседка под видом гостеприимства собирается поживиться информацией, которую надеялась вытянуть из них. – Мы лучше на улице подождём.
– Как хотите, – передёрнула плечами женщина и захлопнула дверь.
– Не дай бог иметь таких соседей, – тихо шепнул Мирославе Морис.
Мирослава в ответ грустно улыбнулась, она догадалась, что жена Архипова обронила что-то вскользь во время разговора с соседкой, не справившись с эмоциями, а соседка уже раздула из мухи слона. Это говорит только о том, что, как бы тебе ни было плохо, язык следует держать за зубами, чтобы потом не пришлось сожалеть об излишнем доверии, оказанном посторонним людям.
Спустившись на один лестничный пролет, Мирослава подошла к окну и посмотрела во двор. Что она там увидела, Морис не знал и продолжал медленно спускаться вниз. Мирослава вроде бы последовала его примеру, но замешкалась возле почтовых ящиков, а Морис тем временем уже дошёл до двери, которая внезапно распахнулась, и на него буквально налетела женщина в коротком сером пальто с двумя сумками в руках.
– Ах! – воскликнула она. Одна из сумок вырвалась из её руки и точно бы упала на пол, если бы Миндаугас не успел её подхватить.
– Извините, – сказал он.
– Я сама виновата, – смутилась женщина.
Мирослава решила прервать милое воркование своего помощника с незнакомкой и заодно выяснить её личность. Она спустилась вниз и спросила:
– Вы Алёна Архипова?
– Да, – удивлённо ответила женщина.
– Мы приходили к вам в гости и дома никого не застали, – делано простодушно сообщила детектив.
– Правда? – переспросила Алёна Архипова и растерянно вгляделась в лица детективов.
– Мы не знакомы, – успокоила её Мирослава, – ваш адрес нам дала Ксения Савельевна Авдеева.
– Зачем?
– Давайте поднимемся к вам, – предложила Мирослава, – или спустимся и поговорим в нашей машине.
– Лучше пойдёмте к нам, – решилась женщина.
– Разрешите? – проговорил Морис и взял из рук Архиповой обе сумки.
Когда они оказались в квартире, Алёна Архипова сказала:
– Вы проходите в комнату, – она махнула рукой в сторону одной из открытых дверей, – а я только сумки на кухне разгружу.
– Хорошо, только можно мы снимем куртки?
– Да, конечно, вешалка позади вас, – хозяйка сделала неопределённый жест в сторону шкафа и скрылась из вида.
– Чего же она сама не разделась? – недоумённо спросил Морис так, чтобы его услышала только Мирослава.
– Может, у неё в сумке мясо или рыба потекли, – также тихо отозвалась она.
– Всё равно, – упрямо проговорил Миндаугас, – к тому же сумки нёс я, и если бы из них капало, то заметил бы.
– Хозяйственный ты мой, – улыбнулась Волгина.
Он совсем уж было собрался спросить её, хорошо это или плохо, но вовремя сообразил, что чужая прихожая не лучшее место для дискуссий.
Детективы разделись, вошли в комнату, которая оказалась гостиной с новомодными светильниками, кожаной мягкой мебелью, оранжевыми портьерами и со столом в центре, накрытым оранжевой же скатертью.
– Диван? Стулья? – взглядом спросила Мирослава.
Он шагнул к столу и, достав один из стульев, поставил перед ней, взял второй стул и сел на него.
Вошедшая спустя несколько минут Архипова оглядела своих незваных гостей и взяла себе третий стул. Потом спросила:
– Вы всё-таки объясните мне, что случилось? Зачем Ксения Савельевна прислала вас?
– Мы частные детективы, – сказала Мирослава и показала женщине оба удостоверения.
– Частные детективы? Ничего не понимаю.
– Убили Нину Авдееву.
Глаза женщины сузились.
– Нинку убили? – переспросила она.
– Увы. А в убийстве пытаются обвинить её мужа Михаила.
– Но Миша не мог никого убить! – воскликнула она.
– Мы рады услышать это от вас.
– Неужели её правда убили? – Алёна Архипова выглядела растерянной.
Мирослава протянула женщине свой телефон и показала фото убитой Нины Авдеевой.
Архипова вздрогнула, но тем не менее рассматривала фотографию больше минуты, словно пытаясь убедиться, что снимок не является постановочным.
Когда она вернула телефон, Мирослава проговорила:
– Ваш муж и Михаил Авдеев дружили много лет.
– Дружили, – согласно кивнула Алёна.
– Ксения Савельевна рассказала, что позднее вы много лет дружили семьями.
Архипова ничего не ответила, тщательно рассматривая свои руки.
Мирослава подождала, потом спросила:
– Алёна, вы хотите помочь Михаилу?
– Да, хочу, – ответила женщина.
– Тогда скажите нам, пожалуйста, что заставило вас положить конец этой дружбе.
– Она, – женщина кивнула в сторону телефона Мирославы.
– Что же она такого сделала?
– Она… она, – прошептала Алёна, – соблазнила Эдика, – женщина тихо всхлипнула.
– Вы уверены? – на всякий случай спросила Мирослава.
– Да, я нашла в нашей постели её лифчик.
– Откуда вы знаете, что это именно её лифчик?
– Сначала я этого не знала, – женщина заломила руки, – просто поняла, что мой муж изменил мне на нашем супружеском ложе. Я набросилась на него! Стала требовать признания!
– И он признался?
– Да, сказал, что это Нина! Что он переспал с ней и сам не знает, как это случилось. Я не могла поверить своим ушам! Стала кричать, как он мог пойти на это?! Ведь Миша его друг! А Эдик стал уверять меня, что это произошло совершенно неожиданно для него. Спонтанно! Вы верите?
Мирослава бросила на Мориса взгляд, умоляющий о помощи. И Морис сказал то, во что сам не верил:
– Так иногда бывает у мужчин.
– У вас тоже было?! – неожиданно сверкнула в его сторону глазами Алёна.
– У меня не было, – холодно ответил Морис, – но у всех разный темперамент.
– Да! – выкрикнула женщина. – Темперамент разный! И совести нет! А при отсутствии совести можно оправдать любую распущенность.
Воцарилась пауза, которую нарушила Алёна.
– Я не хотела терять мужа, – призналась она. – У нас двое детей. Они-то в чём виноваты.
– Ни в чём, – ответила Мирослава.
– Я тоже так подумала, и так как Эдуард вымаливал у меня прошение, я решила дать ему шанс.
– Вы простили мужа?
– Простила, – кивнула Алёна, а потом добавила: – Или почти простила. Но я не могла поверить ему до конца. Он клялся и божился, что у них это было всего один раз и что больше никогда не повторится.
– Я думаю, что ваш муж сказал правду, – подал голос
