Читаем без скачивания Евреи, Христианство, Россия. От пророков до генсеков - Александр Кац

Еврейский текст, а также краткое свидетельство Масуди: «…русы и славяне составляют прислугу хазарского царя» (11, c. 383) — были использованы Гумилевым Л. Н. как основа для разработки фантастической концепции о вассальной зависимости киевских князей от каганата и о иудео-хазарско-варяжском заговоре против Руси. «Хазарский царь пригласил дружину Хельги (Олега), посулив варягам раздел Восточной Европы и поддержку за уничтожение Русского каганата» (81, с. 431). Текст еврейского анонима непонятен и, скорее всего, неточен. Очевидно, что нельзя на случайном сообщении строить целую теорию. Что же касается прислуги хазарского царя, то это, несомненно, один из многих отрядов наемников, которые не перевелись еще и в наши дни. Известно, например, что в 902 г. 700 наемников-россов служили на греческом флоте, за что им было заплачено 100 литров золота (129, с. 73).

С легкой руки первых варяжских князей походы на коварную Византию и ее владения становятся чуть ли не модой их преемников. Они повторялись при Святославе Игоревиче (967–969 гг.), Владимире Святославовиче (Святом), Владимире Ярославовиче (сыне Ярослава Мудрого, 1043 г.), Владимире Мономахе (1116 г.). Каждый из походов был итогом политического расчета монархов растущего Русского государства, своего рода «пробой меча» в конкретных исторических условиях. Если принять без доказательств утверждения Гумилева Л. Н. о том, что походы Олега и Игоря, якобы вассалов иудейских царей Хазарии, инспирировались ими, то возникает вопрос: «А кто же тогда инспирировал походы последних киевских князей на Византию? И почему победоносный поход Олега в 907 г. Гумилев Л. Н. вообще не упоминает? Может быть, потому, что он не вписывается в его фантастическую историю?»

Прежде чем перейти к описанию последнего акта исторической драмы, остановимся на одной деликатной и неблагодарной проблеме, поднятой Гумилевым Л. Н. и «усиленной» Кожиновым В. В., — о зверствах русов во время набегов на Византию. Они описаны в греческих хрониках, беседах патриарха Фотия «На нашествие россов» 860 г., «Молитве по акафисту и канону к Пресвятой Богородице», сочиненной патриархом Филофеем Коккиным в 1360 г., летописях Нестора, трудах Карамзина Н. М., Соловьева С. М. и других историков. Не будем повторять здесь эти ужасы. Зверства были присущи набегам и завоеваниям древности, средних веков и нашего времени. Последние примеры такого рода — события в Югославии, Нагорном Карабахе и Абхазии. XX-й век породил зверства таких масштабов, о которых древние злодеи не могли и мечтать. Зверства известных своей свирепостью запорожцев в художественной форме описаны в повести Гоголя Н. В. «Тарас Бульба», которую филолог Кожинов В. В. должен был изучать в школе. Зверства готов по отношению к венедам приведены в романе Кондратьева И. К. «Бич Божий». Эти и другие описания зверств, попавшие в художественную литературу, заимствованы из исторических хроник и являются печальным опытом человечества.

В отношении зверств варягов-россов Гумилев Л. Н., как бы вскользь, бросает фразу: «Все это указывает на войну совсем иного характера, нежели прочие войны X века. Видимо, русские воины имели опытных и влиятельных инструкторов, и не только скандинавов» (81, с. 438), имея в виду хазарских иудеев. Эта мысль захватила Кожинова В. В. (138) и он отдался ей со рвением работника идеологического фронта КПСС. В работе, посвященной, собственно, истории русского слова, в которой автор почему-то считает себя способным произнести нечто новое, собраны жестокости евреев от времен Иисуса Навина до времен любимой им ленинской партии. Признавая, что «работы Гумилева Л. Н. многие историки квалифицируют как субъективные, тенденциозные, исходящие из заранее сконструированной концепции» (139), Кожинов В. В., тем не менее, в доказательство вины хазарских иудеев в зверствах варягов берет на вооружение два гумилевских положения:

1. ссылку на трактат «Санхедрин» из вавилонского Талмуда: «…неиудей, делающий зло иудею, причиняет его самому Господу и, совершая таким образом оскорбление Величества, заслуживает смерти»;

2. ссылку на христианизацию Руси, начавшуюся с миссии Кирилла и Мефодия в 860 г. в Хазарию.

Мы не считаем, что хазарские иудеи расправлялись с другими племенами менее жестоко, чем, например, варяги-россы с греками или греки с варягами. Отнюдь нет. Но этот тезис Гумилева, как и другие его фантазии, завис в воздухе без доказательств. Нигде нет даже намека на то, что зверствами варяго-россов руководили инструкторы из каганата. Ссылка на Талмуд или Священное Писание в таком деле юридически несостоятельна, т. к. Библия всеобъемлюща, и, наряду со стихом об уничтожении народов (Второзак. 20:13, 16), имеется стих о любви: «возлюби ближнего, как самого себя», уравновешивающий первый. О нетерпимости отдельных текстов Торы мы писали в главе 8.

