— Это все равно что пойти к зубному врачу. Мне нужно было средство убедить Бинни, что она находится в опасности. Чтобы заставить его побежать к Коротышке.
— Но она ведь никогда не была в опасности? — спросил я.
— Мы только хотели узнать, где золото, старина, но Корк не сказал бы это даже Норе. Держал про запас, если переговоры провалятся и ему потребуется приобрести больше оружия.
— Одни разговоры, — вмешалась Нора Мэрфи. — Он только это и хотел делать, а что здесь хорошего? Его время прошло, вместе с его стремлением к добру. Теперь мы попробуем идти другим путем.
— Сила и еще раз сила, — сказал генерал. — Террор за террор, что же останется после вас?
— Это — единственный путь, — сказала она. — Единственный путь, чтобы показать всем, что у нас серьезные намерения. Фрэнк понимает.
— Так вот почему вы работаете вместе? — спросил я. Во время этого разговора Бинни стоял словно окаменевший, автомат «стен» свисал на ремне с поднятой руки, но последнее замечание, похоже, вернуло его к жизни.
— Вы хотите сказать, что вы — одна из них? — прошептал он. — Что все это время работали вместе с Фрэнком Берри? С человеком, который убивал и будет убивать женщин, детей и всех, кто попадется ему под руку в неподходящий момент?
— Иногда это — единственный способ, Бинни. — В ее голосе прозвучали умоляющие нотки, будто она отчаялась убедить его. — Мы сейчас не можем позволить себе быть слабыми. Мы должны быть сильными.
— Ты, грязная убийца, сука! — закричал он, сделав шаг к ней и снимая «стен» с плеча.
Она дважды выстрелила в него в упор, он попятился, повернулся и упал ничком.
* * *
Она стояла с браунингом в руке, готовая выстрелить в каждого, кто сделает хоть малейшее движение, бледная, но собранная, не показывая даже намека на угрызения совести за то, что совершила.
Тут заговорил Фрэнк Берри:
— Отвечай, Воген, только быстро, иначе сдохнешь на месте. Где Дули, Макгуайр и те люди, которых я послал на причал, чтобы встретить вас?
— Все убиты. Очень печально.
— А золото?
— На борту «Кетлин».
— Все?
— Все, что я смог найти.
Он стоял, раздумывая, потом сказал Hope:
— Отлично. Мы уходим на катере. Возьми из гаража «лендровер» и жди меня у дома.
Она быстро вышла, перешагнув через Киннена, который все еще лежал, тихо постанывая и держась руками за пах.
Я спросил:
— А мы?
— Ведите себя хорошо, и я отпущу вас прежде, чем мы уедем. А теперь — руки за голову и вперед!
* * *
Я, конечно, ни на мгновение не поверил ему, но, казалось, мы ничего не могли сделать. Мы прошли по коридору, спустились по лестнице и вышли через парадную дверь.
Норы нигде не было, и Берри вывел нас через гравийную дорогу на огражденный перилами газон, откуда можно было видеть пристань внизу. Наконец он скомандовал нам остановиться, и мы повернулись к нему лицом.
— Вот здесь это и произойдет? — спросил генерал.
— Боюсь, что да, — ответил Берри. — Я думал, вы предпочтете умереть на свежем воздухе, да и вид отсюда открывается прекрасный, согласитесь.
Из-за угла выехал «лендровер» и остановился в нескольких ярдах от нас. Нора Мэрфи сидела за рулем и смотрела, ожидая, когда он кончит свое дело.
— И пал огонь с неба и покарал злодеев — так написано в одной славной книге. Вы получите свое, Нора, не беспокойтесь.
Фрэнк Берри улыбнулся и хотел сказать свое очередное острое словцо, но слова так и не были произнесены. Послышался странный металлический стук, и пули начали рвать его пиджак, сразу залившийся во многих местах кровью. Он отшатнулся в сторону в дикой, пьяной пляске смерти, упал вниз головой через перила и исчез из виду.
Бинни Галлахер, хромая, спускался по лестнице, сжимая «стен». Он направился через гравийную дорогу к «лендроверу». Нора, словно застывшая, сидела и смотрела на него, ожидая, когда на нее опустится топор палача.
