детсадовские представления об отце испарились. Теперь я думал, что он предпочел потратить свою жизнь на возню с малолетками. Отцы моих друзей были докторами и юристами, операторами подъемных кранов и бизнесменами. В конце дня они ехали домой с дорогими портфелями, набитыми файлами, или с белыми касками на задних сиденьях автомобилей. Мой же отец приходил домой со стопкой убогих сочинений о Древнем Египте и ворохом контрольных по дробным числам и десятичным дробям.
В старшей школе я уже был уверен: причина, по которой отец работает преподавателем в начальных классах и так цепляется за свою работу, в том, что у него просто напрочь отсутствуют амбиции, — ведь он даже не понимал или не признавал всю нелепость своей карьеры. Я узнал, что ему много раз предлагали стать завучем или даже директором, но он все время отказывался. Он объяснял это тем, что любил работать в классе, — и даже если не преподавать, то все равно хотел бы работать именно с детьми. Но я уже знал правду: отец был просто ленивым глупцом.
К тому времени, как я сам устроился на постоянную работу, я понял, что отец, ясное дело, был совсем не таким, как миссис Хиггинботтом. Он действительно любил свою работу и отлично с ней справлялся. Но я продолжал сомневаться насчет его амбиций и стремлений.
Именно об этом я размышлял, когда Луис Коста поведал мне свою историю.
Луис встретил меня в аэропорту Барселоны. Как и Ахмед, он держал в руках небольшую табличку с моим именем. Ему, наверное, было немного за тридцать, но выглядел он очень молодо, с неровными коротко подстриженными кудрявыми волосами. Он был одет в синий блейзер и темно-серые брюки. Его ярко-красный галстук выделялся на фоне белой рубашки.
— Hola, hola! Добро пожаловать, Джонатан, — сказал он. — Луис Коста к вашим услугам. Мне очень приятно познакомиться с членом семьи Джулиана.
До того как я успел опомниться, Луис положил руки мне на плечи и, наклонившись, расцеловал в обе щеки.
— А теперь давай познакомимся поближе за обедом с бутылкой отличного вина.
Фамильярность Луиса заставила меня почувствовать себя неловко. Мне было приятно проводить время с Ахмедом, Аямэ, Чавой и Сикиной, но я приехал не для того, чтобы обзавестись новыми друзьями. Мне просто нужно было собрать талисманы и вернуться домой.
Луис повел меня на выход из терминала к стоянке такси. Вместо того чтобы сесть в первую же машину, он поспешил к самой последней. Открыв заднюю дверь, он замысловато махнул в сторону пустого сиденья, словно говоря «После вас». Однако я не двинулся с места. Понятно было, что в такси никого нет. Совсем никого.
— Луис, — сказал я, — тут ведь нет водителя. Водителя такси нет в машине.
— Конечно его нет, — подтвердил Луис. — Он ведь встретил тебя в аэропорту. Я — водитель. Это мое такси.
Мне показалось странным садиться на заднее сиденье, тогда как мой попутчик, пусть даже он водитель такси, сидит впереди, но Луис усадил меня именно так. После того как я сел, он открыл багажник и положил туда мой чемодан. Я видел, как, обходя машину, он махнул и что-то крикнул другим водителям. Луис так и светился радостью, что большая редкость среди водителей такси, по крайней мере, среди водителей такси моего родного города. Сев за руль, он повернулся ко мне:
— Итак, Джонатан, ты уже бывал когда-нибудь в Барселоне?
Я покачал головой, и Луис кивнул:
— Тогда ты просто счастливчик. Тебе достался именно тот водитель, который сможет показать тебе город. Но сейчас ты наверняка устал. Я забронировал номер в отличном отеле в районе Эшампле. Я отвезу тебя туда, чтобы ты мог освежиться и отдохнуть. А потом заберу около девяти вечера, так что мы сможем поужинать на набережной. Годится такой план?
Должен признать, Луис был отличным водителем. Казалось, он легко лавирует в потоке машин. В такси было прохладно, но совсем не холодно. Играла спокойная классическая музыка. На задней стороне водительского сиденья я заметил небольшой карман, в нем была упаковка носовых платочков, бутылочка антибактериального средства для рук, небольшая упаковка влажных салфеток. В подвесном кармашке на спинке пассажирского сиденья лежали две стопки цветных флаеров. Я взял по одному из каждой — туристическая карта Барселоны и путеводитель по музеям. Интересно, все такси в Барселоне так же продуманно оборудованы?
Когда мы добрались до центра, машина начала петлять по узким улочкам.
— Возможно, это и не самый близкий путь, но зато самый красивый. Я подумал, что тебе, возможно, захочется взглянуть на архитектуру девятнадцатого века в этой части города. Она великолепна.
Луис был прав. Многие здания напоминали мне строения в стиле «арт нуво» в Париже и Нью-Йорке, с их украшенными каменными фасадами, чугунными балконными решетками и высокими сводчатыми окнами.
— Ничего себе! — воскликнул я, когда мы проезжали мимо церкви, витиевато украшенной шпилями и остроконечными башенками.
— О, да! Это творение Антонио Гауди — храм Святого Семейства. Самое знаменитое здание в Барселоне. Завтра, если захочешь, мы сможем вернуться сюда. Никто не должен уезжать из Барселоны не познакомившись с работами Гауди.
Проехав мимо церкви, мы повернули за угол и остановились на красный. Как только загорелся зеленый, Луис мягко нажал на газ. Мы даже не успели выехать в центр перекрестка, когда рев разгоняющегося двигателя заставил меня резко обернуться. Другое такси мчалось на красный свет по поперечной улице. Казалось, оно не собиралось тормозить, и я был уверен, что оно врежется в дверь прямо рядом с моим сиденьем. Сердце мое ушло в пятки, я отскочил на соседнее сиденье и закрыл голову руками. Затем услышал визг тормозов и тошнотворный лязг металла. Но каким-то чудом наша машина продолжала спокойно ехать вперед, разве что гораздо медленнее.
Я поднял голову и огляделся. Луис аккуратно притормозил у обочины на противоположной стороне перекрестка. Ему удалось проехать в миллиметре от мчавшейся машины и избежать столкновения. После остановки он включил аварийные фары и повернулся ко мне:
— Джонатан, ты в порядке? — спросил он.
Я кивнул. Мы оба посмотрели в зеркало заднего вида. Такси врезалось в решетку машины на противоположной стороне улицы. В центре перекрестка остались полосы от шин, когда машину развернуло и занесло от резкого удара по тормозам.
Я еще не успел опомниться, а Луис уже выскочил из машины и помчался в сторону разбившегося автомобиля. Когда я догнал его, он уже помог женщине и испуганной маленькой девочке выбраться с заднего сиденья. Женщина держалась за голову, а Луис наклонился поговорить с ребенком. Водитель машины, в
