и окликнула его:
— Извините, мистер из ФБР. Не могли бы вы мне помочь, когда освободитесь?
Мужчина в майке с эмблемой ФБР положил гантели на резиновый коврик.
— Что вам нужно? — спросил он.
— Передайте, пожалуйста, когда закончите упражнение. — Лианна ткнула в десятикилограммовые гантели.
— Конечно, — кивнул мужчина.
— Спасибо.
Лианна села и стала ждать, когда мужчина передаст ей требуемое.
— А когда я все сделаю, положите их на место? — спросила она.
Ее собеседник улыбнулся:
— Конечно!
Сделав упражнение, Лианна положила гантели рядом с незнакомцем.
— Большое спасибо, — сказала она.
— Всегда пожалуйста, — отозвался тот, ставя ее гантели назад на стойку.
— Мне нравится ваша майка, — заметила Лианна. — Вы и вправду работаете в ФБР?
— Меня зовут Джордж, — представился новый знакомый, протягивая ей руку.
Лианна пожала ее и подмигнула.
— В мечтах я именно такими и представляю себе сотрудников ФБР.
Джордж улыбнулся.
— Я тоже.
Через полчаса Джордж и Лианна пили апельсиновый сок в уличном кафе на Второй авеню. Джордж остался в спортивной форме, в которой он занимался. На Лианне была белая нейлоновая футболка фирмы «Найк».
Лианна рассказывала новому знакомому о том, как ей не везет с мужчинами. Джордж жаловался ей на жену.
— Значит, я представляю для вас интерес, но только как сексуальный объект, — уточнила Лианна.
Джордж потянулся и зевнул.
— Мы можем иногда ужинать вместе, выпивать, время от времени куда-нибудь ездить на выходные…
— Ясно, — кивнула Лианна. — По крайней мере, вы не юлите.
— А я нужен вам потому, что у вас сложные отношения с одним любовником, гангстером, и другим, который мечтает вступить в мафию, — сказал Джордж. — Или вы преувеличиваете?
— Вы на самом деле сотрудник ФБР? — спросила Лианна. — Ведь такие майки продаются на каждом углу.
— Но не каждый станет их носить. — Джордж порылся в спортивной сумке, достал бумажник, раскрыл и показал свое удостоверение, закрыв пальцем фамилию.
— Похоже на настоящее.
— У нас не приветствуются романы с девушками, которым требуется помощь федерального агентства, — игриво заметил Джордж. — Уж в это вы можете поверить.
— Но я ведь могу позвонить в справочную ФБР и выяснить вашу фамилию, — с улыбкой возразила Лианна. — Конечно, если сильно захочу.
— Да, наверное, — сказал Джордж. — Но тогда вам пришлось бы затратить значительно больше усилий.
— Джордж, я могу узнать вашу фамилию через администрацию спортивного зала, — отмахнулась Лианна.
Джордж передал Лианне свое удостоверение, и она начала читать:
— «Специальный агент Джордж Уилсон. Федеральное бюро расследований».
— Итак, Лианна, что вам от меня нужно? — осведомился Джордж.
— Чтобы вы за ними приглядели, — ответила Лианна. — Не знаю, что затеяли Ларри и Джимми, но явно ничего хорошего. Последите за ними, не упускайте их из виду. Тогда мне будет спокойнее за свою жизнь.
— Я не могу постоянно охранять вас, — заметил Джордж.
— Вы дайте мне свою визитку, — попросила собеседница. — И обещайте, что приедете, как только я позвоню. Вы или ваши сослуживцы из ФБР. Ларри — слабак, изнеженный маменькин сынок, но вот Джимми по-настоящему опасен. Одну женщину он уже избил до полусмерти.
— Может, хотите написать жалобу? — предложил Джордж. — Я могу отвезти вас в полицию и ускорить ход дела. При моем содействии вашей жалобе дадут ход гораздо быстрее. И тогда этот Джимми ничего вам не сделает.
Лианна глубоко вздохнула.
