Как он может спать? Было жарко и душно, ужасно мешала одежда, но снять ее узница не могла. Несомненно, будет гроза, и чем скорее, тем лучше. Вики надеялась, что ливень поможет разрядить атмосферу, потому что неопределенность положения и ожидание неизвестно чего в замкнутом пространстве маленькой комнатки взвинтили нервы девушки до крайности.
Марку удалось освободить доски потолка, но это потребовало долгого и кропотливого труда. Сначала он отделил изоляционное покрытие, которое пришлось прятать под матрасом, ведь бандиты в любой момент могли войти, чтобы проверить комнату. Конечно, мягкости это кровати не прибавило.
Сейчас Марк приступил к самой крыше, которая представляла из себя толстую фанеру, покрытую битумом. Несколько часов понадобилось, чтобы при помощи пилочки для ногтей проделать отверстие, достаточное для того, чтобы просунуть пальцы. И при каждом подозрительном шорохе за дверью приходилось прекращать работу и ставить на место доски потолка.
Марк просто замечательный человек, сделала вывод Виктория, приподнявшись на локте и вглядываясь в спящее лицо товарища по несчастью. Девушка восхищалась его способностью подолгу работать в духоте, практически целый день, в то время как она, раздраженная отвратительными условиями и жарой, вела себя не самым лучшим образом. Но Фрио с неизменным терпением шуткой разряжал обстановку.
Сейчас Вики уже вполне отчетливо могла представить себе близкие, наполненные любовью отношения с Марком, но… Ей хотелось, чтобы любимый человек отвечал взаимностью, а не стремился выиграть пари. Глаза Виктории наполнились слезами, и она снова отвернулась от Фрио.
Зачем мы вообще встретились, спрашивала себя девушка. Зачем судьбе было угодно направить яхту Марка к надувной лодке именно в тот момент? До знакомства с кубинцем Вики была по-своему счастлива. Во всяком случае, она точно знала, чего хочет от жизни. Сейчас девушка чувствовала, что становится жертвой эмоций, именно тех эмоций, к которым всегда относилась с пренебрежением, потому что они делают женщину слабой и глупой, такой, какой стала ее мать.
Закрыв глаза, девушка постаралась выбросить из головы все мысли и сосредоточиться только на собственном дыхании. Так Виктории чаще всего удавалось уснуть. Но во сне ее уже поджидали самые сокровенные мечты…
Некоторое время в комнате слышалось только дыхание двоих людей, но затем в коридоре раздался тихий звук шагов, и кто-то принялся осторожно отодвигать засовы. Марк проснулся будто от толчка и стал напряженно прислушиваться, слегка повернув голову ко входу. Звякнули снимаемые цепи, дверь открылась, и в проеме показался силуэт одного из бандитов. На голове вошедшего даже ночью оставалась маска с узкими прорезями для глаз. В руке он нес старую керосиновую лампу, которая давала очень мало света. Не подавая виду, что он проснулся, Марк ждал, что будет дальше.
Человек в маске помедлил, оглядывая комнату, потом стал крадучись приближаться к постели. Притворяясь спящим, Марк слышал, как бандит подошел совсем близко. Шелест одежды подсказывал, что человек стал наклоняться над кроватью. Ниже… Еще ниже… В закрытые веки ударил свет. Не выдержав напряжения, кубинец молниеносным движением схватил руку, в которой была лампа. Мгновением позже он сорвал с головы человека черную маску… и застыл от ужаса — на него смотрели белые, без зрачков, глаза!
Леденящий холод сковал Марка по рукам и ногам, заставив покрыться липким потом. Сердце тяжелым молотом застучало в груди — раз, другой, третий… и тут он окончательно проснулся.
В комнате было все спокойно, Вики мирно спала. Марк облегченно вздохнул, осознав, что это всего лишь кошмарный сон, навеянный, скорее всего, невыносимой духотой. А Виктория еще настояла на том, чтобы они спали в одежде! Какая глупость! Вот Лейла никогда бы так не сделала, вспомнил Фрио супермодель, которая сейчас была в Париже.
Перед внутренним взором кубинца возник образ бронзовой красавицы. У Лейлы были искрящиеся озорным весельем глаза, множество мелких косичек на голове, умопомрачительная фигура и упругая точеная грудь. Марк познакомился с девушкой сразу по прибытии в Нью-Йорк, когда они сначала вместе поднимались в гостиничном лифте, а затем одновременно открывали двери соседних номеров.
Между ними быстро возникло взаимопонимание, основанное на том, что оба были молоды и не имели в Нью-Йорке друзей. Очень скоро Марк задержался у Лейлы на ночь, после чего девушка стала частенько наведываться к нему.
Лежа в душной темноте, на жестком матрасе, рядом с невинно посапывающей во сне Вики, Марк вспоминал, как Лейла расхаживала нагишом по шикарному номеру дорогой гостиницы. Мулатка искусно вызывала в Марке страстное желание, беседуя с ним на отвлеченные темы в одних туфлях на высоченных шпильках и с бокалом шампанского в изящной руке. В какой-то момент Фрио не выдерживал искушения, вскакивал с кресла и принимался целовать шоколадного оттенка плечи, красивую грудь и крупные соски цвета темной сливы. Руки Марка скользили вниз, сжимая гладкие ягодицы девушки, губы искали ее рот, и перед тем, как слиться с Лейлой в поцелуе, Марк замечал лукавое выражение в ее глазах, понимая, что именно этого она и добивалась.
Однажды Марк ласкал в постели по обыкновению голую Лейлу и на минуту отвлекся, чтобы раздеться самому. Повернувшись к девушке, он увидел, что она сделала своеобразный шпагат в лежачем положении, широко раздвинув ноги в стороны и почти положив их на плечи. Марк застыл от неожиданности, не в силах оторвать взгляд от розовых складочек самого интимного места Лейлы, гладко выбритого, как принято у манекенщиц.
— Когда-то я всерьез занималась гимнастикой, — произнесла девушка, — ну, не заставляй меня ждать…
Марк уже и сам не мог больше медлить. Сотрясаемый дрожью нетерпения, он оперся над Лейлой на локоть, взял рукой член и, застонав от наслаждения, медленно ввел его во влажную розовую щелочку. Марку вторили стоны Лейлы, звучавшие в такт движениям разбухшей мужской плоти в горячей глубине женского тела. Позже она обняла партнера ногами, положив их ему на ягодицы. Через несколько секунд она громко вскрикнула, достигнув пика удовольствия и увлекая за собой Фрио.
Да, Лейла не заставила бы меня спать с ней валетом, подумал Марк, осторожно меняя положение на неудобной постели, и вдруг едва не рассмеялся от внезапно пришедшей мысли — разве что если бы мы при этом занимались любовью!
Он улыбнулся в темноте, припомнив, как как-то раз Лейла поднялась с постели, взяла его за руку и подвела к огромному зеркалу, отразившему удивительно красивую обнаженную пару.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
