Читаем без скачивания Рукопашный бой - Виктор Милан

Кали похлопала ее по руке:

– Полегче, сестренка. Ты сделала только то, что должна была сделать, и, честно говоря, этот приятель Рикки сам напрашивался на возмездие. Но, – она в замешательстве пожала плечами, – возможно, легкость здесь ни к чему, как ты считаешь?

– Ты сама убивала людей, – напряженно сказала Кэсси.

Девушка ожидала услышать в ответ обычную присказку водителя робота о разнице в схватке между людьми и убийстве машиной, когда увечье или смерть являются только неприятными издержками, просто побочным продуктом. Но Кали кивнула и подтвердила:

– Да, я убивала. И намерена убивать впредь. Я имею в виду, что никогда это не должно быть чересчур просто.

– Все, что я делаю, я делаю для блага полка.

– Разумеется. И приносишь «Кабальерос» реальную пользу. Все, у кого функционируют хотя бы три клеточки серого вещества, признают это. Да что там, даже Ковбой согласится со мной, правда, я не уверена, найдутся ли у него хотя бы три такие клеточки. Но хоть когда-нибудь задумайся, что ты делаешь с собой.

Кэсси упрямо тряхнула головой.

– Не понимаю, о чем ты. Кали улыбнулась грустно:

– Да, пока еще не понимаешь.

Она поднялась, гибко изогнулась, забирая спортивную сумку.

– Ладно, утром мы возвращаемся в спорткомплекс, чтобы сдать дежурство второму батальону. Надо бы немного поспать. Проводишь меня?

Кэсси кивнула. Она все еще чувствовала себя напряженно и настороженно после того, как почувствовала инквизиторские методы Макдугал. Но Кали, казалось, уже обо всем забыла.

Когда они направлялись к выходу, в бар вошел Арчи, репортер Федеративного Содружества с новым другом, отцом Бобом, самовольно назначившим себя офицером связи. При виде женщин лицо Вестина с тонкими аккуратными усиками просияло.

– Леди!– воскликнул он. – Какая приятная встреча!

– Потом, Арчи, – ответила Кали срывающимся от усталости голосом. – Мы собрались на боковую. – Она и Кэсси ушли. Лицо молодого человека приняло унылое выражение.

– Спасибо, что увела меня оттуда, – сказала Кэсси, когда они спускались коротким коридором к выходу. Кали покачала головой:

– Не понимаю, почему ты так упорно бегаешь от этого красавчика Арчи? Симпатичный парень, временами даже остроумный.

Реакция Кэсси больше напоминала судорогу, чем простой кивок.

– Он беспокоит меня.

– Я думаю, тебе не мешает расслабиться и немного пожить, дорогая. Ведь прошло немало времени с тех пор, как у тебя был парень, не так ли?

– Меня это не заботит, – отрывисто произнесла Кэсси.

– Возможно, – согласилась Кали. – Я бы не прочь встретиться с юным Арчи. Но похоже, он даже не помнит о моем существовании.

У Кэсси вырвался неразборчивый звук, когда они шагнули наружу, в бодрящую осеннюю ночь. С другой стороны Ямато доносились взрывы. Кэсси застыла, прислушиваясь к какофонии, затем удовлетворенно кивнула.

– Фейерверки, – произнесла она, направляясь к казармам. – Очередной уличный праздник в Содегарами, а не мятеж. Пока.

– Как тебе удается различить? – спросила Кали.

– Если услышишь стрельбу из автоматов, – сказала Кэсси, – можешь быть уверена, что это мятеж. Кали усмехнулась:

– Эти Драконы точно знают, как справлять праздники.

Первой по пути находилась комната Кэсси. Девушка отперла дверь и шагнула внутрь.

– Задержись на секунду, – попросила Кали, склонив голову над сумкой, в которой что-то искала. – У меня для тебя кое-что припасено.

Удивленная Кэсси ждала. Кали обернулась и всунула ей в руки что-то мягкое, пушистое и розовое.

– Подарок, – сказала блондинка.

Опустив глаза, Кэсси увидела, что держит в руках игрушечного зверька, формой напоминающего плюшевого медведя, широко и добродушно улыбающегося. Кэсси отскочила и собралась отбросить его прочь.

– Что с тобой, девочка? – спросила Кали. – Успокойся. Он тебя не укусит.

Кэсси все-таки бросила игрушку.

– Что это?

Кали подняла подарок и начала преувеличенно внимательно осматривать игрушку.

– Плюшевый медвежонок, – спокойно сказала она. – Не похоже, что кто-то подложил мне бомбу в сумку, когда я отвернулась.

– Забери его назад, – твердо сказала Кэсси. Кали отрицательно покачала головой:

– Очень жаль, но не могу. Это против правил. Отныне медвежонок твой. Сама с ним разбирайся.

