— Нет, спасибо. Я и так слишком злоупотребила вашим вниманием. Вы очень добры, мисс Пейдж. Я не забуду этого.
«И я тоже», — подумала Ванесса, радуясь тому, что вечер почти закончился. С точки зрения образовательной ценности визит оказался пустой тратой времени.
Когда наконец автобус с девушками, махавшими руками в зеленых рукавах, завернул за угол, Ванесса вернулась в дом, теперь хорошо понимая, что имел в виду Брент, когда говорил о сезоне посещений. Большой зал встретил девушку благословенной тишиной и пустотой, причем все следы «необыкновенного праздника», как назвала это действо одна из девушек, были уже уничтожены энергичной командой под руководством Эмми.
— Я рад, что вернулся домой, — с удовлетворением заметил Джерард, вошедший следом за ней. — Это, несомненно, значительно лучше, чем сидеть в офисе каменоломни.
— А как же Брент? — спросила Ванесса. — Вряд ли он будет доволен, что вы прогуляли вторую половину дня.
— Он не узнает, если только вы не скажете. Он поехал прямо из дома в Шеффилд и до шести не вернется.
— А прислуга?
Джерард пожал плечами:
— Я не думаю, что кто-то из них наябедничает. Но допустим, это случится. И что из этого? Как партнер по бизнесу, я имею право распоряжаться своим рабочим временем по собственному усмотрению.
«Если он так считает, то почему просто не сказал Бренту, что не вернется на каменоломню после завтрака? — скептически подумала Ванесса. — Боится своего кузена?»
И сама же ответила на этот вопрос. Нет, Джерард не боится Брента в физическом смысле… но старается избежать его саркастического, раздраженного тона, с которым непременно столкнулся бы при всякой попытке таких объяснений. Она не могла его осуждать. Брент умел морально уничтожить человека, даже не сказав ни слова. С другой стороны, она понимала и Брента — его презрение к нежеланию Джерарда относиться к жизни серьезно. Ему самому даже не пришло бы в голову прогулять, и вполне естественно, что он ждал от своего партнера такого же ответственного подхода к бизнесу.
— Я пойду выпущу Тобера, — переменила Ванесса тему. — Когда приехали девочки, я заперла его в кабинете.
— А где вы заперли мою мамашу? — ухмыльнулся Джерард.
— Мне не пришлось этого делать. Она отправилась на вечеринку в женский клуб. Так что все сложилось удачно. — «И, к счастью, обошлось без грозы», — мысленно добавила она, входя в кабинет. Эмми все же не удалось добавить ко всем ее огорчениям еще и выговор за грязные следы на полу.
Брент приехал домой к ужину. Он увидел девушку на галерее и ждал, пока она дойдет до лестницы, стоя прямо под портретом своего деда.
— Ну, — с улыбкой спросил он, — как все прошло?
— О, прекрасно! Без сучка и задоринки!
Глаза Брента блестели.
— Лгунья! Вы сказали Норе, что рады были, когда группа уехала!
— Ну хорошо, — сдалась Ванесса. — Вы были правы, а я заблуждалась. И если вы повторите то, что я вам говорила, я… я…
— Что же? — весело спросил Брент.
— Уйду в отставку! — пообещала она.
— Но, конечно, при условии, что я приму эту отставку? — сухо заметил мистер Мэллори. — Идемте, нас уже ждут в столовой.
Глава 9
В пятницу настроение Эмми не особенно улучшилось. Ванессе казалось, что куда бы они ни пошла, повсюду натыкалась на экономку, так что девушка даже начала думать, что та нарочно попадается ей на дороге, чтобы насолить «этой молодой выскочке-секретарше», бесцеремонно нарушившей установленный раз и навсегда распорядок.
— Она не на шутку рассердилась на вас, — пробурчал Беннет, который нес в холл охапку дров и встретил на пути Ванессу.
Не было нужды спрашивать, кого он имел в виду.
— Она скоро забудет об этом, — спокойно ответила девушка. Ей не хотелось еще больше накалять страсти, и она просто хитро улыбнулась старику: — Во всяком случае, пока она повсюду за мной ходит, не будет надоедать вам, Беннет. Надо ловить момент!
— Да, — хмыкнул он. — Я так и сделаю.
В кабинете, по крайней мере, Ванессу никто не тревожил, да и гости, приглашенные на ужин, вряд ли зайдут сюда. Девушка провела остаток утра, приводя в порядок бумаги, а после обеда уселась на диване перед огнем с антологией поэзии, принадлежавшей Бренту, уверенная, что раньше следующего вечера не понадобится хозяину.
— Не перерабатывайте, — сказал он в конце недели. — Вы себя измучаете! Превратитесь в…
— Истощенное создание? — вставила она, не подумав, и увидела, что Брент улыбается.
— Именно. Это одно из любимых выражений Мойи. — Он помолчал, а затем внезапно добавил: — Похоже, что вы и Мойя хорошо ладите. Она сказала мне, что вы ездили верхом вчера?
— Вы не против? — быстро спросила Ванесса. Он удивленно взглянул на нее:
— А почему я могу быть против? Я просто говорю вам, что вы работаете слишком усердно. Если Мойе удается хоть немного отвлечь вас, я попрошу ее почаще приходить по вечерам. — Брент закурил сигарету, наклонился вперед, чтобы стряхнуть пепел в пепельницу на столе, и пристально взглянул снизу вверх на Ванессу. Она стояла возле своего стола. — Вы на пределе, — произнес он неожиданно. — Вы очень изменились за эту неделю. В чем дело, Ванесса? Вас огорчило что-нибудь?
— Нет, — резко ответила она и увидела, что Брент недоверчиво поднял брови. — Просто я немного устала.
— Дело в этом? — спросил он холодно. — Я не заслужил вашего искреннего ответа, Ванесса?
— Мне больше нечего вам сказать, — ответила девушка и быстро добавила: — Мы сегодня будем работать?
— Нет, в этом нет необходимости, — сказал Брент и, помолчав, добавил: — Вы сделали достаточно за двоих. — Он откинулся на спинку кресла. Выражение его лица внезапно изменилось. — Ложитесь пораньше спать.
Ванесса привезла с собой в Рейлингс два вечерних платья, причем одно из них было куплено за день до отъезда. Девушка подумала, что оно может ей понадобиться, но главная причина была в том, что платье так понравилось ей, когда она увидела его в витрине магазина, что внезапно ей страшно захотелось приобрести его. Именно это платье она решила надеть вечером, когда придут гости… Ванесса была уверена, что будет приглашена на ужин как один из членов семьи. В половине восьмого она критически оглядела себя в большом зеркале и сделала вывод, что обладает хорошим вкусом.
Так и было. Платье из черного джерси исключительно простого покроя прекрасно сидело на ее стройной фигуре. Вырез был довольно глубоким, но не вульгарным, и открывал нежную шею. Ванесса не надела никаких драгоценностей, только золотой браслет, который если и не был сделан мастерами эпохи Возрождения, то, во всяком случае, производил такое впечатление. Это был подарок деда к ее совершеннолетию, специально заказанный им для внучки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
