— Осторожно! — крикнула Белогурочка из тумана. — Будет вода!
Конь слушался плохо, словно понимал, что его всадник неуверен.
Вода журчала рядом. Сквозь журчание прорвался всплеск, покатился камень. Туман отнесло ветром, и Андрей увидел, что впереди широкая неспокойная полоса воды, сквозь неглубокий слой которой видны обкатанные камни. Конь ступал осторожно, камешки расползались под копытами. Быстрая вода бурунами вскипала у ног.
— Эй! — негромко окликнула его Белогурочка. — Ты живой?
— Все в порядке, — сказал Андрей.
Переправа через речку, оказавшуюся хоть мелкой, но очень широкой, заняла много времени. Потом берег полого пошел вверх, и еще через несколько минут они выбрались из тумана.
Звезды потускнели, у горизонта тянулась розовая полоса — собиралось взойти солнце. Было такое ощущение, словно поднялся над облаками — ватный покров тумана скрывал землю и съедал звуки.
Белогурочка прислушалась. Андрею казалось, что ни один звук не вырывается из-под белой ваты. Но она все же услышала. Сказала:
— Можно немного отдыхать.
— Как ты меня нашла? — спросил Андрей.
— Наш человек смотрел за вами.
Быстро светало. Словно отдохнув за ночь, в мир возвращались краски. Лоб Белогурочки был перетянут металлическим обручем, украшенным аметистами, за обруч заткнуто большое синее перо, словно Белогурочка играла в индейцев. Она походила на мальчишку. Волосы острижены коротко, торчат бобриком, тонкий нос с горбинкой, раздутые ноздри, впалые щеки, глаза внимательные, настороженные. На Белогурочке была черная кожаная куртка с нашитыми на нее костяными пластинами, короткая юбка доставала до середины бедер. Руки обнажены, за широким поясом два ножа.
— Они за нами гонятся? — спросил Андрей.
— Не сейчас. Позже. Но они не успеют.
— Объясни, — сказал Андрей. Ему очень хотелось сойти с коня — он все-таки не создан для верховых прогулок. Но перед девушкой было неловко признаваться в этом. Она казалась девицей-кентавром — одно целое с конем.
— У нас мало воинов, — сказала Белогурочка. — Совсем мало. Сколько пальцев на руках. Понимаешь?
— Десять.
— Десять. И еще два. И отец мой больной. Отец сказал: Октин Хаш нарушил мир. Октин Хаш враг. Враг наш и наших друзей. Ты понимаешь? Он убил господина Конрада. Он убил Медею. Он увел в плен троих мужчин.
— Акселя убили?
— Акселя убили. А мы не могли убить Октина Хаша. У него много людей. Они смотрят. Потом мой брат прискакал и говорит: того, кто прилетел вчера, повезли к святилищу ведьм. С ним две руки воинов и колдун, который не мужчина. Тогда я сказала: мужчина, который прилетел вчера, — великий вождь Андрей. Отец болен. Нам нужен новый вождь. Ты будешь мой мужчина. Ты понимаешь?
— Почти все, — сказал Андрей, сдерживая улыбку. Он и не подозревал, что его судьбой намерен распоряжаться не только Октин Хаш.
Белогурочка угадала улыбку в его глазах.
— Не смейся! — Она ударила коленями коня, и тот взвился на дыбы. — Ты будешь смеяться — я тебя убью. Нельзя смеяться надо мной. Духи увидят, что смеются над дочерью вождя, и будет позор нашей стае.
— Я не смеюсь, — сказал Андрей. — Рассказывай дальше.
— Мы догнали вас у маленького леса, где надо спать.
— Почему мы выехали вечером, — спросил Андрей, — а потом остановились?
— Это ясно, — сказала Белогурочка. Почему-то она полагала, что ясное ей должно быть ясно и Андрею.
Она замолчала, прислушиваясь. Последние звезды погасли, где-то в тумане у воды глухо запела птица.
— Все, — сказала Белогурочка. — Катурадж.
— Что?
— Катурадж — это значит «прощай», — сказала девушка.
— С кем ты прощаешься?
— С братом, — сказала Белогурочка. — Его больше нет.
— Он умер?
— Он ушел туда. — Белогурочка показала вверх, к редким перистым облакам.
Лицо ее было спокойным. Непонятно было, горевала она или смирилась с неизбежным.
— Это все я придумала. Как я тебя разбужу и выведу. Один человек рядом с тобой проснулся. Я его убила. Я тебя вывела. И мои братья напали на колдуна и его людей. А потом поскакали в другую сторону. Колдун думает, что ты вместе с ними. И они скачут за моими братьями. А мы перешли реку.
— Они догнали братьев?
— Они догнали одного брата… другие ускакали.
— Ты так далеко слышишь?
— Я слышу тут, — она показала себе на грудь. — А тут, — она показала на ухо, — слышу, как колдун и его люди вернулись в маленький лес и теперь ищут наши следы. Скоро они поскачут сюда.
— Нам надо спешить?
— Подожди. — Белогурочка соскочила на землю. К куску кожи, который заменял ей седло, была приторочена сумка. Она достала оттуда два куска вяленого мяса. — Мы будем есть.
Андрей подчинился. Он не понимал, почему сначала они так спешили, а теперь должны ждать.
— Нас не догонят? — спросил он.
— Немного не догонят, — сказала Белогурочка.
Она уселась, скрестив ноги, на покрытую росой траву и принялась отхватывать куски мяса белыми крепкими зубами.
— Ешь, — сказала она, заметив, что Андрей держит мясо и прислушивается. — Ты мужчина, тебе не должно быть страшно.
— Согласен, — сказал Андрей. — А зачем меня повезли в это… святилище?
— В святилище ведьм? Ведьмы тебя ждут. Ты особенный. Ведьмы будут довольны. Они помогут Октину Хашу.
— Очень приятно, — сказал Андрей.
— Это неприятно. — Белогурочка не шутила. — Потом тебя отдадут великой рыбе. Катурадж.
— Ты не хотела, чтобы меня отдали ведьмам?
— Зачем нам мертвый вождь? — удивилась Белогурочка.
— Ты права, — согласился Андрей.
Туман уполз, словно втянутый рекой. Открылся дальний берег — он полого поднимался, переходя в ровную степь, и далеко, у самого горизонта, Андрей различил темное пятно — рощу, где он ночевал. У того берега, погрузившись по колени в воду, стоял небольшой ящер и лениво поводил головой, словно раздумывал, то ли ему окунуться, то ли лучше погреться на солнце, край которого уже показался над горизонтом.
Вдруг ящер резко поднял маленькую изящную змеиную голову. Андрей поглядел вдаль и увидел, что от рощи по реке скачут маленькие всадники.
— Смотри, Белогурочка! — сказал Андрей. Он отбросил недоеденный кусок мяса и сделал шаг к коню. Конь тоже насторожился. Его ноздри трепетали.
— Я слышу, — сказала Белогурочка. Она подобрала с земли кусок мяса и спросила: — Ты не будешь есть?
— Нет.
— Не кидай мясо — это пища. Его надо класть в сумку, если не доел. — Она говорила голосом старшей сестры, которая вынуждена втолковывать простые вещи неразумному братцу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
