Возможно, это был самый значительный скандал в его жизни, если говорить о далеко идущих последствиях, но, кажется, никто особенно не переживал. Мать радовалась появлению невестки. Отец гордился его поведением. Мэдди явно обрадуется его женитьбе. Сейчас Фелисити не была особенно счастлива, но она получала, что хотела. Неужели только он недоволен этим поворотом событий?
Будто весь мир вступил в заговор с целью повлиять на его жизнь. Превратить его в нечто, чем он был не готов стать. Все началось с того, что отец посвятил его в семейные дела, а теперь… Теперь он должен жениться, хочет он того или нет, не важно. Он мог с этим бороться, но любой протест с его стороны только ухудшит ситуацию. Нет, благородный человек совершил благородный поступок. Даже если это и убьет его.
И все же ему совершенно не нравилось ощущение, что он больше не хозяин собственной жизни. Совершенно не нравилось. И тут поздно было что-то менять.
Глава 10
Матери по-настоящему нужна дочь, которая не повторит ее ошибок, и жизнь которой окажется такой же счастливой, как у нее.
Эванджелина, графиня Данбери
Фелисити оглядела большой холл Кавендиш-Хауса и вручила накидку лакею. Она не помнила, чтобы когда-нибудь так нервничала. Конечно, невестам положено нервничать, но свадьба назначена только на завтра. К завтрашнему дню она превратится в лужицу, дрожащую от волнения. Если выживет сегодня.
Сегодня она с родителями должна была обедать с семейством Найджела. Нервничать было особенно не из-за чего. Ее матушка и леди Кавендиш обнаружили много общего и уже успели стать близкими подругами.
Очевидно, подготовка свадьбы детей сблизила их. Можно было подумать, что это – долгожданное событие, а не поспешный брак по необходимости.
Никто не выразил ни малейших сомнений по поводу того, что все закончится хорошо. Мадлен заверила Фелисити, что Найджел обязательно появится, а она знает его лучше, чем кто-либо другой.
Судя по всему, единственный, кто не был доволен приближающимся бракосочетанием, был сам Найджел. Фелисити не видела его с того момента, как они договорились о браке два дня назад.
Фелисити глубоко вдохнула. Их проводили в салон.
– А вот и вы!
Леди Кавендиш и виконт Кавендиш заторопились им навстречу. Леди Кавендиш расцеловала Фелисити в обе щеки.
– Моя дорогая девочка, ты прелестно выглядишь сегодня. – Леди Кавендиш повернулась к матери Фелисити: – Эванджелина, я не уверена, что вы знакомы с моим мужем.
– Мы как-то встречались, но это было очень давно. – Глаза матери весело сверкнули. – Как поживаете, Эдмунд?
– Прекрасно, Эви.
Эви? Фелисити никогда не слышала, чтобы кто-то, за исключением отца, называл мать Эви. Виконт взял руки ее матери в свои и поднес к губам.
– Вы ни капли не изменились.
Мать Фелисити рассмеялась:
– Глупости. Я стала значительно старше. И хотя стараюсь об этом забыть, мне напоминает зеркало.
– Нет, вы все такая же элегантная.
Элегантная? Ее мать? Фелисити никогда не считала мать элегантной. Но, поразмыслив, нашла, что мать и впрямь привлекательная женщина и хорошо выглядит для своего возраста.
– Вы знакомы? – спросила леди Кавендиш, не скрывая любопытства.
Лорд Кавендиш отпустил руки Эви и повернулся к отцу Фелисити:
– Данбери.
Отец Фелисити кивнул:
– Кавендиш.
– Похоже, история повторяется, – заметил с мрачным видом лорд Кавендиш.
– И то правда. А вы многого добились, Кавендиш.
Виконт пожал плечами:
– Последние лет тридцать я употребил на то, чтобы создать себе имя, а вы – чтобы… чтобы исправить свои ошибки.
Лорд Данбери рассмеялся и пожал лорду Кавендишу руку. Отец Найджела похлопал графа по спине, и между мужчинами завязался разговор.
– Вы все явно знакомы.
– Шарлотта, это было очень давно. Едва ли стоит об этом вспоминать.
Мать Фелисити взяла под руку леди Кавендиш.
– С тех пор много воды утекло.
– А что имел в виду лорд Кавендиш, говоря, что история повторяется?
– О, это совершенно не важно, дорогая.
– Много воды утекло? – поинтересовалась Фелисити.
