Изабелла, остались только приборы, и нужно натереть паркет воском! — поклонился мне распорядитель.
— Приборы — за час до ужина. Пол можете натирать воском! Я пойду, прогуляюсь, пусть служанка вынесет мне шаль…
— Да, леди! Есть распоряжения насчет обеда? — поклонился он.
— Я хочу пообедать на улице, там есть беседка, подходящая для этого? — отложив прочитанный журнал, поднялась.
— Вас проводят, и вы сами выберете ту, которая понравится.
— Хорошо, — пошла в холл.
По дороге меня уже встретила служанка с красивым кружевным платком на плечи и шляпкой, и не забыла про зонтик. Двое слуг вышли со мной, сопровождая.
Вышла на крыльцо, вдыхая свежий воздух. Перед замком была большая площадь, высокий забор виднелся вдали, от ворот шла широкая алея. Один из слуг пошел первым, второй шел на пять шагов позади. Мы прошли по боковой алее, проходя мимо замка.
Я оглядела его: очень красивый, видно, что старинный, с хорошей родословной. Едва мы завернули за само здание, как раскрылся парк. Теперь деревья были выше, и давали тень на дорожку. Через некоторое время вышли к пруду, а на его берегу располагалось с десяток беседок. Я дошла до первой: белокаменные столбы с красивой крышей, внутри были сиденья и столики. Посмотрев из нее, поняла — неудачный ракурс вида на пруд. Пройдя еще три, я выбрала себе место для обеда.
— Накрывайте здесь. Лорд Даймонд будет? — села на сиденье внутри беседки, и посмотрела на плавающую птицу в пруду.
— Нет, леди. Лорд передал, что будет занят, но у вас будет гость. Накрывать?
— Да, — у меня гость? Здесь?
Вместе со слугами, несшими обед, пришла Лариэт.
— Добрый день Изабель! Надеюсь, я не нарушила твое уединение? Даймонд написал, что опять в делах, и не может присутствовать на обеде, просил составить тебе компанию. Ты не против? — он не зашла в беседку, оставаясь на дорожке.
— Нет, я не против. Возможно, вы могли бы мне рассказать о маме?
— Это хорошая тема для разговора!
Как только слуги накрыли на стол, она поднялась по ступенькам, и села с правой стороны.
— У меня для тебя подарок, он, конечно, скромен, но для меня он важен, — произнесла она, едва мы поели, и слуги, налив нам чай, исчезли из нашего поля зрения.
Она щелкнула пальцами, и на столе встала шкатулка.
— Возможно, не стило…
— Открой ее, это — вещи твоей мамы, и шкатулка, которую она хранила с самого детства. Она называла ее «осколками памяти».
Моя рука дрогнула, когда я все же потянулась, чтобы открыть. Шкатулка щелкнула замком и откинула крышку. Первым делом я увидела несколько миниатюр.
— Это — ее изображения каждые пять лет, хотела видеть, как она менялась.
— Последняя — это в 25 лет? — погладила портрет, понимая, что вижу там себя.
— Да. Тогда она и встретила свою пару, твоего отца. Все развивалось так стремительно, что мы, в общем-то, ничего не успели предпринять. Первоначально они собирались жить с нами в замке, но потом внезапно засобирались в его мир. Там они и пропали, а о тебе мы узнали через пять лет. Когда мы потребовали через короля выдать тело дочери… или допустить к захоронению…
— Вам не разрешили? — я уже понимала, о чем она.
— Да. Пояснив, что могилы нет, что она рассыпалась в прах, так как супруг — вампир. И о тебе… Мы решили не вмешиваться, посчитав, что так лучше, но если бы мы знали… — она нервно мяла салфетку пальцами.
— Не нужно, не оправдывайтесь. Я не знаю мотивов моей семьи, но теперь они от меня отказались. Проблема только в том, что меня обвинили в краже. Боюсь, что меня найдут все равно.
— Ну, ведь есть эмпаты, они подтвердят твою невиновность! Да и ты теперь официально под защитой этого мира.
— Прошу прощения, я задержался! — в беседке появился Даймонд.
— Обедать будешь? — обрадовалась я.
— Я уже распорядился, сейчас принесут. У меня еще один подарок для тебя, — он положил рядом свиток, с печатью дома наагов.
— О-о-о, — только и смогла протянуть, но документ взяла, и, сломав печать, вчиталась. — Я помилована? — от волнения текст плясал перед глазами.
— Нет, я понимаю твою растерянность. Но там написано, что с тебя сняты все обвинения. Преступник найден, артефакт возращен.
— А клан? — я ведь знала, кто украл артефакт.
— Выслан из мира. Весь, казни не будет, если ты об этом.
— Зла я им точно не желаю, — в душе снова зажегся огонь, я была рада такому развитию событий. — Теперь я свободна.
— Больше тебе не о чем беспокоиться! — Даймонд подошел и, приподняв меня, поцеловал.
Леди Лариэт тихо ушла, оставляя нас одних.
— Ты над этим хлопотал два дня? — дождавшись когда, Даймонд поест, мы пошли прогуляться по парку.
— Да, ну и так кое-что решил сделать. Но теперь я дома, и если нужна какая-то моя помощь…
— Все сделано, осталось только накрыть столы к шести часам. Но мне кажется, твой управляющий за этим проследит? — я положила ладонь на лацкан его пиджака, и слегка прижалась плечом.
— Конечно. Но нам лучше быть готовыми чуть раньше. Гости будут прибывать к шести, а нам надо за полчаса сходить к алтарю, — он накрыл своей ладонью мою и гладил.
— Хорошо. У меня все готово, останется привести себя в порядок. Я еще никак не привыкну к таким длинным волосам, — смущенно потрогала прическу, которую сделала служанка.
— Тебе безумно идет… Все изменения в твоем образе, они вроде незначительны, но мне безумно нравятся, и я думаю, когда демоница вступит в полную силу, ты будешь еще и сильнее в магии. Резерв вырастет, и тебе потребуется дополнительное обучение.
— Я не против.
Мы дошли до замка, вошли в холл, поднялись на мой этаж, и Даймонд оставил меня у дверей моих комнат. Меня ждет ванна, и уже готовое платье.
Когда я уже была почти готова — оставалось прикрепить диадему с фатой — одна из служанок вышла из комнат, и вернулась с бархатной подушечкой. На ней стояла княжеская диадема из платины, колье, парные браслеты, серьги, весь набор был с потрясающими по огранке бриллиантами. Служанки помогли мне все это надеть, и я сейчас смотрела на себя в большое переносное зеркало.
Платье было прекрасным, несмотря на то, что грудь была выгодно подчеркнута, но кружево скрывало её, и не давало считать декольте слишком открытым. Плечи были оголены, но фата мягко ложилась на них, заодно полностью закрывая спину. Длинные перчатки полностью скрывали руки, по предплечье. Тонкий атласный материал молочного цвета красиво ложился по тонкой талии и плавно, волнами, ниспадал почти
