Мы расстреляли еще нечто агрессивное и механическое, внезапно спрыгнувшее из люка в потолке, получили еще одну аптечку. На кой черт нам лекарства, если хочется пить и есть? Идиотская игровая разработка, несбалансированная. Конечно, нам очень мешало отсутствие информации, но интерфейсов в данной локации нам вообще никаких не дали. Полагаю, судиться с разработчиками я буду следующие несколько лет реала. Может, и соседний дачный участок удастся прикупить, там выход к пруду, я давно зарилась.
Мы вышли к шлюзу, обозванному как «Оранжерея». Здесь пришлось жарче — внутри на нас полезли ящерки, довольно крупные и зубастые. Они ловко маскировались среди дебрей цветов и декоративных бамбуков, атаковали непредсказуемо, подыхать не хотели. На четвертой ящерке мне это возня надоела, и я не постеснялась истратить картечный патрон. Грохот, видимо, отрезвил пресмыкающихся — нас оставили в покое.
Мы стащили добычу к сторожке, и развели костер. Юра отчекрыжил пару мясистых хвостов, размером с человеческую ногу, я быстренько ободрала конечности и поджарила стейки. Соль, перец и прочее в рюкзаке имелись, получилось недурно.
— Умеете вы, теть Зина — хвалил паренек, поглядывая на мои длинные и безупречно гладкие ноги. — Главное, за пять минут и такое вкуснющее.
Мы покачивались в гамаках в тени стены сторожки, оранжерейные светильники заливали теплым светом заросли, обломки оборудования, белые черепа неудачников. На тропинке играли веселыми искрами зайчики от осколков линз микроскопов.
— Да ладно тебе, — сказала я, потягивая из банки холодное пиво (холодильник в сторожке работал безупречно) — и твоя научится. Рита просто молодая, все у нее впереди. Кулинария — не такое уж непостижимое искусство.
— Жаловаться даже не думал. Рита уйму всего умеет, а толком готовить нам сейчас просто некогда. Свой бизнес она только начала, раскручивается, зашивается. Так что по большей части на бутербродах и пицце живем.
— Это вредная привычка.
— Вредная, — согласился Юра, воспитанно бросая пустую банку в кучу мусора у стены. — Но мы переучимся. У нас в планах есть.
— Планы — это главное, — признала я, потягиваясь и обнаруживая, что соски у меня чем-то проколоты. Теперь понятно, что меня так волнующе щекотало в процессе стрельбы. Интересно, из золота или платины украшения? — Без планов, Юрик, нельзя. Особенно, на моей скучной и однообразной работе. Без планов там совсем с ума сойдешь.
— Ой, ну что вы прибедняетесь? Мозг выносить вам нравится, работу любите. Кругозор широкий. Вон — даже про хлореллу знаете, — он закинул за голову руки(слабоватые, конечно, но мускулы весьма рельефно прорисованы, этого не отнять). — Вы — человек на своем месте. Имеете талант к тесному общению с людьми. Педантичному и разностороннему.
— Как о чем-то дурном, — улыбнулась я, покачивая массивным ботинком, прекрасно подчеркивающем форму спортивной икры.
— Ни в коем случае! — запротестовал хитрец. — Местами так просто восхищаете своим профессионализмом и неутомимостью. Теть Зин, я не железный. Не надо, а? Нам еще идти, а порастратим «силу» — ее же тут не учтешь — придется аптечки глотать. А мы с Ритой категорически против наркотиков.
— Убедительно. Это единственная причина? Или врать подруге не хочешь?
— Да я врать и не стану, расскажу в любом случае. Мы ревность во главу угла не ставим. Секс — лишь физический эпизод. Вот если серьезные чувства на стороне возникают, тогда да, обидно. Но у нас с вами, теть Зин, наверное, не тот случай. Невзирая на взаимную симпатию к ногам и иным частям тела. Я еще явно не дорос до вашего уровня и стандартов.
Я засмеялась:
— В проницательности тебе не откажешь. Не дорос. А ты вообще, точно мужчина? Уж очень точно расставляешь приоритеты.
— В каком смысле «не мужчина»? — слегка испугался Юрка. — Справку принести или непременно делом нужно доказывать?
— Нет, пока не нужно, — успокоила я. — Я вот чего не пойму: это вы с Ритулей в городе развлекались, привлекая третьих лиц юного женского пола? На крышах, на башне ратуши?
