Читаем без скачивания Святой едет на Запад - Лесли Чартерис

– Нет, – честно признался Святой. – Поэтому мне так необходимо было тогда скрыться из дома Афферлитца, чтобы получить возможность все обдумать и провести собственное расследование. Я просто обязан был найти убийцу. Мне нужно было отыскать его прежде, чем он сумеет снова втянуть меня в какую-нибудь историю, из которой я уже не смог бы так просто выбраться. Я понимал, что это должен быть кто-то, кто очень сильно ненавидит меня. Этот человек, во-первых, должен быть крутым парнем, чтобы суметь убить Афферлитца, а во-вторых, озлобленным, чтобы постараться затем свалить всю вину на меня. То есть мне нужно было отыскать человека, которого отличало бы и то, и другое.

– И вы нашли этого человека совершенно самостоятельна.

– Да, – ответил Святой. – Это был Орландо Флейн.

Они остановились на красный свет светофора. Саймон перевел двигатель на малые обороты, снял ногу с педали сцепления. Он, не отрываясь, смотрел вперед, но все время чувствовал, что Кондор наблюдает за ним.

– Это вы так говорите, – произнес Кондор. – И это ваша версия.

– Догадаться было не так уж трудно. Я отобрал у Флейна роль в фильме. Он катился по наклонной плоскости, и эта роль могла бы его спасти, но я отобрал ее, хотя и не нарочно. Идея принадлежала Афферлитцу. В то время я не был лично знаком с Флейном, для меня он был лишь именем на рекламных щитах. Но он этого не понял. Во всяком случае, он уже плохо соображал из-за постоянного пьянства. Он был страшно пьян и в тот вечер в "Чиро", когда мы его встретили. Это вы тоже можете проверить. Я думаю, он страшно взбесился и уже толком не понимал, что творит.

– Но почему он убил Афферлитца?

– Потому что Афферлитц его шантажировал. Флейн ведь не всегда был звездой киноэкрана. Было время, когда он в Новом Орлеане очаровывал женские сердца, занимаясь гораздо менее романтическим делом. Однажды он попал в переплет, и какая-то девушка стала свидетельницей его преступления. Она вскоре умерла, и весьма кстати. Но Афферлитц каким-то образом все об этом узнал.

– А вам откуда все известно?

– Вы забываете, – мягко сказал Святой, – что преступления – моя специальность. Кроме того, у меня неплохая память. Просто иногда мне не сразу приходит на ум то, что надо. Но вам же нет нужды полагаться на мое слово. Вы можете сами все проверить в полиции Нового Орлеана.

Они снова ехали по бульвару в восточном направлении.

– Почему же вы не рассказали мне все это сегодня утром?

– Утром эта история еще не пришла мне на память. Я вспомнил о ней лишь после нашего разговора днем. Сначала я неоправданно заподозрил Грума, и мы выясняли с ним это в вашем присутствии, потом начался разговор о девушках и бизнесе, потом о грязных делах с девушками, и внезапно я вспомнил эту историю. Я был тогда в баре "Приемная", и, Бог мой, Флейн тоже оказался там. Ну что ж, признаюсь, что я не слишком законопослушный гражданин. Никогда не мог понять, почему это все удовольствия должны доставаться только полицейским. Мне всегда нужно сунуть нос не в свое дело. Так я поступил и на этот раз. Я сказал Флейну, что все о нем знаю. Я рассказал ему всю историю, попутно присочинив кое-что, в чем сам не был уверен. Но мне прекрасно удалось это сделать. Я хотел проверить, не расколется ли он после моих слов.

– И тогда...

– И тогда он раскололся. Мне нет необходимости пытаться убедить вас в этом. Вот здесь мой первый свидетель.

Он нажал на тормоз, остановил машину рядом с освещенным неоновой рекламой фасадом "Приемной", и полицейская машина также остановилась, подъехав вплотную. Саймон открыл дверцу своей машины и вышел с нарочитой медлительностью; детектив спрятал пистолет и вышел вслед за ним.

Они окунулись в сумеречный уют бара, где в это время суток довольно многочисленные клиенты расположились в затемненных углах зала. Саймон кивком подозвал бармена.

– Не могли бы вы рассказать мистеру Кондору о том, что произошло здесь сегодня днем?

Бармен был явно удивлен, что снова видит Святого, но к этому удивлению примешивалась и привычная профессиональная осторожность.

– О чем? – поинтересовался он с невинным видом.

– О Флейне, – ответил Святой.

– Все в порядке, – поспешил успокоить бармена Кондор. – Никто не жаловался. Мистер Темплер просто хочет, чтобы я услышал эту историю.

Бармен вытер руки о свой фартук.

