— В море только не прыгай! — посоветовала мне Кристин и кисло усмехнулась. — Корабль не обгонишь.
— Они уходят от нас все дальше… — беспомощно пролепетал я. — Все дальше.
— Наверное. Однако ветер крепчает! — Кристин по-матросски лихо сплюнула далеко за борт и проследила за судьбой плевка на поверхности воды. — Мы неплохо разгоняемся, Джон. Так значит, с помощью какой-то штучки ты обзавелся разноцветными глазами и теперь видишь ими, где сейчас ваша распрекрасная Моник?
— Да! То есть нет… — я едва вспомнил, о чем меня предупреждал Дюпон. — Теперь я знаю, где находится клад, за которым спешит Гомеш, и могу отвести туда «Ла Навидад» без карты!
— Тебе и компас не нужен, как я погляжу! Интересно лишь, отчего Клод сам этим не занялся?
— Оттого, что это невозможно. И давай поговорим об этом в другой раз! — Дюпон встал рядом с нами. — Все же «Пантера» очень быстроходна, и гнаться за ней придется долго. И починка продолжается… Капитан вечером будет говорить с командой о новом «охотничьем соглашении». Но тебе, Джон, там присутствовать не обязательно. Я сам позабочусь, чтобы ты получил свою долю. Иди-ка в каюту и приляг — у тебя не слишком здоровый вид.
— Новое «охотничье соглашение»? — Кристин даже присвистнула. — Похоже, папаша не знает, куда плывет, и хочет заранее подстраховаться!
Дюпон увел меня с носа корабля и вернул в каюту. Это было трудно, но я и сам понимал, что торчать у бушприта все плавание — невозможно. Да и легче мне там не становилось. Моник по-прежнему удалялась.
Зато ее брат был чрезвычайно доволен.
— Ветер крепчает, Джон! И я уверен, что не ослабнет до тех пор, пока мы не достигнем цели! Прости, я должен тебя оставить. Если не возражаешь, пришлю Роберта — пусть он присмотрит за тобой.
Когда за французом закрылась дверь, я подошел к зеркалу. Вид у меня и правда был, как у больного лихорадкой. Глаза ввалились, сам я будто высох, от напряжения в шее чуть тряслась голова. Я чувствовал, что как только сниму с шеи дельфина, мне станет легче. Но тогда я потерял бы эту могучую связь с Моник, перестал бы ее чувствовать… Опустившись на койку Янычара, я попытался сосредоточиться, но не смог — все мои мысли были очень далеко. Пришел Роберт, попробовал разузнать что-нибудь, но я лишь попросил его не надоедать и лег, уставившись в потолок. Так время тянулось до вечера, и я постоянно чувствовал, как все дальше и дальше от меня уходит Моник. Ниточка, тянувшаяся к ней из моего сердца, становилась все тоньше, все болезненнее, но оборваться не могла. Потом пришли Янычар и Мерфи, забрали свои вещи, что-то ворча про «оборзевших мартышек» — капитан Ван Дер Вельде приказал оставить за мной и Робертом всю каюту.
Ночью я не спал, а лишь время от времени впадал в нездоровую, полную смутных кошмаров дремоту. В один из таких припадков, делавших меня только слабее, я увидел Прозрачного.
— Дельфин у тебя — это хорошо! — сказал он. — Это самое главное. Теперь мы сможем обо всем поговорить.
— Я не хочу разговаривать! Я хочу увидеть Моник, даже если это будет стоить мне жизни, вот и все. Уходи.
— Тебе так плохо оттого, что цель удаляется, — Прозрачный присел рядом и я перестал понимать, сплю или бодрствую. Веселое похрапывание Роба с соседней койки я тоже прекрасно слышал. — Дельфин ведет тебя к цели, и если бы этой целью был, скажем, далекий остров, то с каждой милей ты становился бы сильнее. Но ты следуешь за женщиной, которая убегает… Что ж, пусть так. Главное, помни: когда ваш корабль начнет нагонять их, тебе полегчает. А до тех пор держись.
— Когда, когда я ее увижу? Сколько мне ждать, пока хотя бы парус не покажется?! — почти закричал я.
— Вы встретитесь нескоро и очень далеко отсюда, — уверенно сказал Прозрачный. — Потому что твоя истинная цель не женщина, а остров, покрытый дубовым лесом. Там, где Демон сторожит Башню Сатаны, ты поймешь свое предназначение…
— Уходи! — взмолился я. — Уходи, я не хочу слушать о демонах и Сатане, я и так вот-вот сойду с ума!
Вместо ответа он вдруг быстро протянул свою призрачную руку и ухватил холодными пальцами цепочку на моей шее. Миг — и фигурка дельфина закачалась над моей грудью, не касаясь кожи. Я хотел схватить ее, но вдруг почувствовал, как чудовищная тяжесть отпустила меня. Сразу захотелось спать.
— Нет, не спи! — приказал Прозрачный. — Часто так делать нельзя — ветер ослабнет, и Моник уплывет еще дальше. Но иногда можешь понемногу отдыхать. Попроси Роберта, чтобы он следил за тобой. Он твой друг, он поможет. Но не спи! Послушай меня еще немного. Дельфин направляет все стихии на пользу тебе, чтобы…
— Кто ты? — это я должен был выяснить с самого начала. — Кто ты такой? Человек, демон, морской черт? Что случится, если я тебя перекрещу?
— Ничего не случится, можешь попробовать, — Прозрачный не испугался, и мне стало спокойнее. — А кто я… Ну, пусть я буду человек. Может быть, все люди когда-нибудь станут такими, как я. А может быть, они были такими когда-то давно, до начала времен. И есть ли разница? Тебе важно знать одно: есть сила, которая стремится помочь твоей родине — я имею в виду всю Британию, Джон.
— У нас Кромвель, война… — припомнил я. Происходящее за океаном стало таким далеким. — Что-то вы нам плохо помогаете.
— Может быть, если есть те, кто помогает, то есть и те, кто мешает? — предположил Прозрачный и усмехнулся. — Да и откуда тебе знать, кто мешает, а кто помогает Британии? Может быть, Кромвель — спасение? Путь к тому, чтобы Британия стала абсолютной владычицей морей, открыла новые страны, целые континенты раньше, чем это сделали бы другие? Наша помощь неоценима. Помощь, которая приходит через волшебные предметы. Главное, чтобы они попали в нужные руки. Дельфин когда-то принадлежал португальцам. Именно с ним Васко да Гама совершил знаменитое плавание вокруг Африки и стал первым моряком мира. Но Португалия оказалась неверным выбором. Тогда мы постарались, чтобы дельфин и некоторые другие предметы оказались в Испании. Эта страна тогда никому не казалась заслуживающей внимания. Но мы выбрали ее для важной миссии, и все изменилось. В считанные десятилетия Фердинанд Арагонский и Изабелла Кастильская объединили независимые прежде области, завоевали последние оплоты мавров за Гибралтаром, помогли снарядить экспедицию Колумбу, которому отказали другие монархи. И Колумб поплыл, имея с собой вот эту фигурку, Джон… — Прозрачный покачал дельфином. — Все это похоже на сказку? Но что заставило Магеллана, не взирая ни на какие трудности, идти и идти вперед?
— Магеллан погиб! — я все-таки шотландец и умею поспорить. — И погибли многие другие. Не похоже, чтобы дельфин сильно ему помогал…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