— А, да, слышал об этих эпизодах. Но, теть Зин, сами посудите — мы там каким боком? Нам же совершенно не до того было. Да и с какой стати? Мы о банке думали, о финансировании скорейшего прохода локации, о прочих серьезных вещах. А там перформанс с визгом, диким воем оргазмов на полгорода и ярким кровельным эксбиционизмом. Не наш стиль, — заверил Юра.
— Вообще я верю. Но нам это безобразие настойчиво пытаются впаять. Вот и Анна-Арнауэль намекала. Что за стремные претензии? — вздохнула я.
— Откровенно говоря, мы на вас подумывали, — признался паренек.
— Да с какой стати? Крыши, девки… Это мой стиль, что ли?
— Вот мы и думали — странно. Хотя по слухам, у вас там с королевой немного было.
— Меньше сплетни слушайте. С королевой имелся серьезный разговор, но не более, — отрезала я. — И при чем тут крыши?
— Не знаю. Вы, теть Зин, мыслите со стратегической широтой, от вас любого отвлекающего маневра можно ожидать. Мы же прорыв кабаньей кавалерии наблюдали.
— Но это же совершенно иное дело. Отлично организованное мероприятие, вспомнить приятно. Как можно с визгливым сексом на крыше сравнивать? Шьют черт знает что, даже не задумываются… — я вздохнула. — Ладно, давай еще по баночке и пойдем?
Мы окончательно утолили жажду, Юрка выпрыгнул из гамака, галантно подал мне руку. Касаться меня ему было все же приятно. Улыбнулся:
— Собеседование и тест-то прошел?
— На первый взгляд, да. Но еще проанализирую, — я по-матерински шлепнула его по подтянутой мускулистой заднице. — Собирайся, умник.
* * *
Четыре боя — змея у Лабораторий весьма утомила — и мы вышли к Научному Лифту, имея в трофеях шесть аптечек, два артефакта и оружие непонятного принципа с пупырчатым стволом и электронным прицелом. Юра полагал — ствол «психотронный», но проверять пока было не на ком.
У Лифта нас ждал промежуточный приз — здесь сидели Рита и Бурый, запекали на листе жести окорочка крыс-мутантов. Встреча была радостная. Оказывается, им пришлось идти нижним ярусом, боев там было больше, особенно доставали черви-плевальщики. Рита выглядела свежей, курточка немного пообтерлась, но на шее засосов и следов клыков не видно, да и Борька был преисполнен энергии и томных взглядов на меня. Приличные люди и орки собрались, только о деле и думаем.
Мы дожарили крысятину и разогрели прихваченные из Оранжереи стейки. Было вкусно. Обсуждали, куда двинуть на лифте: вверх или вниз, и куда запропала Анна-Арнауэль. Судя по умению держать оружие, сожрать нашего агента едва ли могли, но в неизвестных играх всякое случается. В сущности, меня с Анна-Арнауэль не связывали никакие официально закрепленные договора и трудовые соглашения, кроме чисто символического лимонного. Но наш же человек, как не беспокоиться?
Агентша явилась на запах окорочков — вид у нее был боевой, слегка исцарапанный, но это девушку не портило. С пояса свисала связка мехов.
— Шла Пещерами Малых Кают, там самцов одичавшего экипажа через край, — пояснила агентша.
Щепетильная Ритка чуть медленнее стала грызть кости, остальные не стали заострять внимание: ну, скальпы и скальпы, главное, выделаны хорошо и не воняют. Идти-то отряду дальше куда?
Мы двинулись лифтом вверх — казалось, в подъеме есть обнадеживающий символизм. Но не угадали.
«Отсеки Полуюта» назывался уровень. Черт его знает, что это означает, но очень населенная локация: прорва всякой космической нечисти-неписи, частично прирученная и натренированная игровыми персонажами. Одни бронетаксы чего стоят! По нам лупили из всех стволов, метали бумеранги, арматурные дротики, гранаты и дюралевые бомбы, с потолков сыпались твари, из вентиляции выползали гофр-змеи. Никакого порядка в этой бойне не было, приходилось пить аптечки и пиво непрерывно, стрелять во все стороны. Одно время нас выручал психотронный нервомет, но как Юрка не экономил заряды, перспективы прорыва выглядели так себе. Первым прихлопнули беднягу Бурого — он был практически беззащитен перед парализующими излучениями. После подрыва мега-заряда в межкаютном коридоре исчезла наша снайперша Анна-Арнауэль. Потом шестиствольный пулемет изрешетил Юру, и до этого державшаяся молодцом дизайнерша проявила малодушие:
