Скрипнув зубами, «двести девятый» приостановил бесполезный штурм разрозненными силами. Дал команду на общий сбор стражи, частичную мобилизацию среди горожан и выделение вассальных отрядов от живущих в городе НПС-кланов.
Очень скоро в его распоряжении будут шесть тысяч воинов, хотя это далеко не предел и лишь дополнительная перестраховка. Король не может просто так сидеть и ждать, глядя, как его город перемалывают в щебень! Поэтому пять сотен гвардейцев он поведёт в бой лично.
Давно пора размять кости, а заодно поднять индекс лояльности среди стражи и горожан. Последние налоговые реформы гиперактивного казначея понизили поддержку электората до опасных шестидесяти процентов.
Уже через пятнадцать минут Райн сидел на боевом единороге, укрытом роскошной попоной, и сжимал в руках артефактное копьё древних героев. В последний раз оглянувшись, он оценил готовые к броску сотни, захлопнул забрало шлема и махнул рукой.
Королевские маги послушно навесили порталы, ведущие к сердцу разоряемой площади. Слаженного удара в спину нападающим не выдержать!
Прорыв мерцающей пелены, и несколько шагов в сторону, дабы дать пространство для идущих следом войск. Секунды на осознание увиденного.
Сердце правителя болезненно сжалось – квартал лежал в руинах. Огромные големы превратились в машины разрушения, целенаправленно долбя несущие стены зданий и временами скрываясь в клубах пыли каменных лавин.
Проклятье, да тут потребуется неделя на восстановление, плюс невероятные вливания из городской казны!
В портальные арки нападающих вливалась быстроногая цепь квадратных гномов-мародёров, тащивших из полуразрушенных подвалов богатства уничтоженных гильдий.
Трупы защитников истлевали на мостовой. В последних очагах сопротивления сражались Гильд-Мастеры, топы квестов и охраны, разномастные внекатегорийные страшилки.
Вот тяжёлый голем прорыва сцепился со своим собратом-штурмовиком, раскрашенным в цвета Фритауна. Конфигурация тяжа более удачна, и былая гордость Гильдии Мех-Крафтеров всё сильнее проседает под ударами пары многотонных молотов.
Вот кружится в слепящем столпе света ГМ Паладинов, уверенно отбиваясь от не виданного ранее Тёмного Пала трёхсотого уровня. Однако некому прикрыть герою спину – пятёрка высокоуровневых зомби поднимает одиночку на копья, а сумасшедшая эльфийка с зеленоватым лицом вгоняет в его затылок тонкое жало трезубого сая.
Вот оглушительно ревёт огромный гризли, прижавшийся спиной к обломку стены – ГМ Друидов в боевой трансформации могуч и страшен. Широкий вал из могильных камней охладил пыл нападающих, и они расступаются в стороны, пропуская своего лидера.
Тёмная тварь! Рыцарь Смерти нагло бросается в могучие объятия лесного великана. Медведь довольно рычит, сжимая стальной захват и не замечая приставленного к подбородку посоха. Стонет доспех врага, кровь хлещет из его ушей, близок миг сладкой победы! Мало кто услышал негромкий щелчок и разглядел вынырнувшее из темени метаморфа остриё. Хватка Друида ослабла, зверь всхлипнул и рухнул на пыльный камень, под радостный гул подлых захватчиков.
Райн Мудрый скрипнул от ненависти зубами. Опустив копьё, он с места сорвал единорога в галоп, направляя его на предводителя мародёров. За спиной вздрогнула земля от поступи переходящих в слитный бег гвардейцев.
Ожидание триумфа и мягкого толчка в рабочую руку, накалывающую на пику тёмного рыцаря и поднимающего трепыхающуюся тушку в небо, сменилось резким приступом ужаса.
Райн рванул повод, разрывая несчастному единорогу губы, останавливая его на месте и поднимая на дыбы. Прямо в лицо правителя смотрело адамантовое жало парящего тьмой посоха. Сидящая внутри его тварь тянула жизнь из всего живого в радиусе десятков шагов, заставляла подгибаться колени и вселяла в душу страх.
Холодный взгляд предводителя противника также не обещал лёгкого посмертия. За его спиной спешно выстраивалась жидкая цепочка воинов, издалека торопливо рысила на помощь сотня резерва.
Ударить полутысячей гвардейцев прямо сейчас и втоптать врага в камень, раздавить размазанные по кварталу силы – лучшего и пожелать нельзя!
Однако Райн Мудрый медлил, оправдывая своё имя и зачарованно глядя на хищно подрагивающий розовый клинок. Скольких воинов он недосчитается после битвы и выживет ли сам?
