Читаем без скачивания Разборки авторитетов - Евгений Сухов

Варяг внимательно следил за тем, как из белого «Мерседеса», напоминающего огромную хищную рыбину, вышел вальяжный мужчина лет тридцати с небольшим. Он скорее напоминал преуспевающего бизнесмена, чем киллера. Черты его лица показались Варягу действительно знакомыми, и через секунду он уже не сомневался в том, что человек, шагавший в сторону бара, учился у Сержанта. По обе стороны от него шли два телохранителя. Они чем-то напоминали своего босса – были так же молоды и жизнерадостны. Он весело, энергично жестикулируя, рассказывал о чем-то своим спутникам, а те реагировали на каждое слово шефа громким смехом.

Нестеренко с интересом наблюдал за тем, как бывший киллер, а ныне респектабельный бизнесмен шел от машины к дверям бара.

Вдруг какая-то неведомая сила ударила бизнесмена и швырнула на капот стоявшего рядом автомобиля.

Вскрикнула женщина, сидевшая рядом за столиком, а телохранители, словно загипнотизированные ужасным зрелищем, наблюдали за тем, как их босс медленно сползает с радиатора чужой машины, раскинув в стороны руки. Они запоздало подхватили безжизненное тело босса.

– Господи! – вымолвил один из парней, разглядев на лбу у шефа дырку. – Он мертв! Откуда стреляли?

– Кажется, из того дома, – махнул один из телохранителей в сторону многоэтажки. – Давай туда! Он может уйти проходными дворами. А я пробегусь по этажам!.. Эй, кто там в баре?! Сюда! Быстрее! – кричал он перепуганному официанту, поддерживая тело мертвого хозяина. – Будь здесь, пока я не вернусь. Да крепче держи, не видишь, грязь под колесами! Пусть из бара скатерть принесут, шефа положить надо.

Нестеренко безучастно наблюдал за всем происходящим, потом таким же равнодушным взглядом проследил за тем, как телохранитель скрылся в доме.

– Кофе выпит, – объявил он, – пора идти. – Егор Сергеевич положил под рюмку деньги и, взяв со стола шляпу, надел ее. – Кажется, я окончательно продрог. Как приду, непременно приму аспирин.

С минуту Варяг и Нестеренко шли молча.

– Это и есть ваш сюрприз, Егор Сергеевич?

– Да, Владик. А ты чем-то недоволен? Или, может быть, ты сожалеешь о случившемся? Человек, которого только что застрелили, и есть тот самый киллер, что покушался на тебя в Париже. Если бы ему тогда удалось выполнить задание Сержанта, многое из задуманного мне пришлось бы делать одному. Ты понимаешь, я не могу простить ему такую дерзость. А теперь мне пора. Береги себя и помни, как много на тебя поставлено.

– Я постараюсь быть осторожным.

– Не забывай меня. Знай, что здесь, в России, есть человек, который тебя всегда поймет и поддержит.

Нестеренко махнул рукой и, не оборачиваясь, неторопливой походкой праздного пенсионера зашагал в сторону метро.

Раздался вой сирены, а следом из-за поворота на огромной скорости промчались две милицейские машины.

Глава 30

На следующий день с раннего утра квартира антиквара, где поселился Варяг, напоминала скорее приемную главы какого-нибудь крупного правительственного учреждения.

Строго по расписанию, начиная с восьми утра, к смотрящему России на доклад прибывали авторитеты со всех концов страны и даже из-за рубежа. По распоряжению Ангела все эти уважаемые люди свои машины ставили в одном-двух кварталах от дома, а далее шли пешком, сопровождаемые телохранителями и встречающими. Процедура чем-то напоминала паломничество верующих в Иерусалим или в Мекку.

Варяг встречал посетителей сдержанно, по-деловому. Был краток и предельно конкретен. Так, например, на приветствия и заверения в верности и лояльности липецкого вора отвечал просто:

– Верность, Вован (такое погоняло было у гостя), прежде всего в твоих интересах. Замечу обратное, разговор у нас будет коротким. А что касается лояльности, так она выражается прежде всего в том, что ты ровно через две недели внесешь в общак сумму, которую задолжал. Да-да, не делай круглые глаза, задолжал с прошлого года. Через две недели лично проверю. Имей в виду, никакие причины не могут служить оправданием для тебя. Все понял? Молодец. Впредь, что положено, должно быть в общаке и без задержек. Месяц подходит к концу – бабки должны быть там, где и надлежит. А попробуешь крутить деньгами и компостировать мне мозги трудностями и вашей бедностью – будешь иметь дело лично со мной. Яйца у тебя не железные.

– Варяг, да я и в мыслях не держал… – вздохнул расстроенный Вован.

– Верю, верю. Но доказывать будешь делом. И, кстати, наведи там у себя в Липецке порядок. Хватит убивать. Хватит пугать людей. Все понял? Тогда ступай. Время дорого. Кроме тебя, сегодня еще со многими нужно переговорить.

