— Дин, стой! Ты поймала?
Она развернулась медленно, словно нехотя.
— Да.
— Захотела присоединиться к веселенькой компании пленников? Кто знает, чем их удерживают? Там двое дозорных, совсем не последнего уровня детки. Думать снова совсем не желаешь?
Она молча вернулась. Так же молча сняла штаны, отжала. Ди была настолько погружена в ощущение от оследа чужих эмоций, что словно оглохла. Свои чувства угасли.
— Так. Иль. Что там у нас на карте по линии следа?
— Два скалистых острова — Адалары. Судя по всему, их отвезли туда на лодках.
— Или через Сумрак? Кстати, Дин! Я — полный идиот!
Паша нервно забегал по берегу, взъерошивая безупречную прическу. Задумался. Снял с шеи толстую, причудливо витую серебряную цепь, обернув ее Ди вокруг пояса.
— Уходим в Сумрак. Вопросов не задаем, все строго по моей команде. Будьте готовы к падению в реал. Не трусим, если что вдруг — я вас выдерну. Вход.
Глубокий Сумрак, от которого Ди успела отвыкнуть, качнулся расплывающимися контурами вокруг.
— А вот и покойничек.
Паша стоял у линии воды, внимательно глядя себе под ноги, на тело девушки (судя по комплекции и одежде), лежавшее на животе и так, что голова и плечи были погружены в воду. Босые ноги, тонкие девичьи лодыжки. И четыре массивных ритуальных ножа, поблескивавших полированным деревом ручек, странного, серебристо-серого цвета.
— В печень, сердце, основание черепа и крестец… Давненько я не видел подобного. Дин, что ты видишь? Не глазами.
— Ритуал. Я так понимаю, это он заглушил все следы заложников. И проведен он уже после того, как пленников увели из пещеры. И главное — Паша, тут нет никаких чувств жертвы. Такое ощущение, что ее привели уже мертвой.
Канин потрогал спину жертвы двумя пальцами.
— Корвус, вызывайте оперативную группу. Своих, от Света и серых работать будем мы.
— Так я…
— Нет, мне нужна группа именно ваших. Девочка ваша, твоего присутствия недостаточно. Дин, что еще со следами пленников?
Девушка, задумавшись на секунду, шагнула глубже в Сумрак.
— Они или спят, или обездвижены, или оглушены. След… Их вели по нижнему слою Сумрака. А вот ритуал был совершен теми, кому доступны самые глубины. Тело потом просто столкнули ниже.
— Интересно, отчего она не упала в реал? Одни загадки. Так, мы уходим.
Павел резко выхватил у нее из рук злосчастные мокрые брюки, закинул их на плечо и подхватил Ди на руки.
— Что вы все меня таскаете все время.
— Плохо шевелишься. Корвус, встретимся в медблоке Лазурного. Вот ключи. И собери там всю группу по делу похищения. Всех, даже кота. И всех наставников. Если есть из курсантов кто посильнее — всех собрать. Очень надеюсь, что ваша опергруппа тоже присоединится. Мы на связь с Москвой. Будем через час. Бегом.
Ворон задумчиво кивнул и исчез. Канин же, проводив его взглядом, вдруг поставил Ди на ноги.
— А у нас с тобой, моя незаменимая, еще одно дело.
Ди удивленно воззрилась на него, не понимая сказанного.
— Я привык не доверять темным. Никаким, особенно дезертирам. Давай-ка вернемся к началу следа еще раз. Только к самому началу. К дверям. Не дергайся, с телом ничего не случится, я поставил охрану. Выходим в реал.
Они вернулись. Добежали до входа в спортивный комплекс. Тут было множество новых следов. Дети веселились, кто-то влюблялся, восхищался, блеснуло тщеславие, мигнула зависть.
Вдруг повело тем самым следом страха. Уже знакомым, только не таким «громким». След вел в небольшое соседнее здание, стоявшее на спуске к воде. Его еще не успели отремонтировать: это была бывшая котельная, в использовании которой современный лагерь больше не нуждался. Дверь в котельную была притворена.
Они вошли, и Ди осторожно прошла к дальней стене. И дальше: к висящему на ней небольшому шкафчику, бывшему когда-то белым, с остатками красного креста на покосившейся дверце.
