красиво. На стене висит большая картина, на ней натюрморт с тыквами.
Осмотревшись, я подхожу к окну и, чуть сдвинув тюлевую штору, рассматриваю дом напротив. Моё везение продолжается. Окна квартиры смотрят на дом Кахи. У него квартира на третьем этаже, а я сейчас нахожусь на четвёртом. Эх, бинокль бы не помешал. А так, пункт наблюдения очень хороший.
– Юрий Платонович, а у вас бинокля нет случайно? – спрашиваю я, когда он возвращается с чайником.
– А тебе какой?
– Флотский, армейский, не знаю, на худой конец, даже театральный подойдёт.
– Есть вообще-то. Мне дарили на охоту ходить. Я не охотник, правда, хоть и имею кое-какую амуницию. Надо достать, я нечасто пользуюсь, вот и убрал подальше. Тебе для чего?
– Да вот, за соседями вашими хочу пошпионить, – усмехаюсь я.
– Экий ты разносторонний, – говорит он. – Ладно, садись. Бинокль потом поищу. Так что там с папой твоим приключилось?
Мы садимся в кресла, приставленные к красивому журнальному столику. Бутерброды с чёрной икрой, конфеты, пирожные, красивая посуда. От всего этого такой уют и теплота, удивительно даже.
– Хочешь виски попробовать? – спрашивает хозяин дома.
Можно подумать, я виски не пробовал, мысленно улыбаюсь я. Думаю жители всего нашего города, вместе взятые, выпили меньше, чем я «попробовал» за свою жизнь там.
– Нет, – улыбаюсь я, – спасибо. У меня, во-первых, голова отшиблена и мне нельзя, а, во-вторых, я же спортивные ориентиры себе поставил, так что алкоголь – это не ко мне.
– Ну, гляди. А я выпью. Интересно, такое ещё не доводилось пробовать.
Он откупоривает бутылку и наливает янтарную жидкость в бокал. До меня доносится лёгкий клочок аромата. Пахнет отлично.
Я рассказываю о ночных событиях. Юрий Платонович внимательно слушает и качает головой.
– Как отец?
– Да выкарабкивается, спасибо.
– А сам-то ты как, надеюсь, на тебя гнев Фемиды не обрушится?
– Я тоже надеюсь, посмотрим. Машина закона небыстрая, но неотвратимая. Это, между прочим, ваш сосед организовал.
– Какой это? – поднимает брови Большак.
– Да Каховский. Он ровнёхонько напротив вас живёт. Поэтому я бинокль и попросил. Посмотреть на него хочу, в интерьере, так сказать.
Мы ещё некоторое время обсуждаем последние происшествия и переходим к хоккею.
– У нас в городе тотализатора нет, – с сожалением объявляет Платоныч. – Так что порадовать тебя нечем. Единственный выход, это самому организовать. Но это дело хлопотное очень. Так что говорю в порядке шутки.
– Да уж организовать такое самому – задача непосильная, прямо скажем.
– Конечно-конечно. Я вот что сказать хочу, Егор. Деньги и по-другому можно зарабатывать. К тому же колесо фортуны очень изменчиво. Полагаться исключительно на везение никогда не следует.
– А как это по-другому? Я же ещё школьник.
– Могу тебя на работу устроить. Я в горпромторге работаю. Самым главным начальником, между прочим.
– Ого! Дефициты распределяете. Я догадывался, что вы человек непростой, чего уж там.
– Да чего же во мне сложного, – хитро улыбается он. – Просто работаю на своём месте. Распределяем необходимые товары по магазинам, следим за качеством обслуживания трудящихся, чтобы у них было всё необходимое. У нас имеются собственные склады и базы, и к нам с недавних пор относится Центральный Универмаг, магазин “Ткани” и ещё куча всего. Учреждение наше на хорошем счету, и у нас куча наград. От каждого по способностям, в общем.
– И на какую должность можно мне рассчитывать? – чуть прищуриваюсь я. – Я бы в замы ваши пошёл.
– У зама моего собачья работа, но для того, чтобы опыта поднабраться, можно было бы, – усмехается он. – Но для этого торговый институт надо закончить или лет тридцать отработать, начиная с самых низов. А вот кое-что другое могу предложить.
– Юрий Платонович, я же школьник ещё, да у меня и экзамены в этом году. Так что сколько часов в день я работать смогу? Опять же что мне доверить можно? Машину я водить умею, но права ещё нескоро будут. Счетовод из меня никудышный. Ну, погрузо-разгрузочные, можно, кладовщиком тоже, думаю, справлюсь. Но там зарплата какая? Месяц вкалывать за шестьдесят рублей?
– Да, всё верно ты сказал. На полставки хотел тебе предложить кладовщиком. У нас база есть на Южном. Вот там бы тебя и устроил.
– Эх, ну неужели никому не пришло в голову ставки принимать? – спрашиваю я. – Может замутим?
– Замутим? – поднимает он брови. – Незаконная трудовая деятельность в нашей стране чревата очень серьёзными последствиями, замечает он. – Ты налегай на икру, не стесняйся. Мне друзья из Астрахани прислали. Так вот, чтобы что-то затевать, нужно всё очень хорошо просчитать. Следующий вопрос, будет ли услуга иметь спрос? Совсем не обязательно. А надо всегда помнить, что стоит предлагать только то, что людям необходимо, ходовой товар, так сказать.
Настоящий бизнесмен, основы маркетинга может безо всякого Котлера изложить, подтверждая личным опытом. Впрочем, чего это я со своим тотализатором. Ставку сделать – это одно дело, а организовать всю эту лабуду – совсем другое. Занесло тебя, товарищ Добров. Может ещё подпольное казино откроешь? Сколько ты их позакрывал в своё время.
Можно тогда уж и бутлегером стать, а чего, и вообще превратиться из самоотверженного российского полицейского в отпетого гангстера. Я вздыхаю. Мда… Но какой-то заработок мне всё-таки нужен. Не могу же я существовать на рубль двадцать, выдаваемый раз в неделю на столовую.
– В общем, подумай. Будешь получать сорок рублей. Ты школьник и деньги неплохие, к тому же не единственные. Ведь это только по ведомости. На складе ты торчать не будешь, будешь только числиться. Помнишь Любовь Петровну? Ты к ней за продуктами ездил.
– Помню, конечно, – киваю я.
– Ей помощник нужен. Ничего особенного делать не надо. Может, отвезти что-то или передать, или ещё чего по мелочи. Просто должен быть надёжный человек под рукой. Вроде тебя. Рублей семьдесят будешь от неё получать, когда-то и больше, может быть. Плюс оклад, на базе. Минимум сто десять получается. Ну и учти, работа ведь не от звонка до звонка, а только по мере необходимости.
И продукты всегда будут дефицитные, да? А она мне будет из своего кармана платить? Простой советский работник торговли? Ну-ну… Попробовать можно, конечно. Сколько вот только это времени будет занимать? Не знаю. Ладно, потом посмотрим. Деньги-то нужно где-то брать.
– А она