Он остановился в ярде от нее и стоял, покачиваясь, а потом с презрением сказал:
— Проваливай к чертям отсюда. Ты даже плевка не стоишь.
Она тут же завела машину и быстро поехала по извилистой дороге, которая вела к пристани.
Бинни выронил «стен» и двинулся ко мне, держась за перила, чтобы не упасть.
— Чертовски хороший вид, пусть теперь этот подонок полюбуется.
Когда он начал падать, я подбежал, чтобы подхватить его. Он был бледен, его свитер весь пропитался кровью. Он сказал:
— Забавно все получилось, майор. Мы вдвоем могли бы справиться со всей британской армией за шесть месяцев, разве нет?
Я кивнул:
— Конечно.
Он улыбнулся в последний раз.
— За Республику, Саймон Воген! — крикнул он и умер.
* * *
Генерал сказал:
— Я сожалею. Он нравился вам.
— Да, можно сказать так.
Он в смущении прокашлялся.
— Эта девица — что с ней делать?
— Никуда не денется. Я на всякий случай вывел из строя двигатель катера. А там на борту только несколько слитков золота. Надо взять военных аквалангистов, чтобы забрать остальное. Я покажу место.
Он снова кашлянул, как бы прочищая горло.
— Получается, что мы в большом долгу перед вами. Могу ли я что-нибудь...
— Я скажу вам, что вы должны сделать. Вам надо использовать свои связи и устроить так, чтобы мы могли отправить тело этого парня в Страдбелла. Если вы не знаете, это деревня в Керри, где родилась моя мать.
— Понимаю, это можно...
— Нужно! И надо похоронить его рядом с могилой моего святого дядюшки, Майкла Фитцджеральда. И поставить памятник. Из самого лучшего мрамора, который сможете купить.
— Что на нем написать?
— «Бинни Галлахер, солдат Ирландской республиканской армии. Умер за Ирландию». — Я посмотрел вниз на Бинни. — Ему понравилось бы.
Я отвернулся и закурил. Небо было темное, собирался дождь. Похоже, на весь день.
Я спросил:
— Как вы думаете, что-то удалось? Только честно?
— Мы выиграли немного времени. В конце концов, для чего тогда нужны солдаты? Остальное оставим политикам.
— Да поможет нам Бог.
После небольшой паузы он сказал:
— Воген, я хочу признаться. Тогда ночью вас арестовали в Греции при ввозе оружия. Боюсь, это все подстроил я.
— Верно, — ответил я. — Я решил, что существует такая вероятность, уже через десять минут после того, как увидел вас. Но так или иначе, это помогло мне выбраться оттуда.
А стоило ли? Я стоял у перил, смотрел на серое утро и туда, где, скрытый нависающими скалами, был причал. И вдруг услышал, как заработала машина «Кетлин».
Фергюсон быстро подбежал ко мне:
— Бог мой, она уходит! Вы же сказали, что привели двигатель в негодность.
Далеко внизу показалась «Кетлин», которая направлялась к выходу из бухты. Я видел, как у носа катера появились буруны, когда Нора Мэрфи прибавила скорость. А в следующий момент катер раскололся пополам, оранжевое пламя метнулось вверх. Это взорвался топливный бак. И все, что осталось от катера, камнем пошло на дно.
— Огонь небесный, — сказал я. — Я предупреждал ее, но она не послушала.
— Боже! — прошептал генерал.
Я посмотрел вниз в темные воды, пытаясь найти хоть какой-нибудь признак присутствия Норы Мэрфи, даже малейший намек, что она существует, но ничего не увидел. Тогда я повернулся и пошел под дождем прочь.
Примечания
1
May-May — название национально-освободительного движения партизан из племени кикуйю, которые в 1952 — 1958 гг. боролись против английских колониальных властей в Кении.
2
Национальная организация кипрских бойцов (1955).
3
Договорный Оман — официальное название бывшей английской колонии на юго-востоке Аравийского полуострова. С 1971 г. — Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ).
4
Ирландская республиканская армия (ИРА) — боевая организация ирландской националистической партии Шин Фейн. Действует террористическими методами.
5
Эрин — по-ирландски — Ирландия.
6
Бредис (от англ. brad) — гвоздь без шляпки, или штифтик.
