— Ну вот и славно! Хоть кто-то из вас двоих имеет здравый смысл. Мия, я не желаю вам зла, поверьте. Надеюсь на ваше благоразумие, — старик встает и я поднимаюсь вслед за ним.
— То же самое могу сказать и вам… — холодно отвечаю я, намереваясь на этом закончить разговор.
Старик прищуривает глаза, внимательно смотря на меня. Я пытаюсь интуитивно ускользнуть от его тяжёлого взгляда и делаю шаг в сторону, но в ту же секунду Харрис довольно грубо хватает меня за плечи и толкает обратно на диван. Его вид пугает меня. Может дело в остекленевших глазах, или плотно сжатых челюстях. Понимаю, что это просто дряхлый старик, и вряд ли мне стоит его опасаться, но легче от этой мысли не становится. Что с ним вдруг произошло? Мне кажется, или вокруг меня слишком много безумцев в последнее время?
Когда старый адвокат вновь открывает рот, в его голосе звучит явная угроза.
— Мия, запомните! Дэймон — последний член этой семьи. Я обещал его отцу, что позабочусь о мальчиках…
— Я сказала, что попытаюсь, мистер Харрис.
Однако, адвокат словно не слышит меня. Он нависает надо мной и опускает свои костлявые ладони мне на плечи.
— Однажды, в эту семью уже приходил дьявол… с точно таким же лицом, как у Вас… И я пытался с ним бороться… тщетно… в этот раз я хочу заручиться его поддержкой.
Я вздрагиваю, и пытаюсь вырваться, но пальцы лишь сильнее впиваются в мою кожу сквозь тонкую ткань рубашки. Меня словно подбрасывает на месте. Вырываюсь из рук старика и быстро иду к двери. Распахиваю ее настежь и указываю адвокату на выход.
— До свидания, мистер Харрис, — мой голос звенит от слез и злости, — вам пора.
Пусть скажет спасибо, что после его слов, я все ещё в состоянии обходиться с ним вежливо.
— Мия! — начинает было старик, но тут же в дверях появляется Маркус.
— Миссис Рэй, все в порядке? — в этот момент я безумно рада, что у меня есть личный охранник. Пожалуй, не буду больше ничего возражать Дэймону против этого. Никогда не знаешь, где может подстерегать опасность.
— Спасибо, Маркус. Все в порядке. Просто мистер Харрис искал Дэймона. Но он уже уходит…
Маркус внимательно окидывает старика суровым взглядом. Чарльз испуганно крякает и быстро направляется к двери. Однако на самом пороге он все же на секунду останавливается и едва заметно склоняется в мою сторону.
— Не думайте, будто я ничего не знаю, Мия. Вы заварили всю эту кашу, и ваша обязанность теперь все исправить!
Он быстрыми шагами удаляется к своей машине, а я с яростью захлопываю за ним дверь. Маркус сохраняет тактичное безмолвие, за что я ему весьма благодарна.
Я просто пылаю от переполняющих меня чувств. Что это вообще было? Как я вдруг могла превратиться в главную злодейку?
Глава 22
У меня раскалывается голова. Все это следствие визита Харисса. Все, что он сказал, определенно имеет смысл, но я не буду бросаться с головой туда, откуда есть риск не выбраться. Я дала Дэймону свободу действовать так, как он считает нужным, пусть так и остается. Буду ли я с ним говорить на эту тему? Не знаю… не уверена, что должна. А обещание, данное адвокату… что ж, думаю оно по праву может считаться недействительным с того момента, как он назвал меня «дьяволом».