– Думаю, мистер Флейн выпил немного лишнего, – сказал он. – Он разговаривал с этим джентльменом, но я не слышал о чем. Потом мне показалось, что мистер Флейн начинает горячиться, с ним это случается, когда он выпьет лишнего, вернее сказать, с ним это случалось...

– Продолжайте, – сказал Кондор.

– Что ж, тогда я постарался прислушаться к их разговору, но ничего не смог услышать, а потом он, должно быть, ударил этого мистера, как вы его там называете, потому что он упал со стула, а мистер Флейн бросился вон отсюда. Я помог этому господину подняться, принес ему выпить, и после этого он ушел. Это все, что я знаю.

– Спасибо, – поблагодарил его Кондор.

Они снова вышли на улицу.

– А потом, – продолжил Святой, – я вернулся на студию и постарался отыскать вас, но вы уже ушли. Вы можете сейчас пойти и проверить мои слова у привратника. Если сейчас дежурит другой привратник, то он скажет нам, где найти того, с которым я разговаривал днем.

Кондор уныло посмотрел на противоположную сторону улицы, словно страдающий дурным пищеварением крокодил, лежащий у реки и наблюдающий за жирной дичью, резвящейся на противоположном берегу.

– Я поверю вам на слово, – сказал он. – Вы не настаивали бы на проверке, если бы не были уверены в том, какие ответы я получу. Но почему вы не позвонили мне в полицейский участок?

– Я собирался, – сказал Святой. – Но я... Словом, у меня было назначено свидание. Вы ведь знаете, как это бывает, А потом я выпил и решил отложить все дела. Позднее я услышал сообщение по радио и просто побоялся высовываться. Я посчитал, что дело все равно закончилось само по себе. Я дал понять Флейну, что он попался, и вслед за этим он застрелился. Таким образом, справедливость восторжествовала, даже если никто и не получил за это медаль.

Кондор потер свой длинный меланхоличный нос.

– Вы хотите, чтобы я принял на веру массу вещей, – сказал он. – А кстати, человек моей профессии обожает медали.

– Я вовсе не предлагаю вам верить в то, во что вы не хотите верить, – бесстрастно сказал Саймон. – Вы можете все проверить. Флейн расправился с Афферлитцем. Он и прежде угрожал ему...

– Разве?

– Прямо в баре. Именно тогда я и увидел его впервые. Он был сильно пьян и кричал, что Афферлитц не имеет права с ним так обращаться, что он ему еще покажет. Бармен старался его успокоить. Вернитесь в бар и спросите у него сами.

Детектив покачал головой.

– Если вы договорились с барменом, чтобы он подтвердил один ваш рассказ, то что вам мешало столковаться с ним и в отношении всего остального, – сказал он без всякого энтузиазма. – Кто еще слышал, как Флейн угрожал расправиться с Афферлитцем?

Святой задумался, и внезапно в памяти его очень отчетливо возникло происшествие в конторе Афферлитца.

– Секретарша Афферлитца слышала. Вчера Афферлитц выкинул его из своего кабинета, и Флейн угрожал убить его. Разве она вам не рассказывала об этом?

– Нет.

– Она должна была это сделать. Она при этом присутствовала.

Кондор как-то ссутулился.

– Посмотрим, дома ли она сейчас, – сказал он.

Они снова поехали на машине Святого, на этот раз в северном направлении, через Голливудский бульвар, по адресу, который нашли в телефонной книге в ближайшей аптеке. Полицейская машина как тень следовала за ними по пятам.

Но Святой больше не обращал на это внимания. Теперь это уже не имело особого значения. Кондор поверил ему, хотя еще и не признался в этом вслух. Теперь это был лишь вопрос времени и рутинной проверки фактов. Траурная пассивность детектива и то, что зубочистка, торчавшая у него изо рта, была удручающе направлена вниз, служили безмолвным подтверждением этого. В конце концов дело оказалось очень простым. И теперь Святой мог лишь удивляться тому, что ни разу за все время не вспомнил об этой сцене, когда Флейн вылетел из кабинета Афферлитца, а Святой подхватил его и помог встать на ноги, в то время как Флейн выкрикивал свои угрозы, – сцене, о которой Пегги Уорден не рассказала Кондору. Святой подумал, что не проявил прежде должной сообразительности. Но теперь он контролирует ситуацию...

Они вошли в квартиру Пегги Уорден. Она испуганно смотрела на них большими глазами, но все же сказала:

– Да, мистер Флейн действительно говорил это, но...

– Вы можете точно вспомнить его слова? – спросил Кондор.

– Кажется, он сказал... – Она наморщила лоб, вспоминая. – Что-то вроде: "Можешь не сомневаться, я с тобой разделаюсь".

– Так и было, – подтвердил Святой.

– Но он был сильно пьян, – сказала она, – он не понимал, что говорит...