Поставляют оба из земель Гринуара, Аррека, Виеро и Ранднера – у всех них есть копи в старых скалах, годами размываемых водой. Да, для добычи нужны горы, и в Трентайме их не найти».
Брэндель на ходу вспоминал сказанное Босли, пока ехал верхом по городским улицам. Тогда же он впервые задумался о городских жителях. Ехавшая рядом с ним Фелаэрн дополняла информацию о нынешнем положении дел в Трентайме.
Напрямую Гродэну подчинялись четыре территории – Фюрбух, шахтерский городов Шаффлунд, порт Гри и переправа Гарета – большинство людей сосредоточилось именно в них, тысяч восемьдесят. В самом Фюрбухе и окрестностях проживало тридцать тысяч человек, с учетом близлежащих деревень набралось бы сто.
Население всего региона насчитывало триста тысяч человек, среди них человек сто семьдесят знати.
Самыми верными союзниками Гродэна были лорды Максен и Палас. Последний, прозванный Терпеливым, получил рыцарское звание за искусство фехтования и был бойцом Серебряного ранга. Он же единолично командовал лучшей армией Трентайма, сравнимой по силе со столичными войсками.
Фелаэрн продолжила рассказ, решив поподробнее остановиться на Паласе:
Прозвище он получил в сравнении с тираном Гродэном. На самом деле говорят, что он весьма строгий и консервативный рыцарь, и Гродэн доверял ему именно из-за верности и принципиальности
Под аккомпанемент ее слов Брэндель размышлял, как внушить союзникам Гродэна страх перед собой, в итоге высказавшись:
Возможно, нам предстоит столкнуться сразу с двумя армиями, а если удастся их разбить – стоящий за всем этим граф Ранднер задумается и решит проявить осторожность.
Тут он внезапно остановил коня. С этого места открывался вид далеко на северную пустошь, заканчивавшуюся холмами. Пригородные фермы наслаждались последними теплыми лучиками солнца, а повсюду золотилась зрелая пшеница. Наступало время сбора урожая: температура на улице снижалась с каждым днем.
Дворяне на севере вовсю готовились к войне, надеясь атаковать до первых заморозков. Опоздай они сейчас – придется отложить наступление до весны, но ни королеву, ни Клюже это не устраивало. Серьезнейшая угроза за морем Драгонлианский флот, пришвартованный в Анирасе, мог с легкостью повлиять на ситуацию, так что допустить его прибытия было нельзя.
Черные наемники Зайферов вошли в Ампер Сеале, заключая сделки, запугивая и делая все возможное для получения поддержки в городе. Лучший глашатай королевы прибыл с ними, и стоило им продвинуться дальше – десятки тысяч пехотинцев Зафферов сели бы на корабли и достигли границ Ваадра в самые кратчайшие сроки.
В Трентайме сложилась не менее напряженная ситуация, и во многом из-за появления Брэнделя. В воздухе отчетливо ощущался запах предстоящих битв и кровопролития.
Разведчиков в Форт Минст отправили? – спросил Брэндель.
Да, они доложат, когда выдвинется лорд Максен со всей армией, – ответила Фелаэрн.
Сегодня семнадцатое число, Максен уже должен был получить вести от оставшихся наемников Гродэна. Форт Минст всего в дне пути от Фюрбуха, и уверен, что сначала он вышлет рыцарей для сбора солдат и организации, и наберут они две-три тысячи человек. С тем, что всего процентов двадцать в Железном ранге и выше… нет, все равно расклад сил не на моей стороне – у меня всего тысяча наемников! Если получится, надо устроить битву на тех северных холмах… К тому же, надо подумать, как лучше всего воспользоваться знаниями о городе и его окрестностях.
Настоящей головной болью для Брэнделя стали возможные действия графа Ранднера. Лорд Максен был не более чем приманкой, а на восстановление городских стен, приведение в порядок финансов и встраивание доверительных отношений с вновь обретенными наемниками оставался всего месяц. Да, сейчас они все оказались в одной лодке, но надо было думать и о перспективах на будущее, и о том, как завоевать их доверие и убедить, что он достоин поддержки.
«Никого из их лидеров обещаниями и мечтами не заманить – нет, их должна убедить предстоящая битва. Амандина тоже говорила, что надо убедить людей, что у меня есть основания претендовать на звание лорда Трентайма, а если победы впечатлят толпу – граф Ранднер замедлит наступление. Тогда у меня появятся шансы завоевать признание граждан: им нужен не только милосердный господин, но и тот, кто способен их защитить».
Брэндель обернулся на дома горожан. Трентайм граничил с внутренним морем Дьеслуна, откуда часто прилетали ветра и дожди. У большинства домов были скатные крыши и стоки для защиты от непогоды: красная черепица контрастировала с покрашенными в зеленый оконными рамами. Встреченные по пути горожане кидали на них настороженные взгляды, пытаясь исподтишка рассмотреть вновь прибывшего узурпатора.
Несмотря на публично изданный указ о перекраивании системы налогообложения, исполнение которого он поручил Амандине, не говоря уже об отмене большей части податей и списании всех долгов, многие все же сомневались, гадая, какое бремя они получат взамен. Его способность удержаться в новом качестве все еще стояла под вопросом.
Давай к городским воротам, – предложил Брэндель.
Добравшись туда, они встретились с Амандиной и тремя командирами наемников.
Корнелиус, завидев его, низко поклонился. Лично став свидетелем того, на что способен этот молодой господин, пока сражался с ним плечом к плечу, он все же беспокоился за исход его восстания против Ранднера. Не исключал он и того, что его и его людей принесут в жертву – так что стоило на всякий случай проявить уважение.
Джана слегка сжала губы – выступление Брэнделя оставило ее слегка подавленной – сегодняшняя теплая и даже слегка застенчивая улыбка не вязалась со вчерашним оскалом и жаждой крови.
Рабан единственный выглядел безразличным и остался стоять прямо, не поклонившись.
Вам известно, почему я вас позвал? – начал Брэндель.
Все трое покачали головами.
Господин, – обратился Корнелиус, – ждем указаний, и сделаем все, чтобы их исполнить.
Том 3. Глава 13
Янтарный меч – том 3 глава 13
Глава 13 – Территория (7)
Корнелиус вновь склонил голову, а Джана разок кивнула, встряхнув своенравной огненной шевелюрой, исподтишка недовольно покосившись на него.
«Можешь хоть на колени встать, но от нас того же не жди – не подавай ты ему идею!»
Но все же, как бы ни было неприятно слушать такую подачу, и как ни пыталась она понять, что не так в его словах, по сути Корнелиус был прав: пришлось признаться самой себе, что они все – его подчиненные, и должны выполнять приказы.
Сегодняшний день стал логическим продолжением вчерашнего. Юноша разговаривал с ними с позиции силы: они уже нанесли оскорбление предыдущему лорду и стоявшим за ним силам, и наживать еще одного врага в виде нового не посмели бы. Винить они могли только себя – они
