Агентуру он вербовать умел и любил, поэтому все трудящиеся в «Промзоне» рабочие и мастера, сами того не подозревая, находились у него под плотным колпаком. И иностранные шпионы, спутываясь с рабочими и мастерами, также попадали под этот колпак, что заканчивалось для них весьма печально.
Пока что это работало, но Таргусу нужен был более безопасный способ сохранения секретов. И лучше закрытого города вариантов ему в голову не приходило.
Проект строительства был готов ещё три месяца назад, единственное, чего не хватало — денег. Теперь деньги есть, причём очень много, поэтому можно было смело начинать. И он начал.
Городок планировался больше, чем нынешняя «Промзона», назвал он его, предварительно, Эгидой, отдавая дань древней религии своих предков, в честь накидки, которую Вулкан изготовил для Юпитера.
Одновременно с этим название как бы говорило о назначении города: защита технических секретов Таргуса.
Площадь будущего города, первый камень в стену которого скоро заложит Таргус, будет примерно сорок километров квадратных, зданий запланировано сто сорок семь, большей частью, где-то на 85 %, жилые, но в остальных будут размещаться различные заведения, назначение которых — тратить деньги обитателей Эгиды. Никаких игорных заведений, Таргус их терпеть не мог, ибо они развращают людей и делают их слабыми, но всякого рода таверны, рестораны для людей побогаче, ещё что-то вроде торгово-развлекательных центров, который Таргус неоднократно видел в странах параллельного мира 1970-х годов нашей эры, всяческие спа, бордели — то есть всё, что необходимо для беспечного проведения жизни без необходимости покидать территорию Эгиды. Внутрь не попасть, наружу просто так не выбраться: идеальная защита от иностранных шпионов, ну и бежать никто не захочет. Деньгами никто не обижает, зарплаты существенно выше, чем могут предложить соседи, а сами деньги возвращаются через увеселительные заведения.
План амбициозный, затратный, но вполне реальный в свете успешного ограбления варварского королевства данов.
Строительство теперь ещё и существенно подешевеет, так как у него есть под рукой целых двадцать тысяч набирающих квалификацию строителей, которым в мирное время практически нечем заняться.
Самой дорогой частью будет стена, которую построят легионеры. Высотой он её запланировал не менее двадцати метров, её предназначение будет не охранительным, но оградительным, чтобы нелегальное проникновение внутрь было невероятным явлением, как и бегство наружу из этого рукотворного Элизия. Его цель — такой уровень за стеной Эгиды, от которого потом будет невозможно отказаться.
А ещё там будет университет, первый в своём роде, где будут обучаться профессиональные инженеры, строители, а также кадровые военные.
«Я ещё подтолкну это герцогство к светлому будущему…» — с усмешкой подумал Таргус.
— Итак, нашли следы рабочего? — спросил он, войдя в здание следственного комитета.
— Я позову доктора фон Вольфа, — ответил ему молодой выпускник, сидящий за стойкой регистратуры. — Он просил сказать ему, когда вы посетите нас, Ваша Светлость.
Христиан фон Вольф — человек-универсал: юрист, математик, философ и учёный-энциклопедист, коего пригласили в Кильский университет на оклад преподавателя на факультете права. У него были какие-то проблемы с атеизмом в Пруссии, откуда он убыл в Гессен, где преподавал в Марбурге. Таргус сделал для себя правилом находить самых одарённых немытых германцев и накапливать их в Кильском университете, где они обучали местных школяров различным наукам, параллельно выполняя различные заказы Таргуса.
С фон Вольфом получилось интереснее всего: Таргус основал герцогский следственный комитет, который нуждался в начальнике. Нужен был очень компетентный человек, потому что закон — это опора герцога и гарантия того, что его приказы будут соблюдаться. Необходима была неотвратимость, а для этого нужна высочайшая эффективность следственных органов.
В следственный комитет набирались самые способные выпускники факультета права Кильского университета.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Таргус пару месяцев назад заходил в университет и был погружён в мысли о подходящем кандидате на должность начальника следственного комитета. Он заглянул в аудиторию к фон Вольфу, чтобы побеседовать касательно разъяснения текущего положения дел с юридическими лицами и тогда его озарило.
Доктор философии поначалу долго и упорно отказывался, его даже не соблазнило годовое содержание в крайне серьёзные пятьсот рейхсталеров в год. Тогда Таргус изменил подход: предложил рассмотреть это как шанс применить его компетенцию в области права не теоретически, но на практике, одновременно дополнительно выпестовав своих собственных выпускников до стадии мастеров права. И тогда он согласился.
Несколько десятков вечеров они беседовали касательно структуры будущей организации, целей, задач, прав и полномочий, стандартных процедур и прочих нюансов.
За основу Таргус взял всё, что знал о работе римских вигилов, выполнявших полицейские функции во всех городах республики.
Христиан фон Вольф — это почти паталогический педант, умеющий тщательно анализировать и быстро приходить к достоверным умозаключениям. То есть он идеально подходил для должности начальника следственного отдела.
Они уже вели серьёзные дела, начав практически с первого дня: вооружённые рядом передовых и типичных для родного мира Таргуса методик, бытовой криминал они раскалывали на щелчок пальцев, потому что горожане в криминале были, как правило, неопытные, оставляли следы, а также отпечатки пальцев…
Дактилоскопию Таргус внедрил в первую очередь. Картотека пока что только собирается, в настоящий момент охвачено менее 5 % населения одного только Киля, но работа ведётся при полном содействии бургомистра Генриха Коля и его исполнительного аппарата. Даже если выявлять преступников по отпечаткам пальцев пока что нельзя, тем не менее дактилоскопия позволяет устанавливать серии преступлений. Таким образом следователи уже ведут около восьми дел, Таргус не помнил точное число, преступления в которых совершил один и тот же человек.
Незнакомые с подобными методами городские преступники быстро попадают в когтистые лапы правосудия и затем украшают городской эшафот, где висят по два-три дня, а затем закапываются на городском кладбище за счёт муниципалитета.
Люди болтают, будто город стал необычайно безопасен последние месяцы. Таргус в этом не сомневался, потому что устоявшуюся и стагнирующую преступность переловили и истребили, в полном соответствии с имперскими законами, а новые, уже приспособленные к эффективности правоохранительной системы, ещё не народились.
Контршпионаж тоже является одним из направлений работы следственного комитета. Фон Вольф обнаружил в себе живейший интерес ко всем этим сложным шпионским хитросплетением и куда более высокому уровню компетенции шпионов, которые суть — те же преступники, только гораздо умнее и осторожнее.
В архиве следственного комитета уже десятки толстых дел, связанных со шпионажем, по которым ведётся работа. Это непросто, шпионы умнеют не по дням, а по часам, но и они не стоят на месте, самостоятельно разрабатывая новые уловки и ловушки.
Сам Христиан фон Вольф является автором так называемой «ловушки-приманки», когда специально проинструктированные надёжные люди не из города прибывают в Киль по действительному приглашению как высококвалифицированные мастера и ведут разгульный образ жизни на полученную предоплату. Таких людей шпионы очень любят, поэтому обязательно предлагают им шанс неплохо подзаработать. После факта передачи денег за добычу секретов «Промзоны» шпионов хватают и помещают в подвал здания следственного комитета, где их «колют» специально обученные люди, в числе которых есть и Арнольд, получающий зарплату только от Таргуса, вызвавшийся бесплатно «помогать» следственному комитету. Таргус знал, что Арнольд просто любит грамотно пытать людей и не видит себя вне этой специализации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
После выжимания всей полезной информации, шпионов продают обратно работодателям, а деньги передают в городскую казну.