Кэсси открыла рот и захлопнула, не сказав ни слова. Она чувствовала, что ее тело и сосуды, словно трубы, наполняются холодом, и вся она превращается в кусок льда.

– Ты не обязана благодарить меня, – добавила Кали. – Только береги его. – Она нагнулась, по-сестрински чмокнула Кэсси в щеку и зашагала к себе.

Острие «Кровопийцы» застыло в миллиметре от пуговицы правого глаза медвежонка. Кэсси сидела на краю кровати, держа подарок на коленях. Рука, сжимавшая лезвие, задрожала. Кэсси не могла объяснить чувства, вызвавшие эту дрожь.

Ей захотелось вонзить лезвие в медвежонка, разорвать его надвое и раскидать внутренности по комнате. Чтобы избежать искушения, она отбросила игрушку судорожным движением.

– Все в порядке, – произнесла она. – Все в порядке. Я сохраню его. Кали смертельно рассердится на меня, если я разорву игрушку на куски.

Девушка подошла и подняла медвежонка, упавшего рядом с маленьким шкафом для одежды, прислушиваясь к, голосу, звучавшему в ее мозгу: «А почему тебя заботит, что она о тебе подумает?»

– Не знаю, – ответила сама себе Кэсси, снова опускаясь на кровать. Она похлопала кинжалом по бедру. Медвежонок продолжал бессмысленно улыбаться.

Возможно, если я чуть-чуть проткну его...

Стук в дверь. Она подпрыгнула, одновременно спрятав за спиной улыбающуюся игрушку. Мысль, что кто-то может войти и увидеть ее с медвежонком в руках, необъяснимо ужаснула Кэсси, хотя дверь была заперта, и никто, даже Бэбби Волк, не станет вламываться к девушке посреди ночи.

– Кто там? – спросила она, удивленная и даже испуганная дрожью собственного голоса.

– Если ты назовешь ее лапочкой, – донесся через дверь голос Кали Макдугал, – уверена, она будет откликаться. Спокойной ночи.

– О-о-о! – Пронзительный крик вырвался из глубины души Кэсси, словно ее поразили ножом в живот. Она повернулась и швырнула плюшевого медвежонка в стену, но он просто отскочил и снова упал на подушку, где лежал, улыбаясь с неизменной любовью и приязнью к окружающим.

Кэсси бросилась лицом на кровать и горько и безнадежно разрыдалась.

XVII

Масамори, Хашиман

Район Галедона, Империя Драконис

6 сентября 3056 г.

С севера вдоль Ямато, словно собираясь штурмовать Масамори, двигалась рота боевых роботов. За городом выстроилась вторая рота с синими полосками, нанесенными на руки и ноги, и поджидала противника.

– Прекрасный день для учений, – заметил дядюшка Чэнди, чье огромное тело еле разместилось на установленном под тентом, в тени растущих на берегу тополей, складном кресле. Он потягивал экзотический напиток, приготовленный в половинке крупного ореха виндхайа размером с человеческую голову, выращенного на южном материке Деолали. Крохотный декоративный бумажный зонтик торчал из замороженного коктейля.

Небо казалось ослепительно синим и безоблачным, а жар солнца обжигал незащищенную кожу. Над рекой поднимался плотный и холодный туман, а временами со стороны внушительно синеющей далеко на западе горной гряды Тримурти налетал легкий ветерок, разгоняя утреннюю жару и напоминая толпам зрителей, выстроившихся вдоль берегов реки, что на побережье Шакудо уже спустилась осень, несмотря на сегодняшний жаркий и ясный день.

Сидевший справа от Куриты полковник Карлос Камачо кивнул, но промолчал.

– Вы абсолютно правы, ваше высочество, – ответил Гордон Бэйрд, перегнувшись через плечо полковника. Он всегда был рад перекинуться словечком с высокопоставленной особой. – День замечательный.

Магнат не обратил внимания на его слова.

– Я, разумеется, только рад поводу покинуть тесные стены и совершить экскурсию в такую прелестную погоду, полковник, – продолжил Курита. – Но все же меня удивляет, почему вы настаивали на моем присутствии при проведении рядовых маневров.

Камачо посмотрел на него:

– Просто мне хотелось, чтобы хозяин посмотрел на то, за что он заплатил деньги.

Молодой самурай с пурпурным хвостом на макушке ковырялся одноразовой вилкой в пластиковой белой тарелке, с сомнением изучая приготовленное.

– Что это? – спросил он, созерцая толстый длиной с палец цилиндр, завернутый в кукурузные листья и политый коричневым соусом.

– Дохлая крыса с дерьмом, – пояснил Гандака, развернув тамаль и подцепив на вилку здоровенный кусок. – Тоже неплохо.

Самурая всего передернуло.

– А что, тебе не нравится? – спросил Луна. – Пахнет вполне прилично. Тебе пришлось бы жрать и не такое, если б ты участвовал с нами в сражении с кланами.