сейчас запрягай лошадью и вдоль по дороге, что к привалу каша была готова.
Набран небольшой штат. Двух парней нашел через военкомат — погранцы, работали с собаками. Одного — в ДОСААФ, на шофера учится, но собак любит и держит сущего волкодава дома.
Увы, в этой реальности так и не основан питомник «Красная звезда»[21]. Поэтому нет в библиотеке книг знаменитого Мазовера[22] и нет селекционных пород: московской сторожевой и московского водолаза. И что особенно обидно, так то, что нет «Собаки Сталина» — черного русского терьера, сочетающего в себе лучшие качества ризеншнауцеров, ротвейлеров, овчарок, ньюфаундлендов, других пород и их метисов.
Зато сохранился Ростовский питомник собаководства Главного управления милиции МВД СССР. На месте разрушенного в годы войны кирпичного завода, расположенного на восточной окраине города, были построены вольеры на 40 собак, родильное помещение, спецкухня и помещения для щенков. В год от 18 племенных сук получают около 100 щенков, которых выращивают до 12 месяцев, приучают к условиям будущей службы, а затем передают в подразделения органов внутренних дел. Должны и нам прислать парочку. Пока у меня всего две собаки: Джулия, ставшая чутьистой следачкой и недавнее приобретение — щенок эрдельтерьера. Семья инженера завода, получив новое назначение, подарила его в наш питомник. Так и не удалось нашему юному участковому отвертеться от работы с собаками. Щенка поручили ему.
Ну и в розыскной работе были некоторые успехи. Забавный случай произошел в конторе Вяземского машиностроительного завода. Кто-то у кого-то спер ангорского пуха кофточку. Исходя из того, что хозяйка модной одежды кофточку носила, построил народ в коридоре, дал овчарке понюхать руку жертвы и пустил на выборку. Нашла мгновенно, видимо нюансы запах в шерсти сохранялись прочно. Гавкнула, воровка чуть в обморок не упала и сразу созналась: «я только померить взяла…».
Пару краж помогли с Джулей раскрыть. В одном выбору сделали: вор бросил на пол стамеску, которой вскрывал шкаф в ограбленной квартирою Стер тряпкой отпечатки пальцев или в перчатках брал, но напыление графитового порошка выявило смазанные следы, которые идентифицировать эксперт не брался. Я упаковал стамеску в целлофановый пакет и попросил вызвать в отдел возможных домушников. Коих оказалось в городке целых четыре человека. Произвели выборку каждого, используя трех подставных. На третьем собака долго принюхивалась, но опознала того, кто трогал стамеску, облаяла и даже попытался укусить. Ну а следователь быстро расколол мужичка на косвенных, главное — была уверенность в том, что он виновен.
Тут необходимо пояснить, что следователей в милиции как бы и не было. Как недавно в газете «Известия» высказался генеральный прокурор СССР: «освобождение милиции от не свойственной ей функции предварительного следствия, которую она сейчас фактически выполняет, позволит ей направить свои усилия на предупреждение преступлений, принятие необходимых оперативно-розыскных мер для раскрытия преступлений и розыска преступников и ведение дознания…». Несколько позднее аналогичные нормы получили закрепление и в уголовно-процессуальных кодексах союзных республик. Так, в п. 7 ст. 34 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР 1960 г., оговаривалось, что термином «следователь» наименовывались исключительно следователи прокуратуры и следователи органов государственной безопасности.
Но контора пишет, а дела делают на местах, так что были у нас в отделе, кроме оперативников, и следователи…
Я допило пиво, доел яичницу и приступил к походу по магазинам. Надо было купить пару смен белья и всякую домашнюю мелочевку. А то у меня даже вантуза не было!
Глава 20
«В общем, я очень люблю и кошек, и собак. Что за славные, жизнерадостные создания! Как товарищи они намного превосходят людей».
Д. К. Джером
Прибыла комиссия из Москвы. «Что за комиссия, создатель…»! Ну а как же, средства выделили, новое штатное расписание Вяземского РОВД финансово обеспечили, надо проверить. Социализм — это прежде всего учет!
Естественно, в местной двухэтажной деревянной гостинице с клопами и тараканами членов комиссии размещать не стали, а отвезли в домик горкома партии, где тоже два этажа, но комфортных. Рядом чистенькая банька, которую обслуживают горкомовские же комсомолки, девушки среднего возраста и без предрассудков. А какой вид на город и речку со второго этажа этого партийного домика!
Я, кстати, там был. Мед не пил, но пиво было. И неплохой самтрестовский коньяк КВК с солидной выдержкой.
Вызвали меня прямо с работы, только и успел китель накинуть вместо халата. Два веселых молодца (не одинаковых с лица) встретили меня раскрасневшиеся за скромным советским столом со шпротами, буженинкой, карбонатом, сервелатом и прочими яствами, которые в магазине только из под прилавка. Рыба была представлена похуже, зато икра была обеих цветов.
— Мы — подполковник Замятин и майор Майоров из управления МВД прибыли по вашу душу, — душевно сказал полный и невысокий, привстав со стула, но сперва перекусим. А то мы только что из баньки.
Второй, длинный и тощий, привставать не стал, так кивнул — сидя.
Ну а я не стал кочевряжится, присел, наложил себе на тарелку всего понемногу, коньяка махнул и принялся закусывать.
— Сейчас горячее будет, — появилась одна из комсомолок, — вы там не наедайтесь, гусь с яблоками.
Мы все трое утвердительно покивали головами, не прекращая жевать. А подполкан налил мне еще коньяка.
— Спасибо, — сказал я, — люблю самтрестовский, хоть он и резковат немного.
— Вы же в прошлом офицер? — вступил в разговор тощий. — Где служили?
— Бывших офицеров не бывает, — ответил я. — А служил на Дальнем Востоке, там снабжение по высшей сетки, так что выбор коньяков был хороший.
Но тут внесли огромного гуся и все разговоры на время превратились.
Вот, под гуся меня и накрыло еще одним детским воспоминанием. Праздничным. Семейным. Сперва стол покрывали белой праздничной скатертью, потом на скатерть ставили приборы и начинали выкладывать закуски. В круглых тарелках лежали тоненькие кружочки колбас, ветчины, буженины, в продолговатых тарелочках нежились в масле шпроты и сардины. В глубоких мисках горбились разнообразные салаты. Еще были тарелочки с огурчиками, грибами, помидорами. Между ними выстраивались бутылки с вином, водкой и коньяком. Женщины пили вино, Кто-то пил водку, а кто-то — коньяк. Чья-то мама всегда говорила своему мужу, чтоб он не пил каждую рюмку до конца, «не на поминках», мол. Но он кивал ей: «да, милочка», — и все равно пил до конца.
Вино или шампанское наливали и детям — мне и чьей-то дочке. Чуть-чуть, на донышко. И тогда они чокались вместе со взрослыми. Бокалы звенели, как хрустальные колокольчики.
Потом закуски
