раньше хватило бы чуть напрячь плечи, пришлось перенести нагрузку на ноги. Сармат повторил движение ещё пять раз и остановился — пот потёк за шиворот. «Хоть спина не ноет. Давно пора было увеличить нагрузки,» — он переложил сфалт на плечи и осторожно повернул корпус. «Ага, какие-то мышцы ещё остались. Надо их потихоньку разрабатывать. Если бы надеть броню…»
Дверь лаборатории приоткрылась, впустив сквозняк. Иджес шагнул внутрь, взглянул на Гедимина и резко выдохнул.
— Теск, ты в себе⁈
— Я его еле поднял, — отозвался Гедимин, поворачивая корпус в другую сторону. — Как я буду работать⁈
— Жёваный крот, — пробормотал Иджес, тяжело опускаясь в кресло. — Тебе медики всё это разрешили?
Гедимин дёрнул плечом и снова поднял сфалт на вытянутых руках. В этот раз упражнение далось чуть легче.
— Отдай мне скафандр.
— И не подумаю, — отозвался Иджес. — Пока не будет разрешения от медиков. Нет, болтовня с реакторами мозгам точно не на пользу!
Он выразительно посмотрел на Гедимина и отвернулся к верстаку. Сармат переложил сфалт на плечи и сделал пару шагов вдоль стены. «Надо походить так по коридору…»
— Где взять нормальных пилотов⁈ — Иджес поднял недособранный механизм с верстака, но тут же со злостью отбросил его. — Тут бьёшься над каждой ерундой, а эти идиоты…
— Гонки же давно прошли, — Гедимин не без труда вспомнил, когда были последние полёты. Казалось, Иджес всё время готовится к соревнованиям, — ремонтник даже не замечал, когда один «сезон» подготовки сменяется другим.
— А! Можно подумать, они к следующим поумнеют, — Иджес тяжело вздохнул и уставился в стену. — Гедимин! Хоть бы ты выучился на дронщика, пока ничем не занят! Всё лучше, чем ломать спину.
Гедимин хмыкнул.
— Не пойду. Подерёмся.
Иджес возмущённо фыркнул, распахнул было рот — и, осёкшись, приложил ладонь к налобной пластине.
— Это верно. А может, сам пойдёшь в механики? А я буду пилотом. Кажется, даже у меня лучше выйдет!
Гедимин качнул головой.
— Так будет ещё хуже.
Из-за переборки послышался прерывистый треск — кто-то зашёл на стрельбище. Гедимин растянул вдоль двери защитное поле — звуки стихли.
— Куда вас с утра гоняли? Крысы?
— Не, крысам жарко, — Иджес криво ухмыльнулся. — Так, водяная дрянь. Затянуло все насосы, успевай чистить… Вот как думаешь, если над озером «Гельт» взорвать — излучение до дна достанет? Почистит воду, чтоб всякое не плодилось?
— Навзрывали тут уже, — Гедимин помрачнел. «На Равнине водная фауна переживает лучевые шквалы. И полив расплавленным металлом. Если это она сюда перебралась — от неё в жизни не отделаются.»
06 августа 13 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
Волокнистое щупальце расплелось вдоль руки, от плеча до запястья. Любопытства ради Гедимин включил дозиметр — интенсивность «сигмы» подросла на десяток микрокьюгенов. «Локальный максимум излучения,» — сармат погладил невидимые волокна и криво ухмыльнулся. «Хорошо, проверять некому.»
Под потолком мигнуло и загудело. Разговоры за переборкой смолкли. Кто-то хлопнул по кнопке, отключая сирену.
— Первый?.. Понял, — услышал Гедимин голос бригадира. Маячок погас.
— Два датчика в активной зоне, — помрачневший Гезуш вышел на галерею. — Термо и нейтронный.
— Да чтоб им… — выдохнул кто-то на дальней галерее.
— Уже заглушили? — перебил его другой ремонтник.
— Живая точка, — бросил Гезуш, и его слегка перекосило. Кто-то приглушённо выругался.
— Это вообще законно — живых сарматов пихать в реактор?
«Датчики в активной зоне…» — мозг Гедимина включался медленно. «Глушение реактора не сильно-то поможет. Был бы я в скафандре… Hasu!»
— А зачем их ставили там, куда нормальному сармату не дотянуться? — донеслось с галереи. За полминуты, пока Гедимин выбирался из-за переборки, ремонтники успели помрачнеть и, кажется, переругаться. Гезуш угрюмо щурился на них, сжимая пальцы в кулак и косясь на ближайшую стену — при ударе по ней должно было хорошо громыхнуть.
— Кто идёт в реактор? — спросил Гедимин. Со всех сторон зафыркали. Гезуш скривился.
— А ты кого предложишь?
— Дай скафандр — я пойду, — отозвался Гедимин, с недоумением глядя на ремонтников. — Только быстрее. Тянуть нельзя.
Гезуш мигнул.
— Ты? Спина не треснет?
…Два слоя нейтронностойкого фрила, слой флии, слой ипрона, — после тяжёлой «семислойки» этот скафандр показался бы Гедимину невесомым. Он и сейчас не особо-то давил на плечи. Сармат сошёл со стапеля, развёл руки в стороны, повернул корпус. «А нормально. Так и знал — эти штуки спину не нагружают, а держат…»
— Резво скачешь, — Гезуш неодобрительно сощурился. — Руки как? Работают?
Гедимин пошевелил отяжелевшими пальцами. Что-то чувствовал он только сквозь ремонтную перчатку, часть собственной брони, — местный скафандр, хоть и лёгкий, был непроницаемым. «Ладно. Этой — работаем, этой — держим. И лишний раз не дёргаемся.»
— Шлем держать закрытым! — Гезуш надавил на жёсткий воротник. — Что бы тебе там ни померещилось. Пойдёшь один. Связи там нет. Операторы увидят, что что-то не так — позовут ликвидаторов. Продержишься до них — твоё счастье.
— Гезуш! — филк-ремонтник недовольно хмыкнул. — Вот ты хочешь, чтобы он отказался?
— Идём уже, — буркнул Гедимин, прикрепляя к поясу серебристый контейнер. Внутри лежали новые датчики — и в нём же предстояло вынести наружу облучённые. «Хранитель пока спокоен. Но станции работать без контроля — нехорошо. Надо поспешить…»
…Дважды пришлось высунуть палец из перчатки, поставить подпись. К шлюзу его вели под конвоем. Гедимин уже думал, что и в реакторный зал за ним полезут — но, стоило гермоворотам шевельнуться, охрана шарахнулась в «тень» экранированных стен. Как только ворота за сарматом закрылись, он потянулся к шлему. Височные пластины были намертво скреплены с лобной, еле-еле удалось отодвинуть весь слой на миллиметр к затылку. Тут же невидимое волокно легло на висок.
— Тихо, это я, — прошептал сармат, пока гудел, открываясь, внутренний шлюз. — Датчики тебе поменяю.
Массивные линзы в коридоре оттока были приподняты на полметра — Гедимин протискивался под ними ползком, жалея, что сам не добрался до подъёмных механизмов. «Они кого тут ждали? Филка?» — сармат выполз в активную зону и осторожно, вдоль стены, выпрямился. Между ним и горящими колоннами топливных сборок было не так уж много места. Пару секунд он смотрел на них, борясь с желанием прикоснуться. «Операторы увидят. Если меня за прикосновение к корпусу выгнали…» — он развернулся к сиянию спиной и вдоль тёмно-синей стены пошёл
