только машина проезжала мимо.
— Как мы успели!!! — подбежал к нему возбуждённый донельзя лейтенант Горохов. — Вы видели⁈ Вы видели⁈
— Да, видел, видел, — даже не повернулся к нему Загит. — Отходим. Здесь сейчас всё будет полыхать. Старые очаги ветром раздуло. Причём, все сразу. Доложи в штаб, что мы отходим.
* * *
Москва. Камвольная фабрика на реке Яуза.
Закончив очередной рабочий день, бойцы студенческого стройотряда разбрелись по раздевалкам и душевым. Работать было тяжело, жарко, нечем дышать, но пример Брагиных, получивших за неполные полтора месяца почти по полторы тысячи рублей, не давал никому бросить работу.
Алексей Сандалов ждал на улице свою Свету. Девчонкам всегда больше времени надо, чтобы привести себя после работы в порядок.
Физическая усталость, хоть и была уже привычной, но всё равно давала себя знать. По сложившейся традиции, в конце рабочего дня все бойцы стройотряда собирались вместе и шли, не спеша, на трамвай. Вот и сейчас парни уже почти все собрались и ждали девчонок.
— Ну, что, — подошёл Ираклий к Алексею, — когда свадьба?
— Да подожди ты, — смутился Лёха. — Я ещё предложение не сделал. Вот, деньги получим, куплю кольцо и тогда…
— Да денег точно хватит, — вступил в разговор Женя Булатов, — и на кольцо, и на свадьбу. Спасибо Пашке Ивлеву, такие объекты нам нашёл.
— По-хорошему, конечно, надо бы отблагодарить его, — заметил Ираклий. — Лёха рассказывал, как он с ним ездил и за каждую копейку торговался.
— Да-да, — поспешил подтвердить Сандалов. — Так и было.
— Ну, я, кстати, не против отблагодарить, — ответил Булатов. — Даже, наоборот, целиком «за». Лучше сейчас мы его учтём, а он нам в следующем году ещё такой же стройотряд организует. Что скажете, мужики? Давайте, сделаем его членом стройотряда, как будто он с нами работал. И деньги поделим с учетом этого.
— Я за, — поднял руку Ираклий.
— Я тоже, — присоединился к парням Алексей, а за ним и Семён Давыдов, Лёня Желтов, Игорь Доненко, Витя Макаров…
Вышли девчонки.
— Товарищи! — обратился ко всем Булатов. — Пока все в сборе. Давайте решим один вопрос. Все знают, а если не все, то объясняю: Паша Ивлев нашёл нам эти объекты, вёл все переговоры по условиям труда и оплаты. Поступило предложение отблагодарить его и включить в списки бойцов нашего стройотряда.
— Это как? — спросила Света Костенко. — Как если бы он работал со всеми вместе?
— Да, — подтвердил Булатов. — Получит наравне с нами. Для каждого из нас это будет небольшая сумма. Нас двадцать с лишним человек, получить мы планируем по две тысячи, это меньше ста рублей от каждого на долю Ивлева.
Костенко недовольно надулась, но ничего не сказала.
— А я не согласен сдавать, — ответил Денис Кукояка. — Сто рублей! Вы что⁈
— У тебя две тысячи будет, — недоумённо смотрел на него Ираклий, — а в мае ты искал, у кого трешку одолжить, чтобы до стипендии протянуть три дня. Чувствуешь разницу? А напомнить еще раз, благодаря кому она образовалась? Все, что до Пашки мы находили, до того, как он нам эти два объекта подкинул, полный тухляк был. Заборы править за гроши, там сотни две вышло бы на человека в месяц. Крыши крыть на свиноферме, там три сотни вышло бы, но вполне могли бы поубиваться, на высоте нас никто не учил работать.
— Хотите, сдавайте! Я не буду! — настаивал Денис.
— Я тоже, — вдруг присоединился к нему Павел Ильин.
— Вам что, сотки для него жалко? — удивлённо смотрела на них Катя Слонова. — Мои родители до сих пор в упор не верят, что нам кто-то такую сумму заплатит за два месяца и десять дней. Снисходительно посмеиваются над моими рассказами, думают, я что-то неправильно услышала. Папа сказал, что это его годовая зарплата с двумя высшими образованиями, и никто соплячке-студентке столько не заплатит. Я все мечтаю, как приду и разложу на столе все эти деньги, чтобы им показать. Пашка нам реально здорово помог!
— Вот, пусть, нам сначала заплатят, — отрезал Кукояка. — И вообще! Почему Брагины за месяц с небольшим заработали по полторы тысячи, а мы за два с лишним всего две? А?
— Потому, что вы сами настояли на том, что все заработанные деньги делятся на количество работавших в эти дни, — спокойно ответил Алексей Сандалов. — В июне и июле у нас были дорогие работы. Повезло тогда совсем с оплатой. А в августе иначе. На фундаменте здесь нам работы больше, чем на месяц за шестнадцать тысяч на всех.
— Это нечестно! — упёрся Кукояка.
— Ну, знаешь! — вмешался Ираклий. — Мы предлагали разделить в конце лета на всех поровну все заработанные деньги. Проголосовали против. Тебе так было тоже нечестно? И как ты хочешь разделить?
— Не знаю! — огрызнулся Денис. — Но не так!
— Короче! Голосуем! — взял слово Булатов. — Кто за то, чтобы включить Ивлева в стройотряд? Кукояка и Ильин, вы что?
— Против! — ответили хором парни, но в глаза не смотрели.
— Костенко! А ты чего? — удивлённо спросил староста.
— Я воздержусь, — ответила Света, смотря дерзко ему прямо в глаза.
* * *
Лубянка.
Капитан Румянцев вышел из отпуска и получил задание организовать пятого сентября лекцию Ивлева на тему «Угрозы сепаратизма и превентивные действия: мировой опыт». Тема его удивила, если честно. Парень был экономистом, а где в ней экономика?
Капитан открыл свои рабочие материалы по Ивлеву, тот вернётся только в последний день августа. Румянцев решил, пока, проанализировать отчёт спецхрана по литературе, что Ивлев у них заказывал и изучал в читальном зале. Поручение полковника это регулярно делать никуда не делось.
Куча иностранной периодики, журналы по науке и технике. Из художественной литературы
