Может, Колючка была права и стоило оставить все, как есть? Хоть его родители и жили в разных местах, он все равно чувствовал их внимание и заботу гораздо чаще, чем это было, когда они жили вместе… К тому же их желание развестись не зависело от дурацкой книги…
Но Пит не мог быть таким эгоистом. У мамы намечался показ новой коллекции, а у папы – встреча с крупным клиентом, который заказал рекламу туалетной воды. Справятся ли они с делами друг друга? И с той жизнью, которую вынуждены вести по его вине? Разве отцу легко быть женщиной, а матери – мужчиной?
Все эти вопросы заставляли Пита чувствовать себя виноватым, и он понимал, что только он может решить эту проблему. Воспользовавшись советом Колючки, он решил подождать немного, а потом, если ничего не изменится, пойти на поклон к госпоже Эльве. Пусть превращает его в червяка или в жабу. Он это заслужил. Лишь бы только она помогла его родителям!
Удрученный неприятностями, Пит подумал было написать Дженнифер и отменить встречу, перенести ее на другой, более радостный день. Но захочет ли она вообще с ним встречаться? Не обидится ли? С ее стороны – это милость, которую он должен принять с благодарностью… И потом, сколько он мечтал об этом свидании, сколько грезил им! Еще совсем недавно он не мог даже поверить в то, что Дженни удостоит его такого внимания…
И еще он все время думал о Колючке и Синди. Они прекрасно подходили друг другу: веселый паренек-мусорщик и безбашенная девчонка-оторва, готовая совершить любое безрассудство ради своих друзей… Эта мысль наполняла его душу ядом, заставляла тоскливо сжиматься сердце. Он и сам не понимал, что с ним происходит. Триш так неожиданно стала его подругой, а потом… Потом превратилась в самого близкого ему человека. Даже ближе родителей. И ближе Руперта…
На свидание он явился раньше срока и долго бродил туда-сюда вдоль обшарпанной деревянной скамейки. Прошло полчаса, а Дженнифер все не было. Может, она подшутила над ним? Поняла, что он влюблен, и захотела посмеяться? А он, как дурак, ждет ее уже полчаса. Да еще притащил браслет, подарок миссис Пирс. «Отдай его девочке, которая тебе нравится… Пусть она поймет, как тебе дорога…» Эти слова не выходили у него из головы… Дженнифер опаздывала. Вот уже на сорок минут.
Наконец она появилась. Сердце Пита подпрыгнуло: такой красивой он не видел эту девчонку еще никогда. На ней был короткий белый плащик и пышная юбка, голубой волной выплеснувшаяся из-под плаща. Волосы, прихваченные блестящими заколками, жидким золотом стекали по плечам. На ногах у нее были туфли на высоком каблуке. И без того не маленькая, она казалась в них еще выше. Пит даже испугался, что по сравнению с ней будет выглядеть совсем коротышкой.
Когда она подошла, он окончательно растерялся. Это все-таки не шутка. И не бред его больного воображения. Дженнифер Китс, самая красивая девчонка в классе, стоит рядом с ним, нарядная, одетая специально для него, Мышонка-Пита…
– Какая ты красивая… – робко произнес он. – Я никогда тебя такой не видел.
– Ничего подобного, – кокетливо улыбнулась Дженни. – Вообще-то я всегда красивая…
– Ну да, конечно, – промямлил Пит, осознав свою оплошность. – Ты самая красивая девочка в классе.
Дженнифер улыбнулась, довольная новой победой, и запросто взяла Пита под руку.
– Куда пойдем? – борясь со смущением, поинтересовался он. – Может, поедим хот-догов?
Дженни скривилась.
– Ну вот еще, буду я есть всякую гадость. Пригласи меня в кафе. Я, может быть, соглашусь…
Питу показалось, что она кого-то копирует. Дженни пыталась вести себя, как взрослая, вот только перебарщивала с жеманством.
– Пойдешь со мной в кафе? – подыграл он, желая сделать ей приятное.
– Ну что-о-о ж… – манерно протянула она. – Почему бы и нет?
Они зашли в небольшой кафетерий, расположенный рядом с парком. Пит заказал Дженни кофе с мороженым и пирожок с вишней, а себе – папины любимые пончики с клубничным джемом.
Дженни выбрала самый неуютный столик – в центре кафе – и присела за него с видом коронованной особы. Пит заметил, что ей нравится ловить взгляды сидящих вокруг людей и она всячески пытается привлечь их внимание. Его же, напротив, бесило это людное место и столик, который она выбрала. Он предпочел бы сесть около окна.
– Расскажи мне о себе, – предложил он, чтобы как-то начать разговор.
– Что значит: расскажи о себе? – недоуменно поинтересовалась Дженнифер.
– Что тебе нравится, чем ты увлекаешься, как ты любишь проводить выходные, – перечислил Пит. – Да все, что угодно. Мы же почти ничего друг о друге не знаем.
– Разве? – удивилась Дженни. – Но мы учимся в одном классе…
– Что с того? Я знаю о тебе только то, что ты – самая красивая девочка. А ты – только то, что меня вечно колотят Лиланд и Пэйн. Ну скажи хотя бы, почему ты решила со мной встретиться?
Дженни смутилась, и Пит с удивлением обнаружил, что она смущена гораздо сильнее, чем он сам.
– Ну… я… Ты нравишься Колючке, а мы с ней – соперницы, – торопливо объяснила она. – Разве я должна ей уступать?
– Чего-чего? – опешил от таких откровений Пит. – Во-первых, Триш – моя подруга. Во-вторых, у нее есть парень. В-третьих, никакие вы не соперницы. Вы настолько разные, что вас невозможно сравнивать. К тому же в классе ее не любит никто, кроме нас с Рупертом.
– Зато уважают, – серьезно заметила Дженни. – А это подрывает мою репутацию самой значительной девочки в классе.
– Что за бред? – расхохотался Пит. – Как ты можешь дергаться из-за таких нелепых вещей? – Он был уверен, что Колючка никогда не думает о подобных глупостях.
Дженни не на шутку обиделась.
– Ничего и не бред, – скривила она кукольное личико. – Это очень важно. Ты, Мышонок, видно слишком маленький, чтобы это понять.
– Наверное, – кивнул Пит, чтобы не злить ее еще больше. – Но, может, ты все-таки расскажешь о себе? – напомнил он.
– С удовольствием, – просияла Дженни.
Оказалось, что больше всего она любит говорить о себе. За полчаса, которые они просидели в кафе, Пит услышал подробный рассказ о том, как она ходит с матерью за покупками, как ей купили новый сотовый, как она любит красивую одежду, как ей нравится сидеть в кафе, как мальчишки ее боготворят, как Лиланд замучил ее ухаживанием, как ей нравятся пирожки с вишней… Она могла бы продолжать этот рассказ до бесконечности, если бы Пит ее не остановил:
– Ну а… что тебе нравится читать? Ты любишь стихи?
– Стихи… – Дженни равнодушно повела плечами. – Не знаю ничего глупее. Мама говорит, что стихи пишут только неудачники. Которым больше нечем заняться.
Прекрасно… – подумал Пит. А я и не догадывался, что Катулл, Петрарка и Данте – всего лишь кучка неудачников, у которых не было других дел… Кстати, и он тоже… Раз писал стихи, посвященные его горячему чувству к Дженнифер Китс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