В течение дня через кабинет Варяга прошла почти вся Россия. Не многие решались спорить со смотрящим. Возражения и доводы Варяг внимательно выслушивал. На деловые предложения реагировал моментально, кивая Ангелу:

– Разберешься. Это интересно. Что дальше?

Дельные предложения Варяг улавливал с полуслова. Это нравилось его гостям, и они с удовольствием делились своими мыслями. Но тут же наталкивались на резкие, отрезвляющие слова нового хозяина:

– Не надо жевать. Тут все ясно. Давай действуй. Я же сказал, с Ангелом обсудишь. С ним решите, чем мы вам сможем помочь. Что еще?

Деловая манера общения Варяга многих восхищала, но кое-кого из тугодумов ставила в тупик. Варяг про себя отмечал, с кем можно иметь дело, а к вечеру вместе с Ангелом и Трубачом подвел итог:

– Вижу, люди в основном правильно понимают поставленные задачи. Но, Ангел, явились ведь не все? Верно? В чем дело? Как это понимать?

– Варяг, это тот самый случай, требующий хирургического вмешательства. Я говорил и с кемеровскими, и с питерскими, и с другими. Они не совсем правильно понимают решение нашего схода. Так что нужно тебе что-то предпринять. Может, придется слетать и в Хабаровск, и во Владик. Там, на Дальнем Востоке, давно пора навести порядок. Да и в Екатеринбурге не все так…

– Ясно, не продолжай, Ангел. Я все понял. Завтра ты едешь в Питер договариваться о встрече. А ты, Трубач, решай вопросы с другими. Мы их по очереди навестим. Если гора не идет к Магомету, то он «навестит» ее непременно. Пусть в Екатеринбурге соберут сход. Посмотрим расклад сил. Если на сходе свердловские скажут нам «нет», будем действовать по-своему. И пусть потом не обижаются на превратности судьбы. Согласны?

– Согласны, Варяг, – в один голос сказали Трубач и Ангел.

– Ну, тогда с богом.

В Санкт-Петербург Варяг прибыл в сопровождении Ангела и Трубача. Давно в городе на Неве не было такого авторитетного представительства законных. Слухи о прибытии крестного отца мгновенно облетели весь блатной мир Северной столицы. И это невзирая на строжайшую конспирацию и на то, что приехали они весьма скромным образом. Ранним утром в понедельник серебристо-серая «Волга» въехала в Питер по Московской трассе и, как говорится, никуда не сворачивая, направилась к гостинице «Астория», где были забронированы места.

Бандиты, не жаловавшие законных, на этот раз оказали честь представителям всероссийского схода. У гостиницы, где остановился Варяг, неотлучно дежурили около десятка «быков», готовых в случае необходимости выпустить в покушающегося на жизнь гостей весь арсенал имеющихся боезапасов. Делалось все это довольно профессионально и совершенно незаметно для обывателей, торопящихся по своим делам. И тем не менее такое сборище бойцов напоминало демонстрацию силы, а иногда все же кое-кто из прохожих на улице оборачивался на группу молодых людей с напряженными и хмурыми лицами. Эта помпа была не по душе Варягу, и он попросил Ангела сделать так, чтобы бойцов отправили на все четыре стороны.

Лидером питерских бандитов был Сергей Тарасов, который был больше известен как Стреляный. Необычное прозвище к нему прилипло несколько лет назад, когда в одной из разборок ему прострелили легкое. На заре мужания он любил показывать затянувшуюся рану, а иной раз, пугая многочисленных недругов, рвал на себе рубаху и, тыча пальцем в развороченную грудь, кричал на всю округу:

– Вот сюда стреляй! Да смотри не промахнись, получше целься! В меня уже такие, как ты, пытались стрелять! Но что из этого вышло?! Посмотри на меня, я живой! Я бессмертный!

Обладая завидным мужеством, он мог идти даже на заряженный ствол, и его приятели помнили случай, когда лидер враждебной группировки ткнул пистолет в левую сторону груди Стреляного и нажал на курок, но вместо ожидаемого выстрела последовал сухой щелчок. Стреляного спасла осечка.

С тех пор многие стали говорить о том, что в облике Стреляного кроется нечто мистическое.

Свое восхождение на «бандитский» олимп Санкт-Петербурга он начинал как обыкновенный рэкетир, сумевший обложить данью всех частных торговцев вблизи Гостиного Двора. Среди торговцев встречались строптивые, с ними поступали просто – отвозили за город и зарывали по горло в землю. И уже через полгода он был признанным хозяином части Невского проспекта – в распоряжении Стреляного теперь находилось несколько десятков отмороженных «гвардейцев». Позже он значительно расширил свой бизнес, и ему уже было мало копеечной дани – он стал отнимать машины у «провинившихся» и прибирать к рукам многочисленные мелкие предприятия. Это было вначале.