Берра.
— Значит, Джимми оказал тебе услугу, — все еще кашляя, продолжал Лукесси. — Когда у тебя в голове прояснится, ты поймешь, что все к лучшему. Джимми оказал тебе громадную услугу.
— Но он проявил неуважение, — возразил Берра. — Он ведь знал, как я к ней отношусь!
Лукесси погрозил Берре пальцем.
— Ты не член семьи, — заявил он. — Так что он всего лишь трахнул девчонку, которая ему подвернулась. И потом, он прав: он действительно оказал тебе услугу. Ну а что касается манер… вернее, их отсутствия у него, это совсем другая история. Из-за того, что Джимми невежа, он еще не становится плохим человеком.
Берра вытер пот со лба.
— Он задумал меня убить, — заявил он, испуганно озираясь по сторонам. — Лианна рассказала, что Манджино собирается меня убить и ограбить.
Лукесси поморщился:
— «Лианна»! Да ладно тебе. Ведь она сама спустила трусики, верно?
— Он совсем отбился от рук, — буркнул Берра.
— Но ведь он пошел и сделал то, за что ты ему заплатил, — возразил Лукесси. — Да или нет? Он обещал кое-что сделать и сделал. Теперь он говорит тебе, что может провернуть и другое дельце. Не паникуй. Может быть, он вернет тебе хотя бы часть денег, которые ты так бездумно отдал. Сейчас ты приходишь ко мне и жалуешься, а ведь сам даже не подумал спросить у меня совета, давать или не давать какому-то паршивому парикмахеришке целых шестьдесят кусков! Твой отец в гробу переворачивается от того, что ты вытворяешь!
— А если Лианна говорит правду? — спросил Берра.
— Тогда я обо всем позабочусь. А пока у тебя нет никаких доказательств его вины, кроме слов шлюхи, которая трахается с половиной города у тебя за спиной. По-моему, все не так плохо. Наконец у тебя появился человек, который в состоянии вернуть хотя бы часть растранжиренных тобой денег. На твоем месте я бы подождал еще и перестал сомневаться в Джимми Манджино. Парень голоден, вот и все. Он долго сидел за решеткой. И терять ему сейчас нечего. Зато твоей бывшей подружке, Лианне или как там ее, очень даже есть что терять! Ты думал, она путается с тобой просто так, за твои красивые глаза? Сегодня она заходила сюда, и я обратил внимание, как она одета. Майка в обтяжку, юбка такая короткая, что видны трусы! Не пойми меня превратно, она, конечно, красотка, но ей нравится, когда все на нее пялятся. Я сужу по тому, как она вырядилась сегодня. Знаешь, как поступил бы я, будь она моей подружкой? Я бы запретил ей так одеваться. — Лукесси покачал головой. — Не позволил бы, и все.
Берра покорно молчал.
Лукесси снова вытер губы салфеткой.
— Ну, к делу, — призвал он. — Ты принес мне конверт? Если нет, придется тебе съездить за ним.
Берра вытащил из брючного кармана толстый конверт и под столом передал его Лукесси.
— Вот это другой разговор! — Лукесси казался удовлетворенным.
Берра вымученно улыбнулся.
Лукесси похлопал Берру по плечу.
— Не волнуйся, все образуется. Ты бросишь свою шлюху, которая любит трахаться с кем попало, парикмахер вернет тебе хотя бы часть денег, которые ты так бездумно ему дал, а дядя Бенни присмотрит за тобой. Твой отец был хорошим человеком, и в его память я тебя не оставлю.
При упоминании отца Берра сглотнул подступивший к горлу ком.
Лукесси отломил кусочек итальянского хлеба.
— Мой протеже, Джимми Манджино, хорошо тебе послужит, — сказал он. — Ему, конечно, не мешает обтесаться, научиться прилично себя вести, но свое дело он знает. Повторяю, он уже оказал тебе две услуги.
Берра перестал улыбаться.
Лукесси снова похлопал Берру по плечу.
— Ты хороший мальчик. И в конце концов все образуется.
Глава 21
В начале третьего ночи Транкатта и русский сидели в баре отеля «Бруклин-Инн» и пили водку из стопок. Несколько часов назад они успешно сбыли очередную партию наркотиков. Русский выглядел усталым. Глаза у него были красные.
— Куда подевался твой хреновый дружок? — спросил он с сильным акцентом, глядя на часы. — Я велел ему забрать меня в час.
Транкатта передал русскому полдюжины снимков сестер-кореянок. Русский посмотрел на снимки и почесал нос.
— Есть и другие, — сказал Транкатта. — Но я не хочу напрасно тратить свое и их время — да и твое время, кстати, тоже, раз ты уже сделал выбор. Эти шлюшки мечтают сняться в кино. Ты тоже можешь поучаствовать.
Русский снова посмотрел на снимки, потом на часы.
— Покажи остальные, — согласился он.
Транкатта нахмурился:
— Ты уверен?
Русский долил себе водки из открытой бутылки, стоящей на барной стойке.
— Посмотрим, посмотрим, — сказал он.
Транкатта вытащил еще один конверт с фотографиями. На двенадцати снимках две азиатки занимались сексом с мужчинами — от одного до пяти. Русский разглядывал фотографии довольно хладнокровно.
— Ладно, — одобрил он наконец. — Приводи их на той неделе.
— Сначала мне надо договориться с нашим корейским другом, — возразил Транкатта. — Кроме фотографий, он ничего мне не дал. Прислал их с двумя парнями. Кстати, как насчет гонорара?
— Что насчет гонорара? — не понял русский.
— Я тебе, ты мне, — объяснил Транкатта.
Русский залпом выпил еще стопку водки.
— Чего ты хочешь?
— Чтобы ты решил вопрос, который не дает мне покоя.
— Что за вопрос?
— Один тип.
— Какой еще тип? Перестань ходить вокруг да около!
— Меня запугивает один тип. Такой здоровенный отморозок.
— Итальянский мафиозо?
— Нет-нет, ничего подобного, — возразил Транкатта. — Хотя у него, скорее всего, есть друзья из мафии.
— Юджин, чего ты хочешь?
— Хочу, чтобы его убрали, — сказал Транкатта. — Он вошел со мной в долю в одном предприятии. Но хочет прибрать к рукам все, в том числе и наши с тобой дела. Вот что он сделал с моей рукой. — Транкатта отогнул манжет и показал русскому бинты. — Он сжег мне руку!
Русский потер глаза.
— Как же я его уберу, Юджин? — спросил он.
— Влади, у тебя есть друзья, — настаивал Транкатта. — Я знаю, что есть.
— Ты имеешь в виду русскую мафию, — сказал русский. — Да, у меня есть там друзья. Но не такие, которые стреляют в людей.
Транкатта огляделся по сторонам:
— Кто сказал, что его надо пристрелить?
— Как еще его можно убрать? — удивился русский. — Я официант. И люблю азартные игры. Ставлю на «Никербокеров». Ставлю на «Янки». На «Джайантс» и «Джетс». На хоккей. Играю на бегах. Играю в карты. Езжу в гребаный Атлантик-Сити, в казино! Играю в гребаный блек-джек.
— Если ты вложишь денежки в съемку моего фильма, у тебя появится больше денег на игру, — убеждал собеседника Транкатта. — А если поможешь мне убрать того отморозка, я буду по-прежнему сотрудничать