Я предупреждаю Агнесс, что не буду обедать, и решаю немного поспать. В висках стреляет и трещит. От боли я не могу даже открыть глаза. Сначала, пытаюсь бороться с ней, но гул в голове нарастает все больше, переходя в липкую тошноту. Проигрываю эту битву и принимаю таблетку. Не сразу, но мне становится легче, и я даже проваливаюсь в беспокойную дремоту. Иногда мне кажется, что я просыпаюсь и слышу чьи-то шаги рядом, но глухие отголоски болезненных спазмов в голове не дают мне открыть веки. Я снова погружаюсь в сон и, наконец, прихожу в себя, но тогда, когда спальня уже окутана темнотой. Приподнимаюсь на локтях, пытаясь собрать себя в одно целое. Мне гораздо легче, но снотворное действие лекарства оставляет туманный шлейф в сознании. Хочу встать, но тут замечаю руку Дэймона, лежащую на моем животе. Когда он успел вернуться? Почему он меня не разбудил? Я быстро тянусь к часам на прикроватном столе. С недоумением таращусь на стрелку часов, показывающую два ночи. Больше не буду принимать эти таблетки. От моего движения Дэймон сонно ворчит и сгребает меня в охапку. Его нос зарывается в мои волосы. Выдыхаю с облегчением. Когда он рядом, мне нечего не страшно. Страх… Дэймон был у Шарлотт… Что там было, говорил ли он с ней, а Чарльз, знает ли Дэймон, что тот приходил сюда? Меня накрывает лавина тревожных мыслей, и я просто не могу лежать и позволять им терзать себя, словно стервятникам. Осторожно, чтобы не разбудить мужа, высвобождаюсь из его рук и неслышно выскальзываю из спальни. Хочу налить себе воды и немного успокоиться. Замечаю, что я заснула в одежде, и решаю перед тем, как спуститься в гостиную, переодеться. Быстро накидываю шелковую сорочку, чищу зубы и умываю лицо холодной водой. Это окончательно приводит меня в чувство. Что ж, что-то мне подсказывает, заснуть теперь удастся не скоро. Я никак не привыкну к местным лекарствам. Почему-то американская фармакология буквально каждую таблетку доукомплектовывает дозой снотворного или седативного…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Налив себе воды, я выхожу на террасу. Свежий ветерок приятно обдувает горящую кожу. Все, чего я сейчас хочу, это ни о чем не думать. Просто выключить все мысли и слушать дыхание океана. Стоит мне об этом подумать, как его нарушает шелест открывающейся позади меня двери. Оборачиваюсь и не могу сдержать улыбки. Дэймон стоит на пороге, протирая слипающиеся ото сна глаза.
— Ты же знаешь, что я не могу спать без тебя. Почему ты ушла?
Он проводит рукой по, и без того взъерошенным волосам, и выходит на улицу.
— Ты меня не разбудил, когда вернулся, и теперь, я выспалась, — пожимаю плечами. Дэймон внимательно смотрит на меня и поджимает губы. От меня не укрывается озорной блеск в его глазах. Наблюдая за высокой широкоплечей фигурой мужа, и ловлю себя на мысли, что не могу перестать восхищаться им. Даже в таком сонном состоянии он прекрасен.
— Не разбудил… как же… Думаешь, я не пытался? Пришлось сдаться после десятой попытки, — бурчит он.
Меня смешит его трагичность в голосе.
— Даже интересно, к каким методам ты прибегал?
Дэймон усмехается, но тут же осекается и склоняет голову на бок, пристально всматриваясь мне в глаза.
— А знаешь, я упустил из вида самый главный метод.
Мне знаком этот тон, и то, как напрягаются все мускулы в его теле. Он становится похож на дикого хищника, готовящегося к прыжку.
— И какой же? — вскидываю подбородок, и без того понимая о чем он. Его намерения выдаёт взгляд и оттопыривающиеся пижамные штаны в паху. С деланным равнодушием он приближается вплотную и опускает ладони мне на плечи. Мой пульс ускоряется, разгоняя по венам смесь желания и адреналина. Прикрываю глаза, стараясь отсрочить момент своей капитуляции. Но судя по всему, Дэймон не намерен затягивать. с предварительными ласками. Его ладони скользят по моим плечам, сдвигая бретельки. сорочки. Секунда — и тонкая ткань падает вниз, серебристой лужицей растекаясь у моих ног. В ту же секунду распахиваю глаза и вижу, каким похотливым взглядом Дэймон блуждает по моему обнаженному телу.
— И что же дальше? — поднимаю бровь, дразня его и поторапливая. Его сон окончательно проходит.
— Ты мне скажи, — хрипло выдыхает он. Не колеблясь, беру его руку и опускаю себе между ног. Прикрываю глаза от легкой волны удовольствия, прокатывающегося по телу, когда Дэймон начинает кружить большим пальцем вокруг клитора. Прикусываю нижнюю губу, цепляясь пальцами в его напряженные мышцы. Знаю, сейчас он наблюдает за мной, и от этого завожусь ещё сильнее. До моего слуха доносится его учащающееся с каждой секундой дыхание.
Дэймон убирает руку, и я шепчу, не скрывая разочарования:
— Да, определенно… Этот метод бы сработал.
Темнота заполняет глаза Дэймона. В них перестает отражаться лунный блеск. Его последний рубеж и терпение мужа изменяет ему.
