ни звуков дыхания. Лишь загробная тишина, объявшая окружающий лес.
— Что молчишь? Язык проглотила? Гудеть устала? — в ответ величественная фигура повела головой и высокая корона громко звякнула, свешиваясь набок.
Внезапно существо заверещало:
— Вы зашли чересчур далеко! Я вынуждена сама разбираться с вами. Дальше хода нет! — ни о каком диалоге и речи быть не может, это стало ясно в ту же самую секунду.
Из-под длинного рукава серого платья показалась позолоченная палка, которая тут же была обхвачена полу-бесплотными цепкими пальцами.
— Будешь сражаться палочкой? — поинтересовался богатырь с Эдема. — Ностальгия по детству в жопе заиграла? Советую не забывать, я не крапива, палка может и не подействовать.
— Замолчи! — она прокричала сухо, кратко и грубо, как Саркис и любил.
«Властная женщина»
И конечно же золотая палка в её руке появилась далеко не просто так. Наконечник громко щёлкнул, высвобождая огромное серебряное лезвие, ярко сверкающее в свете луны. Дуга плавно прокосила воздух и лениво заверещала, готовая к битве.
— Королева смерти, не иначе! Сюрпризов полные штаны! Есть чем похвастать.
— Завали пасть, щенок! Не смей приближаться к городу!
«А она настроена серьёзно, как я погляжу. Есть у меня на этот счёт пара любопытных догадок, но сейчас не время!»
Пламя потекло с ладоней, по пути приобретая форму двух яростных драконов, чьи хвосты шустро петляли за их тонкими огненными телами. Зарычав, ящеры закружились вокруг королевы, пытаясь подобрать самый подходящий момент для атаки.
Тварь была не из глупых! Спокойно паря над землёй, она ждала, пока огонь устремит к ней свои когти.
«Давайте!»
Оба дракона встрепенулись и ринулись на врага, еле сдерживая свою форму. Рыча и скаля свои зубки, ящеры было застали королеву привидений врасплох. Но если бы всё было так просто…
Оставив после себя лишь сгусток дыма, королева показалась в совершенно другой стороне, наблюдая за растерявшимися юркими драконами, чьи хвосты шипели, крутясь из стороны в сторону.
Саркис был уверен, что существо улыбалось! Иначе и быть не могло! Размахнувшись своей длинной косой, женщина опустила своё оружие прямо на двух опешивших ящеров. Свистя, коса прорвалась сквозь пламя и то ярко взорвалось, озарив округу ярким малиновым светом.
Коса так красиво мерцала, а деревья так смачно занялись огнём. Дракоши пали, не успев воспользоваться хоть одним шансом попробовать плоть врага своими горячими зубами.
Королева была гораздо сильнее, чем Саркис себе представлял. Пожар отражался в высоких острых золотых зубьях, а лицо… оно было поглощено этим заревом. Прозрачное, но от этого не менее живое и прекрасное.
— Такая красивая, а уже мёртвая! Кто ты такая? Кто ты для Эрика? — на удивлённого мага смотрело молодое лицо, ещё не испещрённое морщинами. Аккуратный нос идеально подходил чётко вычерченным скулам и вискам. Добрые глаза, властные, но от этого нисколько не злые. Русая прядь падала на щёку, делая лицо ещё более красивым и милым.
— Кто я такая сейчас не важно! Болтать нужно было до этой схватки, сейчас же… Я никогда не дам тебе пройти к моему любимому зайчику! Ты хоть знаешь кто он такой? Что он пережил? Не трогайте Эрика, дайте ему спокойной жизни! — призрак заистерил, истошно вопя и сгибаясь в приступе немыслимой боли.
— Ты его мать, да? — поинтересовался Саркис, облокачиваясь на фиолетовый посох. — И что ты тут делаешь в таком никчёмном виде?
Женщина зарыдала, косаясь лица своими бесплотными руками:
— Дайте ему свободы! Оставьте его в покое… Он заслужил хорошей жизни, пройдя через такие страдания… Его и били, и презирали, он страдал из-за плохого здоровья, его мучали боли, я… Я поступила неправильно, но что сделано то сделано. Я ни о чём не жалею! Всё, что произошло — это урок, что дала нам жизнь!
Саркис давно перестал понимать маму Эрика. Да и та лишь ревела, видимо и не собираясь разговаривать с эдемским магом.
Королева бросила взгляд на Саркиса и с остервенением замахнулась косой. Без тени сомнения, обезумев, призрак летел к магу, подготавливая мощную атаку.
Слёзы более не капали с её прекрасного лица, а голос вновь стал властен и строг:
— Хоть один раз в жизни я должна помочь ему! Сын нуждается во мне, я это знаю! И он меня любит, точно-точно. Несмотря на то, как я поломала его жизнь, он всё равно ценит и любит меня, иначе мне бы не позволили охранять этот лес!
«Дура, он использует тебя» — заключил Саркис, держась за посох и готовя ледяной удар. Голубое навершие сверкнуло, заставив Демьяна, кучерявого адепта одной из башен, открыть уставшие глаза.
Его уши ловили каждое слово королевы. Её было слышно так, как если бы она стояла совсем рядом, буквально в пяти метрах.
— Мы влипли! Мы точно влипли! — протараторил парень, потихоньку чувствуя приближающуюся угрозу. — Такое ощущение, будто отец обманул меня. Но его амулет спас меня от смерти, разве нет? — сомнения вцепились острыми когтями в душу Демьяна. Он понимал, что угроза оставалась и всё ещё витала в студёном воздухе.
Звёзд было так много, целый небосклон. Луна, краюшек которой притаился за тёмными облаками, ярко светила и весь лес окрасился в красивый серебряный цвет.
— Какие-то фигуры… Уверен, это трупы моих врагов. — парень заметил некие силуэты, вырисовавшиеся на окраине громадной чёрной воронки. Беда была лишь в одном…
— Что? Может, это кусты шевелятся? — Демьяна обдал холодок, а к горлу подступила противная горечь. — Там же… что-то точно двигается.
Ветер был на удивление тих, на корабле такую погоду назвали бы штилем.
— Но где же сам ветер? — парень задрожал и на трясущихся ногах приподнялся над чёрной землёй. Под мягким светом луны, в совершенно спокойную погоду, в далеке двигалось какое-то нечто.
Поворот. Поворот. Голова отказывалась двигаться и понимать всё это. Твари невозмутимо подходили абсолютно со всех сторон.
— Они… они все как тот паук, что упал на лицо Саркиса. Эти твари бесплотны! — словно приговор сказал Демьян и его руки отбили весёлую чечётку.
Гигантские мыши пронзительно пищали, волоча свои жирные брюха по чёрной земле, улитки безмолвно ползли вперёд, а пауки грозно шипели, переставляя
