Благо, по домашнему адресу еще поклонники не пришли домогаться.
Конверт я получаю от курьера, который еще и подмигивает мне напоследок.
Что это? Я хорошо выгляжу или даже этот рандомный парень успел меня узнать? Никогда бы не подумала, что можно стать такой популярной из-за какого-то видео с сексом, разлетевшегося с тобой по сети. Их же уйма ходит с профессиональными актерами. С чего такой вдруг интерес?
Возвращаюсь на кухню и бросаю кладезь ценной информации на стойку. Я уже не в духе.
Нет. С людьми общаться нельзя. Они так и норовят испортить настроение.
Допиваю кофе и поглядываю на конверт.
Осталось только открыть его и я пойму, кто за этим всем стоит. Кому и что нужно от меня. И зачем все было так устроено.
Делаю глоток кофе, лихорадочно соображая, кто бы это мог быть.
Никаких идей. Беременная девушка, которая подослала свою подругу ко мне. Только она в моей голове. Интересно, а это та же, что годом ранее пришла на выставку и набросилась на меня? Та вроде блондинка была… Или две разные? По идее первая уже должна была родить…
Беру ножницы, лихорадочно разрезаю бумагу и вытаскиваю документы. Множественные фотографии с Матвеем выпадают передо мной и сразу же бросаются в глаза.
«Ах, Ахмед. Ах ты мой герой. А я же тебя год назад так сильно ненавидела. Кто бы знал», — мысленно причитаю я, благодаря этого мужчину за помощь.
Если бы не он, то я бы еще долго приходила к этому моменту.
В руках у меня оказывается досье на Матвея Егорова. 27 лет. Родился в Смоленске в неполной семье. По профессии айти-специалист.
Так он врал про гипнолога? Ухмыляюсь. А было похоже, что нет.
Обычный парень. Только красавчик с идеальным телом. Ему в модели или актеры надо было, как я и говорила при нашей с ним первой встрече.
Вылавливаю из копий документов корочку о прохождении множественных курсов гипноза.
Все же не врал. И психотерапия тоже в опыте имеется.
Так. Так. Что еще?
Углубляюсь в фотографии. На меня смотрит улыбчивый красавец с оголенным торсом в плавках.
Красивый взгляд. Поставленный. Глубокий. У подбородка рука сложенная в кулак. Смотрит в камеру задумчиво.
Модель. Все же подрабатывал в молодости.
Глаз не оторвать. В душе нарастает тревожное ощущение.
Твою мать. Я вспоминаю наш секс. Чувственный, такой порочный. Он испытывал такое же наслаждение, что и я …Его хриплое учащенное дыхание. Быть того не может, чтобы он играл со мной в тот момент.
Ненавижу. Подонок. Всю жизнь мне сломал.
Комкаю фото в руке и отбрасываю в сторону.
Новая фотография привлекает мой взгляд. В его объятиях стройная брюнетка. Он обнимает ее по-хозяйски локтем за шею, притягивая ее к себе и касаясь губами ее виска.
Близкий человек. Либо любимая жена, либо сестра.
Ожидаемо.
У такого парня что бы не было девчонки? Смешно.
Отбрасываю фотографию в сторону. Переключаюсь на досье.
Данные, расписанные по часам. Все поминутно:
16.06.
Звонок Абрасовой Е.В.
17.06
Встреча в кафе у Останкино с Абрасовой Е.В.
Встреча с Жаркой М.В.
Жаркая Марта Валерьевна…
Проглядываю все встречи и его звонки. Часть из них неизвестна, но преимущественно Абрасова Е.В.
Кто такая эта Абрасова?
Елена? Емельяна?
Смотрю фотографии. Неужели это та беременная девушка?
Не похожа она на беременную…
Больше на ум никто не приходит. У меня нет врагов.
Натыкаюсь на фотографию худенькой шатенки в дорогой одежде. Немолодая женщина изящно вскинула руку, пытаясь прикрыться от фотографии, но не успела. Она застыла рядом с входом в магазин… Фотография свежая. Явно для меня сделанная уже после произошедшего.
Сколько ей лет? На вид под 45. Но видно, что молодится. Значит, больше.
Переворачиваю фото. Подписано ручкой. Евлампия.
Черт.
Меня будто электрическим разрядом бьет в эту минуту.
Евлампию я знаю. Как ее не знать.
Я ее ни разу не видела. Но очень много слышала…
Бывшая жена Кира.
Ей-то чего в жизни не хватило? Вроде мирно с Киром разошлись, он все ей отдал…
Интересно, а в туалете на выставке Матвей меня спас реально? Что-то начинает казаться, что и та ситуация была подстроена. Всего лишь ощущение.
Выискиваю данные за тот день. Встреча, звонок, все с ней… Заранее обговорили момент, который произойдет на выставке? Ччччерт. В гостинице обговаривали. Судя по времени — пару часов.
Сидели в гостинице и обговаривали? Хах…
Наконец картинка начинает складываться в пазл.
Вот и ответ. Они спали с ним!
Матвей встречался с Евлампией и между делом вел меня по созданному ею пути, пока не уничтожил в глазах Кира.
Самая страшная женщина — обиженная. Видимо, денег, оставленных Киром ей оказалось мало и она захотела мести.
Припоминается момент, где Матвей запыхавшийся отвечает мне невпопад на мои вопросы про Ахмеда, не желая ввязываться. Понимаю, что он пытался от меня отвязаться тогда.
Конечно. Я же, наверное, в самый пиковый момент ему позвонила!
А Евлампия скорее всего перенаправила его. Или почему он тогда резко передумал?
Смотрю данные. Изучаю. Все последующие встречи Евлампии с Матвеем происходили в гостиницах судя по отчетам… На голове волосы шевелятся.
Никак не могу поверить, что это произошло со мной.
Документы в моих руках трясутся так сильно, что вынуждена их положить на поверхность барной стойки.
Прикрываю глаза. Вдох. Выдох. Сосчитать до 10. Десять, девять, восемь…
На столе вибрирует телефон. Не хочу поднимать трубку. Семь, шесть…
Телефон не унимается. Ну же. Пять, четыре…
Выдыхаю. Беру телефон и смотрю номер. Скрыт.
Скорее всего это какой-нибудь дебил с работы, выставки или откуда-то еще. Сколько этих предложений уже поступило — уму непостижимо.
Я и не знала до этого времени, что половина клиентов нашей компании — больные ублюдки.
Все же беру. Не знаю зачем. Просто нажимаю кнопку и подставляю телефон к уху:
— Да, — говорю злобно.
Кто бы это ни был, шанс, что он будет послан в первые 10 секунд стремится к 100 процентам.
— Привет.
И я чуть не закашливаюсь от неожиданности.
Этот голос пронизывает меня насквозь, переворачивая все внутренности.
Что? ЧТО? Что говорить?
Челюсть провисает от неожиданности.
Тело немеет. Прямо чувствую, как ужас пронизывает все мое существо. А затем гнев. Горечь.
Предатель.
Матвей.
Я хочу ответить, но мой язык словно к небу присыхает. И я молчу, покрываясь мурашками.
Только что я хотела высказать ему, как его ненавижу. А сейчас просто слушаю.
— Я хотел извиниться.
Его голос с хрипотцой сводит меня с ума. Аж до дрожи.
Он словно здесь, рядом, гладит меня