– Именно. – Мать кивнула. В последние дни Фелисити несколько раз слышала это выражение, и всегда его употребляли по отношению к ее родителям. Оставалось только прикидывать, сколько именно воды утекло. Девушка снова осознала, что многого не знает о жизни своих родителей.
Присутствовали Мадлен и лорд Уиндем, брат Найджела Робин – высокий молодой человек, очень похожий на брата внешне, и младшая сестра Найджела Феба – хорошенькая девушка. По ее озорной улыбке и выражению глаз Фелисити заключила, что у леди Кавендиш будет хлопот полон рот с дочерью, когда та будет представлена обществу.
Присутствовали и другие родственники. Как заметила Мадлен, для Кавендишей сборище было небольшим. Единственным членом семьи, отсутствие которого сразу бросалось в глаза, был Найджел.
Мадлен приветствовала Фелисити, чмокнув в щеку.
– Найджела здесь нет.
– Я вижу. – Фелисити ощутила нечто неприятное в животе. – Где он?
Мадлен поджала губы:
– Понятия не имею.
– Надеюсь, он не сбежал?
– Нет-нет, конечно. У него завтра свадьба. Он согласился жениться на тебе, и я уверена, что он так и поступит. Он человек слова.
– Таковым и остаюсь, – послышался за их спинами голос Найджела.
Фелисити повернулась к нему, сердце ее радостно забилось. До этого она не понимала, как сильно по нему соскучилась. Ей совершенно не понравилось, как они расстались.
– Прошу прощения. Я задержался.
Найджел повернулся к Фелисити, взял ее руку и поднес к губам.
– Вы прекрасно выглядите. – От него исходил еле уловимый запах сигарного дыма и бренди.
– Спасибо, Найджел.
– Мне нужно поздороваться с вашими родителями.
Мадлен проследила взглядом за тем, как брат пересекает комнату.
– Он что-то задумал.
– Я уверена, что нет, – возразила Фелисити, хотя и согласилась с Мадлен.
Сегодня вечером с Найджелом было что-то не так.
– Может быть, он просто нервничает?
В другом конце комнаты Найджел поцеловал руку матери Фелисити.
– Однако он ведет себя достаточно вежливо и довольно-таки приятен в общении.
Найджел сказал что-то, отчего ее мать улыбнулась, а леди Кавендиш рассмеялась.
– Он чрезвычайно мил.
– Найджел – само очарование.
Мадлен приглядывалась к брату.
– В его хитрой голове что-то вызревает. Я ему не доверяю.
– А я доверяю, – непреклонно заявила Фелисити.
– Не уверена, что тебе следует так поступать. Хотя особого выбора у тебя, думаю, нет.
Фелисити наблюдала за высоким привлекательным мужчиной, который скоро должен был стать ее мужем.
Он и впрямь был сплошное очарование и в высшей степени обаятельный. Любой женщине было бы чрезвычайно трудно устоять перед ним. И все же Фелисити не покидало ужасное ощущение обреченности.
– Как печально, самое примечательное на нашей собственной свадьбе то, что неожиданно обнаружилось давнее знакомство наших родителей, – тихо заметила Фелисити.
Найджел взглянул на нее из другого угла кареты.
– Простите, вы что-то сказали?
– Нет, ничего. Совсем ничего. – Новоиспеченный муж рассеянно улыбнулся и снова уставился в окно.
Фелисити тоже стала смотреть невидящим взглядом на улицы, проплывавшие за окном. Ехать от ее дома до городской усадьбы Найджела, ее нового дома, было недолго. Фелисити совершенно не была уверена в том, что ее ожидает в этом доме радость, ей не терпелось остаться с мужем наедине и наконец-то узнать, что он задумал. В том, что он что-то задумал, Фелисити не сомневалась. Ей уже хватило общения с очень вежливым Найджелом с превосходными манерами, каким он вдруг стал.
Вчера вечером он был практически совершенством, очаровательным и достойным восхищения. Однако Фелисити провела с ним наедине всего несколько мгновений. Его поведение по отношению к ней было достаточно приятным в официальном смысле. От того кокетливого Найджела, который похитил ее сердце, не осталось и следа. Сразу после обеда он объявил, что ему необходимо решить до свадьбы множество вопросов, извинился перед всеми, снова поцеловал ее руку и удалился. В следующий раз Фелисити увидела его лишь на сегодняшней церемонии.
