Читаем без скачивания Творения - Кирилл Александрийский

30. О если бы и они, хотя бы впоследствіи когда–нибудь, оставивъ свое безуміе, познали ученіе благочестія! Мы же, возлюбленные, будемъ держаться постоянно сей веры: ее и мыслью будемъ содержать, и языкомъ открыто и со дерзновеніемъ будемъ проповедывать, всегда охотно перенося все ради нея. Ибо она есть предсказаніе пророковъ, ученіе Апостоловъ и виновница царства небеснаго; она — вождь къ жизни вечной, она — богатство Отцовъ, она — и наше истинное сокровище, за которое справедливо все продать и всемъ пожертвовать. Если кто захочетъ отнять у насъ это (сокровище), то мы будемъ отвращаться (того), какъ христоборца и врага нашего спасенія, повинуясь наставленію Апостола: И аще мы, или ангелъ съ небесе благовеститъ вамъ паче, еже благовестихомъ вамъ, анафема да будетъ (Гал. 1, 8).

Разговоръ съ Несторіемъ о томъ, что Св. Дева Богородица, а не Христородица [26]

Несторій: Всякій разъ, когда божествевное Писаніе говоритъ о рожденіи Христа отъ Девы Маріи, или о смерти (Его), нигде не пользуется (именемъ) Бога, но (именемъ) Христа или Господа или Іисуса, такъ какъ эти три (имени) обозначаютъ две природы, иногда — одну, иногда — другую. Напримеръ, скажу такъ: когда Апостолъ повествуетъ намъ о рожденіи Христа отъ Девы, то говоритъ: Посла Богъ Сына Своего, раждаемаго отъ жены (Гал. 4, 4); онъ не сказалъ: послалъ Бога Слово, но употребляетъ имя (Сына), показывающее два бытія, именно — Бога и человека, такъ какъ Христосъ — двоякъ; ибо Дева родила Сына Божія (въ томъ смысле), въ какомъ сказано: вы же бози есте, и сынове Вышняго вси (Псал. 81, 6); поэтому мы научились отъ Писанія называть святую Деву — Христородицею, Господородицею, человекородицею; Богородицею же нигде никогда не были научены называть (ее).

Кириллъ: Исаія вопіетъ въ Духе, говоря: Се Дева во чреве пріиметъ, и родитъ Сына, и нарекутъ имя Ему Еммануилъ: еже есть сказаемо — съ нами Богъ (Матф. 1, 23). Итакъ, рожденный (есть) Богъ, хочешь или не хочешь.

Несторій: Ангелъ сказалъ Іосифу: Воставъ, поими Отроча и Матерь Его, и бежи во Египетъ, и буди тамо, дондеже реку ти (Матф. 2, 13); но не сказалъ: поими Бога и Матерь Его.

Кириллъ: Но архангелъ Гавріилъ говоритъ Деве: Духъ Святый найдетъ на Тя, и сила Вышняго осенитъ Тя: темже и раждаемое свято, наречется Сынъ Вышняго (Лук. 1, 35).

Несторiй: Апостолъ говорилъ: Себе умалилъ, зракъ раба пріимъ (Флп. 2, 7), что значитъ — облекся въ наше тело, посему — преспеваше премудростію и возрастомъ, и благодатію у Бога и человекъ (Лук. 2, 52), какъ Господній человекъ.

Кириллъ: Все рожденное отъ плоти плоть есть; но это не уничтожаетъ чудесности рожденія; ибо какъ Богъ рождаетъ божески, такъ и боголепная Дева родила плотію Бога Слово отъ Бога.

Несторій: Всякая мать рождаетъ единосущное себе; следовательно, Она — не мать Ему, если Онъ не единосущенъ Ей: ибо какимъ образомъ мать Ему, когда Онъ чуждъ Ея сущности?

Кириллъ: Насъ научили исповедывать Единаго Сына отъ Девы и отъ Духа Святаго, единосущнаго Матери, какъ и Отцу, какъ изрекли Отцы.

Несторій: Я разделяю природы, соединяю поклоненіе, такъ какъ Богъ неотделимъ отъ Того, Который видимъ; поэтому я не отделяю почитанія.

Кириллъ: Кто разделяетъ природы, тотъ говоритъ о двухъ Сынахъ, не веруя Писанію, говорящему: Слово плоть бысть (Іоан. 1, 14).

Несторій: Павелъ говоритъ: Посланника и Святителя исповеданія нашего быти Іисуса, верна суща Сотворшему Его (Евр. 3, 1–2); Онъ принесъ Себя въ жертву за Себя, какъ и за людей; почему представляется Первосвященникомъ предъ Богомъ.

Кириллъ: Павелъ говоритъ: Христосъ единою принесеся, во еже вознести многихъ грехи, второе безъ греха явится (Евр. 9, 28). И опять (ап. Петръ говоритъ): Греха не сотвори, ни обретеся лесть во устехъ Его (1 Петр. 2, 22). И вотъ Онъ Самъ Себя приноситъ за насъ. Итакъ, смотри, не за Себя принесъ Себя, но за людей.

Несторій: Онъ Самъ сказалъ: Ядый Мою плоть и піяй Мою кровь живъ будетъ Мною, якоже Азъ живу ради Пославшаго Мя Отца (перифразъ — Іоан. 6, 56–57). Итакъ, что ты вкушаешь, еретикъ? Божество или человечество? Ибо Христосъ не сказалъ — ядущій Мое божество, но — плоть.

Кириллъ: Я съ верою причащаюсь животворящей плоти животворящаго Слова; посему Спаситель сказалъ: Ядущіе отъ сего хлеба не вкусятъ смерти во векъ (перифразъ — Іоан. 6, 58). Недостойно же причащающіеся будутъ осуждены за неверіе.

