делать не собирается. А разрядиться ему не на чем…»
Он сверился со схемой, — вспышки будто кружили по периметру энергоблоков, не подходя близко к самим реакторам. Это немного успокаивало.
— Что-то мне не по себе, — шёпотом признался Борга, когда очередная вспышка «сверкнула» совсем рядом. — Говорят, ЭСТ-лучи и периферийные нервы цепляют. Тебе хорошо, ты в броне…
«А был бы не в броне — попробовал бы выйти на контакт,» — думал Гедимин, угрюмо щурясь. «Спросил бы, в чём дело. Если это хранитель… а вот кажется, что это не хранитель. Эта штука от него отдельно. Как те… квантовые образования на Равнине…» Он, невольно вздрогнув, огляделся по сторонам. «Тут не Равнина. Откуда им взяться⁈»
Из ангара транспортного цеха выезжал пустой глайдер. Гедимин мельком заглянул в кабину — хмурый пилот был в жёлтом шлеме, довольно криво надетом и пристёгнутом. Войдя в ангар, сармат тут же забыл о чужих шлемах, — на запястье сверкнул жёлтый светодиод. Стрелка указателя замерла и снова дёрнулась, — две вспышки «ударили» почти подряд. «Полтора милликьюгена, и совсем близко,» — Гедимин быстро огляделся. «Ремонтное чутьё» молчало. «Даже глайдеры исправны. В кои-то веки понадобился сломанный…»
— Эй, Геди… — Борга, отошедший на десяток шагов, окликнул было сармата, но оглянулся на Унурата и замолчал. Тот, кажется, не слышал, — в цеху было шумно.
— Я взял точку, — Гедимин показал на сканер. — Её и отсюда видно.
Он прошёл вдоль борта глайдера. Машины подробно не сканировали — только мельком и то, что потенциально могло взорваться. Гедимин, стараясь не смотреть на вспыхивающий и гаснущий светодиод дозиметра, перевёл взгляд на дальний глайдер — и мигнул. Вместе с ним мигнул детектор — вспышка «ударила» в стену, разминувшись с машиной на полтора метра. Ещё одна «сверкнула» на самом глайдере. Стрелка-указатель замерла почти на секунду, уткнувшись в «брюхо» грузовика. «А ведь оно прицели…» — Гедимин вскинул «арктус». Пузырь защитного поля побелел, уплотняясь — и тут же вспыхнул изнутри. По ангару прокатился грохот. Потом заорали со всех сторон. Сквозь подрастворённую защитную плёнку просвечивал глайдер, рухнувший на бок. Развороченное днище дымилось.
… — На недомерков хоть крейсер сажай — не заметят!
— Когда прибыла машина?.. Ну вот, уже после обхода цеха. Местные механики куда смотрели⁈
— Глайдер был исправен, — отозвался помрачневший местный механик. — Если только вы сами что-то…
Унурат развернулся к нему, сжимая пальцы в кулак.
— Чушь, — отрезал сармат, сверяющий журналы. — Всё зафиксировано. Никто из бригады к грузовику не подходил. Купол был установлен за секунду до взрыва… Гедимин Кет, так тебя зовут?
Он повернулся к молчаливому сармату. Гедимин слушал перебранку вполуха. С тех пор, как взорвался аккумулятор в транспортном цехе, сигма-излучение перестало пульсировать — и больше сармата ничего не волновало.
— Зачем поставил купол?
— На скане видно, что с аккумулятором, — зашевелился Унурат. — За секунду до взрыва — уж наверное…
— Всё зафиксировано, — перебил его «сверщик». — Вы до той машины ещё не дошли. А эти двое и вовсе шли не к ней. Так зачем купол?
— А так неясно⁈ — огрызнулся Гедимин, кивнув на остатки глайдера. Кабина, залитая реагентами, ещё лежала под защитным полем; отцепленный кузов уволокли.
— Отвечай нормально, — «сверщик» сердито сощурился. — У тебя что, «ирида» сбоит? Сама собой срабатывает?
— Был треск из-под днища, — наконец Гедимин сообразил, что ответить. — Встречал такое. Всегда плохо кончается.
Сарматы переглянулись.
— Слух у тебя, конечно… — «сверщик» покачал головой. — Давно в механиках?
— Сорок лет, — буркнул Гедимин. «Говорить им про „кипящее облако“? Да ну, если до Гварзы, ядерщика, не дошло, — им-то как я объясню⁈»
— Чего он с таким опытом и навыками у вас ползает в хвосте? — «сверщик» повернулся к Унурату. — Пустили бы вперёд — может, и глайдер бы уцелел.
Унурат поморщился.
— Гедимин… недавно он у нас, — нехотя сказал он. — Но внимательный, это да.
…Отметка о поощрении «догнала» Гедимина в конце смены, уже в ремонтном ангаре. Борга, заглянув в передатчик, одобрительно хмыкнул.
— Слушай, а какой должен быть треск? Я в том шуме вообще ничего не расслышал.
— Потом покажу, — пообещал Гедимин, радуясь, что сарматы не краснеют. «Кипящее облако. Если бы не оно, глайдер бы ещё полгода проездил. До плановой замены. Но — лучше глайдер, чем реактор.»
25 февраля 13 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
«Чем он так грохочет?» — думал Гедимин. Он сидел в ремонтном ангаре; неподалёку, в выгородке вокруг стапеля, влезал в тяжёлую броню командир ремонтников. Громыхать, на взгляд Гедимина, там было совершенно нечему, да и возиться так долго — не с чем, но грохот не смолкал, пока Унурат, сердито щурясь, не выбрался вместе со скафандром наружу.
— Если Фиаха завтра не выпишут, я им сам руки переломаю, — мрачно пообещал он.
Гедимин шевельнулся было, но Унурат, едва на него взглянув, сердито фыркнул.
— Сиди! Что угодно, но этот недопуск с тебя не снимут. Ты б ещё со стержнями обнялся!
Вокруг захрюкали. Гедимин досадливо сощурился. «А может, и к лучшему, что они тут ни кварка не знают…»
— Хорошо, что тебя не выперли, — тихо сказал ему Борга, придвинувшись ближе. — «Сарма» — она обычно не разбирается. Им что принять, что выгнать, — одну кнопку нажать.
Эйриг из-за своего стола покосился на них и сдержанно хмыкнул.
— Что странно — два голоса за снятие недопуска. Из «Налвэна».
Шрам на лице Унурата дёрнулся.
— Вот пусть в «Налвэне» его и допускают. Их станция, их дело. А здесь… — он шевельнул плечами под тяжёлой бронёй и шумно вздохнул. — Если у Фиаха опять всё криво срастётся — пойду убивать.
26 февраля 13 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
За полчаса до вечерней побудки в отсек постучался Эйриг.
— Идём Фиаха встречать. Выписали, — бросил он и, не дожидаясь, пока сонный Гедимин проморгается, захлопнул дверь. Сармат поднялся, встряхнул головой, отпил из фляги. «Выписали. Ну, посмотрим, что там с рукой… А Боргу заберут из бригады или оставят?»
Мысль «заберут» почему-то его огорчила.
…Вся бригада собралась у медотсека под кислыми взглядами филков-санитаров. Гедимин остановился поодаль. Тут же рядом возник Борга.
— Они тебя не… — начал было Гедимин, но тут открылась дверь медотсека, и наружу, придерживаемый Унуратом за плечо,