Христианская община в Киеве существовала, по-видимому, с 867 года. Службу отправлял пастырь в ранге епископа. Процесс христианизации был медленным, может быть, даже «штучным». Говорить о том, что воинство, участвующее в походах на Константинополь было христовым, а потому, дескать, они не могли без нажима инструкторов уничтожать христианские храмы и вколачивать гвозди в головы священников, нельзя. Настоящие христиане сидят дома и молются Богу, натирая мозоли на коленях, подобно Иакову Праведному, а не штурмуют чужие дальние пределы в поисках наживы. Имена военачальников варягов-россов, а не таинственных инструкторов, хорошо известны. Они приведены в тексте договора 911 г. Руси и Византии. Это Карл Ингелот, Фарлов, Веремид, Рулав, Актутруян, Лидулфост, Стенид, Свенельд и др. В этих именах нет ничего ни славянского, ни христианского. Можно играть словами и текстами, убеждая доверчивого читателя «Нашего современника» в происках хазарских иудеев, тем более, что он, этот читатель, и сам обманываться рад. Сложнее будет убедить таким образом серьезных историков и, в частности, греков, которых это коснулось 10 веков назад. Историк-фантаст Гумилев Л. Н. объяснял победы варягов тем, что они перед боем для храбрости наедались мухоморов и теряли контроль над своим рассудком (81, с. 421). Может быть, и здесь мухоморы виноваты?

Доказать вину хазарских иудеев в организации походов и чинимых зверствах оказалось для Кожинова В. В. сложнее, чем вычислить процент еврейской крови Ленина В. И. или жен-евреек членов Политбюро, которые уж вовсе к теме русской словесности отношения не имеют. Хотя это все интересно само по себе не в историческом, а в литературно-психологическом плане. Видимо, членов Политбюро — Бухарина, Молотова, Рыкова, Ворошилова, Андреева, Кирова и Ежова «попутал бес», т. к. не существовало генеральной линии партии, обязывающей ее членов жениться исключительно на еврейках.

Вернемся в Хазарию. Итак, непосредственных военных столкновений войск Хазарии и киевских князей до похода Святослава Игоревича в летописных текстах не зафиксировано. Хотя Хазария не единожды натравливала на Русь союзных ей венгров (угров) или печенегов. Конец Хазарии наступил в 965 году. Летописец пишет об этом так: «В год 6473 (965). Пошел Святослав на хазар. Услышав это же, хазары вышли навстречу во главе со своим князем Каганом и сошлись биться, и в битве одолел Святослав хазар и город их и Белую Вежу взял. И победил ясов (осетин. — А. К.) и касогов (адыгейцев. — А. К.)» (206, c. 244). Перед этим в 964 г. Святослав «пошел на Оку и на Волгу и встретил вятичей», последних данников хазар. Согласно этим записям, Святослав сделал бросок на Восток в Волжскую Болгарию, а не в придонские степи, где царствовала хазарская конница. Перезимовав у вятичей, Святослав на ладьях спустился по Волге к Каспию, предавая все огню и мечу. Ибн-Хаукаль пишет, что русы «ограбили Болгар, Хазаран, Итиль и Семендер», и далее: «…русы разрушили все это и разграбили все, что принадлежало людям хазарским, болгарским и буртасским на реке Итиле. Русы овладели этой страной, и жители Итиля искали убежища на острове Баб-ал-Абваба и укрепились на нем, а некоторые из них в страхе поселились на острове Сия-Кух (полуостров Мангышлак. — А. К.)» (250, с. 220). После взятия Итиля Святослав захватил город Семендер, разгромил алан, касогов (адыгейцев), покорил Таматарху (Тмутаракань), поднялся по Дону до Саркела, взял его и основал на его месте русский форт Белую Вежу. Затем вернулся в Киев. На следующий год Святослав сделал своими данниками вятичей и отправился воевать в Дунайскую Болгарию. История его военных деяний хорошо описана историками разных поколений. Он погиб в 972 г., возвращаясь в Киев, вблизи днепровских порогов в стычке с печенегами. Их князь Куря, отрубив ему голову, сделал из ее черепа чашу для пирных веселий с надписанием: «Кто чужого ищет, свое потеряет».

Дружина Святослава, рассеявшая хазарскую армию, откочевала на запад, а союзники Святослава гузы в течении нескольких лет грабили и разоряли беззащитные хазарские селения. В X веке хазары уже не иудеи, а мусульмане, включая кагана. Таково было требование хорезм-шаха, к которому хазары обратились за помощью и защитой от гузов. В конце X века киевский князь Владимир Святославович повторил поход своего отца на Волжскую Болгарию, а затем Хазарию и окончательно обложил хазар данью. Восточная часть Хазарии превратилась в дымящиеся руины, западная — Тамань, Крым если не умерла, то замерла. Последнее упоминание о хазарах имеется в летописи XI века, где они фигурируют как участники заговора против князя Олега Тмутараканского. От некогда грозного соседа остались разрозненные, кочующие языческие орды степняков, которые еще несколько веков будут терзать южные границы Руси. Вместе с разгромом армии Хазарии исчезла и ее правящая иудаистская верхушка. Иудаизм сменился исламом, но не сразу, а к XIII–XIV веку.