— Погоди. Дай я.
Канин отстранил ее, осторожно открыв дверцу старой «аптечки». Внутри нее лежали плотно утрамбованные самозакрывающиеся пакетики с тускло светящимся красным порошком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Они выразительно переглянулись. Павел нашел на полу ржавый гвоздь, осторожно подцепил один из пакетиков, достал из кармана прозрачный футляр и убрал.
— А вот теперь — уходим.
Быстро и бесшумно, как ночные тени, они покинули заброшенное здание.
27. Меч в ножны
22 мая. Гурзуф
Входившие в просторный кабинет начальника медицинского блока «Лазурного» сотрудники темного наряда оперативного реагирования были несказанно удивлены таким представительным составом группы своих извечных оппонентов. За сдвинутыми столами сидели легендарные иные.
Оживленно беседовавшая пара величайших ведунов и артефакторов новейшего времени: Павла Канина и Арины Деус-Дивиной была достойна упоминания в заголовках всех таблоидов мира. Дремавшая на плече великого ведуна Диана Дивина, известная широкому кругу иных как знаменитый лидер группы «Возрождение» и не менее знаменитый Инквизитор, эффектно дополняла эту картину.
— Проходите, не стесняйтесь, присаживайтесь.
Стоявший у двери невысокий коренастый молодой человек в щегольском костюме, полыхавший копной вьющихся медных волос, рассаживал всех, предлагая горячий чай и кофе, ловко рокируя пришедших по местам за столом.
Канин осторожно снял голову девушки со своего плеча, прислоняя ее к спинке стула, и легко встряхнул Ди, что-то шепнув ей на ухо. В ответ она кивнула, резко распахнув темные глаза, и пристально осмотрела вошедших.
Казалось, Ди их сканировала. Темные ежились, хмурились, но выражать недовольство никто не рисковал. Никто из них не мог себе позволить противодействие Инквизиции, даже мысленное.
— Вы закончили? Есть информация о личности потерпевшей?
— Да. Смотрите.
Молодой мужчина в форме, судя по количеству украшавших его артефактов и вычурным татуировкам на руках — ведун, до этой минуты восхищенно взирающий на Арину и Павла, поспешно положил на стол прозрачную пластину размером с ладонь. В ответ на удивленный взгляд Ди торопливо пояснил:
— Новая модель. Инобук, иллюзорная прозрачность, очень удобно. Взгляните. Меня, кстати, зовут Никита. Никита Бибин.
И скользнул пальцем по прозрачной панели, вызвав появление прямо над столом объемной цветной голограммы.
— Вот за что люблю технику темных: всегда умеют удивлять, — пробормотала смотревшая во все глаза Арина.
— Зато вы удивляете традиционной артефакторикой. Тут наши технологии с вашим высоким искусством не смогут сравниться, боюсь, никогда, — с грудным придыханием произнес Бибин, стараясь смотреть прямо Арине в глаза.
— Сеанс легкого флирта можно считать оконченным, — Ди раздражали исходившие от Никиты чувственные волны, она внезапно начинала злиться, рефлекторно, не видя рациональных причин.
— Да, простите. Вот. После изъятия артефактов ритуала тело девушки было извлечено из воды, попытка установить время смерти… — тут Илья замялся, — …признана неудачной.
— Продолжайте.
— Личность установлена. Это Вреде Вольва, гражданка Польши, приехавшая по туристической визе еще в начале февраля этого года, постоянно продлевающая эту визу якобы для «увлекательного путешествия по могилам предков». На деле — активный участник секты «Меч Возмездия», запрещенной еще в прошлом веке всеми сторонами договора. Член движения «Асатру». Не инициирована. Хотя в криминальной картотеке она и числится темной ведьмой, никаких данных по инициации на нее нет. Смертна, предположительный возраст — около тридцати лет. Более точную информацию запросили у Инопола, ждем. Да, и она тут еще работала. Где — узнать пока не удалось, знаем только, что по поддельным документам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Фото лица есть? — Павел внимательно рассматривал кадры, на которых красовались выложенные в ряд ритуальные ножи.
Вместо ответа Илья вывел голограмму с уже перевернутой на спину девушкой. Увидев ее, Ди ахнула.