Несторій: Господь посла Мя, и Духъ Его (Ис. 48, 16); Духъ Господень на Мне, Егоже ради помаза Мя (Ис. 61, 1). Поэтому и (Давидъ) говоритъ: Помаза Тя, Боже, Богъ Твой елеемъ радости паче причастникъ Твоихъ (Псал. 44, 28). Итакъ, разумей Помазаннаго, исповедуй Помазавшаго и поклонись храму ради Обитающаго въ немъ.

Кириллъ: Я исповедую Единаго Сына отъ двухъ — отъ Духа Святаго, и Маріи Девы: Единаго не разделяю на два.

Несторій: Какъ же ты говоришь, что Онъ не знаетъ часа, котораго не знаетъ Сынъ, кроме одного только Отца? Или какъ, зная, отрицаетъ? Или не зная, какимъ образомъ названъ Премудростію и Силою Божіею, будучи причастенъ незнанія?

Кириллъ: Не не знаетъ часа Сынъ Божій, все ведущій и имеющій въ Себе Отца, какъ сказалъ Самъ: Никтоже знаетъ Отца, токмо Сынъ (Матф. 11, 27). Зная одинъ только природу Отца, сущую прежде всего, конца–ли века не знаетъ Сынъ Божій? Да не будетъ; не знаетъ же Сынъ по благодати, а не по природе; (какъ и) мы, (будучи сынами) по благодати, не знаемъ всего и ничего не ведаемъ о томъ что относится къ концу века.

Несторій: Естественнымъ образомъ мы алчемъ и жаждемъ и спимъ, не по желанію испытывая это, но подчиняясь естественной необходимости. Итакъ, что же? Окажется, что Богъ будетъ следовать законамъ необходимости? Да не будетъ.

Кириллъ: Мы по природе алчемъ и жаждемъ и спимъ, — не по желанію, но являясь рабами естественной необходимости. Онъ же — не по необходимости, но добровольно (испытывалъ это). Ибо и пятью хлебами насытилъ пять тысячъ, и семью опять — четыре тысячи. Онъ Самъ сказалъ: Никтоже возметъ душу Мою отъ Мене, но егда хощу, полагаю ю (перифразъ — Іоан. 10, 18). Никакой человекъ не можетъ сделать этого, кроме одного только Христа.

Несторій: Ты говоришь, что пострадалъ Сынъ? Следовательно, пострадалъ и Отецъ. Если же говоришь, что Отецъ не страдалъ, то ты делаешь Сына иносущнымъ Ему.

Кириллъ: Я не называю ни Отца страждущимъ, ни Сына — нестраждущимъ; но безстрастно — Божество, такъ какъ безтелесно; страждетъ же Господь по плоти.

Несторій: Я не говорю, что Слово, ставъ плотію, не страдало; ибо Божество безстрастно. И Безстрастный выше страданій; плоть же страстна и человеческое естество смертно.

Кириллъ: И мы исповедуемъ Божество безстрастнымъ; плотію же Оно приняло страданіе; отсюда — Христу пострадавшу за ны плотію (1 Петр. 4, 1). Имя же — Христосъ — не чуждо Богу; ибо Апостоль говоритъ: отъ нихже Христосъ, Сый надъ всеми Богъ благословенъ во веки. Аминь (Рим. 9, 5).

Посланіе къ обвинявшимъ его въ своихъ письмахъ за то, что онъ, узнавъ о распространеніи нечестиваго ученія Несторіева, не умолчалъ о немъ

Вашему благочестію угодно было написать ко мне, что благоговейнейшій Несторій былъ огорченъ моимъ посланіемъ, которое я писалъ къ монахамъ, желая возвратить къ благочестію техъ изъ нихъ, которые уклоняемы были отъ него тревожною молвою. Я долженъ теперь сказать, что это огорченіе произошло не столько отъ меня, сколько отъ егоже благоговеинства. Такъ, для техъ, которые соблазнены были его поученіями, я изложилъ ученіе правой веры. А онъ допустилъ епископа Дорофея открыто сказать въ соборной церкви православныхъ: анафема тотъ, кто скажетъ, что Святая Дева есть Богородица. Услышавъ эти слова, онъ не только промолчалъ, но и принялъ его тогда же въ общеніе при совершеніи таинства литургіи. Вотъ ныне мы, по его распоряженію — не скажу, прямо имъ подвергаемся отлученію — слышимъ анафема. He помимо его образа мыслей говорилъ въ церкви и епископъ Дорофей. Такимъ образомъ не только на насъ и на другихъ епископовъ всей вселенской Церкви, еще живыхъ; но и на нашихъ отцевъ, отшедшихъ къ Богу, произнесена анафема. Такъ, что же бы удержало и насъ написать вопреки ихъ словамъ и сказать: тотъ, кто говоритъ, что Святая Марія не есть Богородица, анафема. Этого я доселе не сделалъ для того, чтобы не сказалъ кто нибудь, что на него произнесъ анафему епископъ Александріи, или египеткій соборъ. Когда же западные и восточные благоговейнейшіе епископы узнáютъ, что они все подвержены отлученію, (потому что они все говорятъ и исповедуютъ, что Святая Марія есть Богородица), тогда что они почувствуютъ? He обниметъ ли всехъ ихъ скорбь, если не за себя самихъ, то за святыхъ отцевъ, въ писаніяхъ которыхъ всегда, какъ читаемъ, Святая Дева Марія называется Богородицею. Если бы будущее не грозило большой тревогой, я послалъ бы къ вамъ много сочиненій святыхъ отцевъ, въ которыхъ можно найти, не въ одномъ, а во многихъ местахъ, слова, коими исповедуется, что Святая Дева Марія есть Богородица.