Между тем получение основного общего образования не может быть единственным условием, при наличии которого лицу, достигшему 15 лет, предоставляется право самостоятельно заключить трудовой договор. Признание возможности заключения трудового договора за лицами, не получившими указанного образования к моменту достижения ими 15 лет, является объективной необходимостью. Сказанное объясняется, прежде всего, тем, что требование обязательности основного общего образования применительно к конкретному обучающемуся сохраняет силу до достижения им возраста 15 лет, если соответствующее образование не было получено обучающимся ранее (п. 4 ст. 19 Закона РФ «Об образовании»[235]). По достижении указанного возраста возможно прекращение дальнейшего обучения в двух случаях: 1) оставление обучающимся общеобразовательного учреждения до получения основного общего образования по согласию родителей (законных представителей), комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав и местного органа управления образованием (п. 6 ст. 19 Закона РФ «Об образовании»); 2) исключение обучающегося из образовательного учреждения за совершенные неоднократно грубые нарушения устава образовательного учреждения по решению органа управления образовательного учреждения с учетом мнения его родителей (законных представителей) и с согласия комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (п. 7 ст. 19 Закона РФ «Об образовании»). И в том, и в другом случаях предоставление 15-летнему подростку права на заключение трудового договора необходимо с целью обеспечения его занятости. Однако если обратиться к ч. 2 ст. 63 ТК РФ, то следует констатировать, что при определении условий, наличие которых обусловливает возможность заключения трудового договора с лицом, достигшим 15 лет, законодатель не учел второй из указанных выше случаев. Иными словами, ч. 2 ст. 63 ТК РФ не предусматривает заключения трудового договора с 15-летним подростком, исключенным из образовательного учреждения в соответствии с федеральным законом. В результате коллизия, существовавшая ранее между нормами ст. 63 ТК РФ и п. 7 ст. 19 Закона РФ «Об образовании», не устранена и приобрела новое содержание. Напомним, что в прежней редакции п. 7 ст. 19 Закона РФ «Об образовании» допускал возможность исключения из образовательного учреждения обучающихся, достигших возраста 14 лет, за совершение противоправных действий, грубые и неоднократные нарушения устава образовательного учреждения. Одновременно п. 7 ст. 19 возлагал на органы местного самоуправления совместно с родителями (законными представителями) исключенного обязанность в месячный срок принять меры, обеспечивающие его трудоустройство или продолжение обучения в другом образовательном учреждении. Однако несовершеннолетний, достигший 14 лет и исключенный из образовательного учреждения, не мог быть принят на работу, поскольку, как уже было отмечено, ч. 3 ст. 63 ТК РФ связывала и связывает возможность заключения трудового договора только с наличием у физического лица статуса учащегося. С повышением возраста, по достижении которого допускается исключение обучающихся из образовательного учреждения, до 15 лет[236] прием на работу этой категории лиц при условии прекращения ими дальнейшего обучения в другом образовательном учреждении по-прежнему остается невозможным до достижения «трудового совершеннолетия». Приоритет норм ТК РФ по сравнению с Законом РФ «Об образовании» в данном случае очевиден. Между тем, как представляется, коллизия между нормами ч. 2 ст. 63 ТК РФ и п. 7 ст. 19 Закона РФ «Об образовании», предусматривающего трудоустройство исключенных из образовательного учреждения, подлежит устранению путем внесения дополнения в ч. 2 ст. 63 ТК РФ. Предоставление лицам, достигшим 15 лет и исключенным из образовательного учреждения в соответствии с федеральным законом, права на заключение трудового договора будет способствовать их более эффективной занятости.
Оставление обучающимся, достигшим 15 лет, образовательного учреждения до получения основного общего образования не исключает возможность продолжения освоения им программы указанного образования по иной форме обучения, в том числе совмещая учебу с работой (см. п. 6 ст. 19 Закона РФ «Об образовании»). В этом случае подросток имеет право заключить трудовой договор без согласия своих законных представителей.
Предоставление лицам, достигшим 15 лет и получившим основное общее образование, либо продолжающим освоение программы основного общего образования по иной, чем очная, форме обучения, либо оставившим образовательное учреждение до получения указанного образования, права самостоятельно заключить трудовой договор следует рассматривать как досрочное (т. е. до наступления возраста «трудового совершеннолетия») наделение их трудовой правосубъектностью в полном объеме.
Итак, как уже было отмечено выше, определяя возможность физического лица быть стороной трудового договора, государство устанавливает возраст, по достижении которого допускается прием на работу. Психическое состояние лица при определении его способности заключить трудовой договор законодатель не принимает во внимание. В связи с этим отдельного рассмотрения заслуживает проблема наличия у физического лица, признанного недееспособным, возможности быть стороной трудового договора.
В теории трудового права существуют различные взгляды на эту проблему. По мнению большинства ученых, трудовая правосубъектность (и, как следствие, возможность быть стороной трудового договора) не зависит от психического состояния лица. Признание лица недееспособным лишь изменяет объем, дифференцирует его трудовую правосубъектность.[237] В то же время имеются и другие точки зрения. Так, О. В. Смирнов отрицает наличие трудовой правосубъектности у гражданина, признанного недееспособным,[238] а по мнению Б. К. Бегичева, психическое состояние лица не влияет на состояние трудоспособности в целом, но сказывается на одном из ее элементов.[239]
Представляется, что при решении данной проблемы необходимо учитывать два обстоятельства. Во-первых, у таких лиц, как правило, сохраняется физическая способность трудиться и, как следствие, способность иметь трудовые права и обязанности. Во-вторых, в ТК РФ отсутствуют формальные препятствия для заключения трудового договора лицами, признанными судом недееспособными. Сказанное позволяет констатировать, что недееспособное лицо может быть стороной трудового договора.[240] Вместе с тем в силу состояния психического здоровья недееспособного возможность самостоятельно (своими действиями) приобретать для себя трудовые права и обязанности и осуществлять их представляется достаточно проблематичной, что обусловливает необходимость привлечения опекуна этого лица к заключению трудового договора, а также к реализации и защите его трудовых прав. Таким образом, прекращение гражданской дееспособности не влечет за собой прекращение трудовой правосубъектности, однако влияет на ее объем. Учитывая состояние психического здоровья недееспособных лиц, их труд может применяться лишь в ограниченной сфере и должен протекать в особых условиях. Поэтому представляется необходимой законодательная дифференциация правового регулирования труда указанной категории работников, разработка направлений которой может составить предмет самостоятельного исследования.
В заключение следует отметить, что в отдельных случаях, установленных законом, возможность физического лица быть стороной трудового договора связывается не только с достижением определенного возраста, но и с наличием иных условий, в частности, наличием специального образования или специальной подготовки, стажа работы по конкретной специальности и др. При этом может быть повышен и возрастной ценз. Такого рода дополнительные требования установлены, в частности, для водителей автотранспорта, медицинских и фармацевтических работников, судей, педагогических работников и т. д.[241] Соответствие лица указанным требованиям дает право на выполнение определенных работ или замещение определенных должностей. Поэтому лицо, не отвечающее этим требованиям, не может быть стороной соответствующего трудового договора. Сказанное, однако, не отрицает наличия у такого лица трудовой правосубъектности, предполагающей способность быть субъектом трудового правоотношения. Способность же физических лиц, категории которых прямо предусмотрены законом, участвовать в определенных видах общественных отношений, составляющих предмет трудового права, была определена авторами настоящего Курса как специальная и проанализирована в рамках исследования работника как субъекта трудового права.[242]