Ломая игровые алгоритмы, предписывающие категорическую атаку вражеской цели, неосторожно попавшей в агрорадиус, обрётшая самостоятельность непись подняла левую руку, останавливая гвардейцев.
Из-под мифрилового шлема донёсся глухой искажённый голос:
– Кто ты, и что тебе нужно от моего города?!
Глава 12
Вывалившийся из портала клан разлёгся на плитах Центральной площади, словно усталая собачья стая. Получасовой бой во Фритауне, на пике скоростей, вымотал воинов, как дюжина раундов ушатывает боксёра-тяжеловеса.
Меня до сих пор потряхивало от стресса. При виде атакующей рысью фаланги из полутысячи высокоуровневых гвардейцев мои стальные шары сжались до размеров горошин. Чего мне стоило распрямиться над телом поверженного друида, принять борзый вид и вскинуть посох – знают только боги.
Однако всё, что не убивает – лишь делает нас сильнее. Король оказался действительно Мудрым, жизни бойцов ценил и перед тем как бить – не брезговал беседой. Силой слова и истёкшим временем, выделенным на операцию, он смог сохранить лицо и задрать собственный авторитет среди воинов – якобы остановив грабёж и вынудив отступить троекратно превосходящие его силы.
О тайной договорённости обменяться послами и «дружить домами» я пока предпочитал не распространяться, боясь спугнуть удачу. Вполне возможно, что тут мне помог один из пройденных уровней славы. Помнится, седьмой, так и назывался: «Друг Королей».
В метрике Друмира – основной пласт нагрузки не столько физический, сколько психологический.
Хилеры, удерживающие в своих руках нити жизней доверившихся им воинов. Давящиеся фиалами, принимающие решения о том, кого спасти, а кем можно пожертвовать, сохранив последние капли маны для главного танка группы. Срывающие на себя агро масс-хилами и вечно проклинаемые за криворукость…
Роги, пугливо и осторожно ползущие в стелсе, зачастую в отрыве от главных сил, посреди вражеских толп. Кропотливо скрадывающие дичь, зло бьющие в спину и с трепещущим в груди сердцем рвущие дистанцию и пытающиеся вновь раствориться в спасительной пустоте.
Заляпанные кровью танки, петоводы – теряющие часть души вместе с гибелью полюбившихся питомцев, разнокалиберные гибриды и многочисленные саппортеры – выложились и вымотались все.
Уставшие бойцы жадно припадали к кувшинам с холодным квасом, разносимым смазливыми девочками из Дома Удовольствий, временно попавшими под условную мобилизацию. Те, кто помоложе да посмелее – провожали заинтересованными взглядами упругие попки. Семейные да идейные – зарабатывали скрытое косоглазие, невольно ломая глаза на сочные прелести, символически прикрытые лёгким шёлком.
Воины терпеливо ожидали своей очереди в ротационной карусели к Склепу. Раз в двадцать секунд ахал портал, выпуская свежую партию отдохнувших соклановцев.
Деловито сновали замковые гоблины, под руководством Дурина сортирующие и растаскивающие по кладовым захваченное добро.
Вот раздался оглушительный грохот, сменившийся придавленным писком и тревожным выкриком Арлекина. Один из зеленокожих интеллектуалов попытался вытащить самый нижний щит из трёхметровой пирамиды трофеев.
Глядя, как угасает на радаре союзный маркер, я лишь пожал плечами – естественный отбор. Выживают наиболее приспособленные и удачливые.
Вообще непонятно, на фига дорвавшиеся до халявы «Грузчики» нагребли с гильдейских складов этот однотипный квестовый треш. Тяжёлые осадные щиты предлагались Мастером Боя как награда за достижения при штурме и обороне замков. И если «Золотой Щит» был ещё более или менее интересен, то остальные бронедвери прямиком скидывались на Аукцион либо перекрашивались в цвета Тёмного Пантеона и передавались в Нубятник в качестве спонсорской помощи и скрытой рекламы.
Невдалеке сидел Анунах со своими зомби и сыном, восхищённо глядящим на могучего батю. Тёмный пал собственноручно возился со снятым с ГМ Паладинов уникальным нагрудником, зачерняя кислотой пошлое серебрение и меняя под себя конфигурацию камней улучшения.
Мне же рассиживаться не позволял статус. Лидер не может устать и упасть на плиты, вывалив язык! Мы вообще выкованы из лунного металла в подземных кузнях, а не рождены смертными женщинами!