— Нет, нет, еще рано, — сказала она. — Мне не хочется наживать в его лице врага. Пусть делает все, что хочет, только меня не приплетает. Нет, еще рано. Но ваш совет я запомню.
— Вот и отлично, — улыбнулся Джордж. — Как скажете.
Лианна подмигнула ему:
— Я вот что скажу, Джордж: пора нам с тобой перепихнуться!
— У тебя или у меня?
— Я думала, ты женат.
— Был женат, — рассмеялся Джордж.
Джон Денафриа беседовал с Лусией Гонсалес у нее дома, в Нью-Джерси. Она жила на втором этаже дома на три семьи на бульваре Кеннеди. В ее квартале обитали в основном кубинцы, представители среднего класса. Дома были ухоженными и содержались в порядке.
Лусия сидела у себя в гостиной в мягком удобном кресле, принимающем форму тела. Слева на металлическом подносе помещались стакан воды, флаконы с лекарствами, выписанными ей врачами, и марлевые тампоны. Лусия с трудом открывала рот. Манджино выбил ей три зуба; в больнице ей наложили пятьдесят два шва.
— Диктофон мы так и не нашли, — сказал Денафриа.
— Прошу, не надо, — с трудом выговорила Лусия Гонсалес.
— Кто вас избил? Джимми Манджино? — спросил Денафриа.
Лусия закрыла глаза.
Денафриа разложил на столе снимки, среди которых были и фотографии Ларри Берры и Джимми Манджино.
— Ларри у вас был?
Лусия покачала головой.
— Только Манджино? — уточнял Денафриа и ткнул в снимок Манджино. — Он?
Лусия попыталась нахмуриться, но ей стало больно.
— Не знаю, — прошамкала она. — Я его не знаю.
— Нельзя допустить, чтобы это сошло ему с рук, — заявил Денафриа. — За такие дела его можно упечь за решетку. Если пойдете нам навстречу, ему дадут лет пять. Лусия, он плохой парень. Если вы его простите, он вернется. Он — настоящее животное.
— Ничего я вам не скажу, — с трудом выговорила Лусия Гонсалес. — Ничего.
Денафриа почесал затылок.
— Ну а ваш бармен? Может, он окажется разговорчивее?
— Сомневаюсь, — ответила Лусия.
— Он ваш дружок, так?
— Просто друг.
— Где он сейчас? Здесь, у вас?
Лусия снова покачала головой:
— Нет.
— Дома его нет, — заметил Денафриа. — По пути к вам я заезжал к нему.
— Он уехал в Пи-Ар, — сказала Лусия.
Денафриа нахмурился:
— В Пуэрто-Рико?
Лусия кивнула.
— Очень кстати, — сказал Денафриа. — Большое вам спасибо.
Глава 16
Павлик принес закрытую пиццу-кальцоне. Войдя в дом, он увидел, что Декстер Грини, в серых тренировочных штанах и белой футболке, сидит в гостиной, в удобном кресле, и смотрит на видео фильм 1953 года «Кармен Джонс» по мотивам оперы Бизе. На самом Павлике были черная водолазка, серые свободные брюки и черный пиджак. Он поставил пиццу на журнальный стол и тоже стал смотреть фильм. Гарри Белафонте как раз пел, объясняясь в любви Дороти Дейндридж.
— Боже! — воскликнул Павлик, плюхаясь на диван.
Грини нахмурился и потянулся за пультом.
— Обожаю эту арию, — заметил Павлик.
Грини выключил видеомагнитофон.
— Что, Элиш выставила тебя на улицу?
— Ничего подобного, — возразил Павлик. — Я заскочил к тебе по дороге, просто по-дружески.
— То есть тебе что-то от меня нужно, — уточнил Грини.
— Нет. Я собирался зайти еще кое к кому, — сказал Павлик. — Но его не оказалось дома, вот я и зашел к тебе. — Он показал на стоящую на кофейном столике коробку. — Пицца, наверное, уже остыла.
Грини повернулся в кресле лицом к Павлику:
— Вряд ли ты узнаёшь музыку.
— «Кармен». —
