он понизил голос. Филк слегка сощурился, но кивнул.
— Так я и думал.
Гедимин оглянулся через плечо.
— Я иногда буду делать странное. Не лезь, не шуми и никому не рассказывай. Тогда поладим.
Филк мигнул.
— Странное? — переспросил он, отступая на шаг. — Если это дивер…
— Станцию не трону, — быстро пообещал Гедимин. — Тебя тоже.
Борга пару секунд с сомнением смотрел на него, потом нехотя кивнул.
— Если что-то незаконное — ты же сам понимаешь…
— Угу, — Гедимин сдвинулся к следующей контрольной точке. Сердце сделало лишний удар. Он тронул стену и сдвинул щитки на запястье. «Так и пойду. Оно меня слышит. Может, выйдет на связь.»
Филк покосился на его руку, но ничего не сказал. Гедимин прислушивался к колебаниям фантомного тепла. Через пару минут на коже шевельнулось первое тонкое волокно.
— Приём, — прошептал сармат. Филк на краю поля зрения вздрогнул и повернул голову. Волокно зашевелилось, выпуская короткий отросток. Потом переползло на локоть.
— Проверяем твои механизмы, — прошептал Гедимин; сосредоточиться на мысленных картинках никак не удавалось, и он не был уверен, что хранитель хоть что-то понимает. — Если что-то сломано — скажи.
Тёплая волна толкнула сармата в грудь. Щупальце перебралось на загривок и там прилипло к коже. Иногда оно выпускало отростки. «Что оно думает — не поймёшь,» — Гедимин машинально потрогал загривок. Щупальца пощекотали ладонь.
Так они и сидели, иногда перебираясь от затылка на плечи, пока сармат обходил корпуса, стараясь не попадаться под командирский сканер. На третьем энергоблоке он рискнул назвать станцию «по имени». Щупальце шевельнулось, немного потеплело, но на этом дело и кончилось.
— Ладно, до завтра, — Гедимин медленно задвинул пластины. Волокна растаяли на долю секунды раньше — сармат надеялся, что не прищемил их. «Раньше он, кажется, был общительнее,» — Гедимин тихо вздохнул. «Отвык. Кто тут с ним общался, — Гварза, что ли?.. Даже он два года не показывался. А от Маккензи дождёшься общения…»
…На входе в узкий шлюз Гедимин приостановился, прикрывая спиной проём. Борга, пропущенный вперёд, покосился на него и едва заметно ухмыльнулся. Двое обходчиков, заходя следом, оглянулись на Гедимина и старательно обогнули филка. Сармат видел, как их лица дёрнулись в странных гримасах. Он пустил под броню воду, прислушиваясь к ощущениям под открытыми клапанами; вода была тёплой, реакцию на неё легко было спутать с фантомным теплом. «Ага. Вроде есть контакт. Привыкнет — может, со временем разговорится…»
07 февраля 13 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
— Это с расчисток, — Иджес высыпал на стол пригоршню серых камешков. — Не бойся, я их проверил — всё чисто.
Гедимин благодарно кивнул.
— Это что за зверь? — Иджес заглянул под его руку. Работа над очередной «цацкой» шла медленно — множество мелких деталей ещё предстояло соединить так, чтобы конструкция могла свернуться в кольцо. Особенно тяжело давались проволочные прожилки на прозрачных «стеклянных» крыльях.
— Это тоже… из тех краёв? — Иджес неопределённо махнул ладонью. Гедимин покосился на чертёж и кивнул.
— Что-то вроде… летающего трилобита. Забавные зверьки…
— Три… кого? — Иджес озадаченно хмыкнул и полез в справочник ликвидатора. Гедимин сделал расходящиеся надрезы на зажатой в тисках пластинке. Серый расплав потёк по ним, застывая на дне желобков. «Да, так проще, чем с металлом,» — думал сармат, дожидаясь, пока жидкий фрил «схватится». «Теперь закрыть надрезы сверху…»
— М-да… — протянул Иджес, заглядывая через другое плечо; кажется, трилобитов он в справочнике нашёл, но всё равно остался озадаченным. — Так ты говоришь — в тех краях… там всё, что вращается, — взрывается? Камень, кусок фрила… Вот так просто — раскрутил, и бахнуло?
— Угу, — Гедимин не уследил за температурой расплава, и фрил начал застывать раньше времени. Сармат наклонил пластинку, пытаясь подогреть только жидкость. Она с трудом перевалила через уже застывшие бугорки. «Так узлы и останутся,» — Гедимин недовольно сощурился.
— А ведь легко было бы воевать с «макаками», — задумчиво сказал Иджес. — Никакой тебе добычи реактивов, возни со взрывчаткой, с разрядниками. Слепил кругляш из глины — вот тебе и снаряд.
— «Макаки» тоже кругляши лепить умеют, — пробормотал Гедимин, щурясь на «запоротое» «крыло». Никто, кроме него, на «узлы» в прожилках не обратил бы внимания, но сармату они резали глаз.
— Да, тоже верно, — вздохнул Иджес. — Какую штуку ни придумай, её сразу к себе утащат. Хоть тот же ирренций… А вот были бы штуки, что работают только у сарматов! А никто другой к ним и притронуться не может. Там, в ваших краях, такое встречается?
Гедимин покачал головой.
…Спать сармат лёг за семь часов до подъёма — и надеялся, что хотя бы в этот раз они не промелькнут, как одна минута. После сорокачасовых суток Равнины мозг никак не мог перестроиться. «Что, уже?» — недовольно подумал он, когда — по ощущениям, почти сразу же — что-то зацепило его ладонь. Сигнала побудки сармат не услышал и попытался провалиться обратно в сон — но его выдернули ощущения в ладони и чей-то шёпот.
— Он что, и спит в скафандре?
— Псих, — прошептал другой; голоса показались Гедимину смутно знакомыми. Кто-то возился с его ладонью, пытаясь поддеть чувствительную пластину. Потом уронил кисть и сместился к запястью.
— Ага, поддалось… Hasu! А тут где шов?
— Дай глянуть… Оно вскрывается, я точно помню. Как раз посредине руки. Ты, наверное, не там ищешь…
Кисть упала неудобно, Гедимин машинально шевельнул пальцами. Кто-то резко выдохнул.
— Хватит ковыряться! Бей, и так проломишь!
Гедимин открыл глаза, вскинул руку, но на долю секунды опоздал — арматурина скользнула по предплечью. Верхний слой обшивки треснул, броня загудела. Сармат качнулся вперёд, вцепился пальцами во что-то охнувшее. Перед глазами мелькнул прут арматуры. Вторая рука ухватилась за складки плотного скирлина. В левом ухе загудело — арматурина всё-таки зацепила наушник.
«Saat hasesh!» — вспыхнуло в мозгу и погасло. Сармат ударил один ухваченный «предмет» о другой, потом ещё дважды. Кто-то из них вскрикнул, оба обмякли. Под потолком вспыхнул свет. Дверная створка влетела в паз.
— Теск! — крикнул с порога комендант, шарахаясь обратно в коридор. Гедимин разжал руки. Двое сарматов скорчились на полу, закрывая разбитые лица. Рядом валялись два толстых прута, каждый по полметра длиной. Конец одного из них слегка сплющился. «Сталистый фрил,» — мелькнуло в голове сармата. «Где только взяли…»
— Он… — прохрипел
