Сионистские террористы широко использовали письма-бомбы. Первая такая бомба взорвалась 3 сентября 1947 г. досрочно в Лондонском почтовом отделении, ранив двух человек и нанеся значительный ущерб зданию. Она была адресована офицеру британской разведки высокого ранга и отправлена из Эйре, чтобы создать впечатление, что её адресатами являются ирландцы. Однако никаких сомнений не было по поводу происхождения писем-бомб, отправленных из Турина (Италия) 5 сентября 1947 г. видным британским политикам и высшим армейским офицерам: Артуру Гринвуду – тогдашнему министру без портфеля, Клименту Эттли – премьер-министру, министрам Стаффорду Криппсу и Джону Старчейю, генералу Эдуарду Спирсу – бывшему британскому резиденту в Сирии и Ливане.
Сионистские террористы продолжали посылать свои смертоносные письма и после того, как Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию об окончании мандата и создании двух государств на территории Палестины. Они мотивировали свои действия «жаждой мщения». Одна из посылок-бомб в мае 1948 года убила в Англии Рэкса Феррана. Это была месть за действия его брата в антитеррористических акциях в Палестине. «Штерн» откровенно угрожала ему убийством. Две недели спустя посылка-бомба была доставлена в Англию в дом генерала Эвелика Бэркера – бывшего главнокомандующего в Палестине. Его супруга осторожно открыла посылку, показавшуюся ей подозрительной, и тотчас же вызвала полицию. Попытки убийства были сделаны и в отношении других видных деятелей, например Эрнста Бевина – британского министра иностранных дел, выступавшего против создания еврейского государства. Эти попытки провалились, так как были своевременно разоблачены.
Почва горела под ногами британских колонизаторов, вытесняемых новыми колонизаторами – сионистами, в своё время набравшими силу под их крылышком и при неизменной помощи и поддержке США. Но основным и постоянным объектом сионистского терроризма являлись подлинные хозяева Палестины – арабы, на которых со страшной силой ополчились сионистские террористы, добиваясь либо их бегства в соседние арабские страны, либо массового истребления, либо беспрекословного подчинения поработителям.
Так, в начале 1939 года два сионистских террориста, о которых известны только их имена, – Ири и Яков, поместили среди толпы на арабском базаре снаряд, начинённый стальными болтами и пластинками, который, взорвавшись, привёл к массовым жертвам.
После принятия Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1947 г. резолюции 181/11 о разделе Палестины на два государства – арабское и еврейское – сионистский антиарабский терроризм принял чудовищные формы. 31 декабря 1947 г. была взорвана бомба в квартале арабских рабочих в Яффе. 4 января 1948 г. взрыв бомбы разрушил генеральный штаб арабского национального комитета. На рассвете 8 апреля 1948 г. отряды «Иргуна» и группы «Штерн» окружили деревню Дейр-Яссин вблизи Иерусалима и начали кровавую резню. Член Международного комитета Красного Креста швейцарец Жорж Воше следующим образом описывает эту расправу:
«Люди „Иргуна“, вооружённые автоматами и ножами, оккупировали маленькое селение Дейр-Яссин вблизи Иерусалима, безоружные жители которого в количестве 400 человек жили в мире с окружающими их евреями. По громкоговорителям населению было приказано в течение четверти часа сдаться. Несколько человек вышло вперёд и их перебросили на территорию арабских государств. Остальное население – мужчины, женщины, дети – все были хладнокровно уничтожены»[176].
С лица земли были стёрты также арабские населённые пункты Вади Диоз, Пардес-Абу, Ляван и Кфао-Тобиас.
23 апреля 1948 г. еврейские вооружённые отряды напали на порт Яффу и начали обстреливать населённые арабами районы. Эти акции сопровождались передачей по громкоговорителям угроз с ультимативным требованием к жителям покинуть свои дома и бежать в другие арабские государства[177].
Упоминая о всех вышеперечисленных фактах, французский историк Карре добавляет, что
«на протяжении двух месяцев до окончания британского мандата на всю Палестину сыпались листовки, под которыми стояла подпись „Хаганы“ и в которых можно было прочесть: „Все те, кто хочет избежать этой войны, кто желает сохранить себе жизнь, должны бежать со своими жёнами и детьми. Это будет жестокая, беспощадная война“»[178].
Факты свидетельствуют о том, что сионисты в Палестине широко прибегали к геноциду, называя свою варварскую политику в отношении арабов приобретением «земли без народа для народа без земли».
И, наконец, жертвами сионистского террора пали Фольке Бернадотт и его сотрудники – должностные лица ООН, направленные в Палестину для выявления причин и виновных в арабо-еврейских столкновениях и для определения условий претворения в жизнь резолюции 181/11 Генеральной Ассамблеи.
131 человек – таков был персонал миссии, руководимой шведским представителем графом Бернадоттом. Это были офицеры шведских, французских, бельгийских и американских вооружённых сил. Из них 63% размещались в той части Палестины, которая отводилась, согласно резолюции Генеральной Ассамблеи, для еврейского государства, 29% – в части, отведённой для арабского государства, и 8% – в Иерусалиме.
Убийство было совершено 17 сентября 1948 г., когда Бернадотт ехал из демилитаризованной зоны и приближался к контрольному посту еврейской зоны Иерусалима (Новый город). Впереди следовала машина, в которой находились Флаш де Гейром и Массар; их сопровождал офицер связи сионистского руководства Палестины капитан Хильман.
На переднем сиденье автомобиля Бернадотта находились два американских офицера – комендант Кокс и полковник Беглей, управлявший машиной. Заднее сиденье занимали сам Бернадотт, начальник группы французских наблюдателей в Иерусалиме полковник Серо и шведский генерал Ааж Лундстрем. Бернадотт должен был встретиться с доктором Б. Жозефом – военным губернатором еврейской зоны Иерусалима, комендантом которой являлся в то время Моше Даян.
При въезде в еврейский квартал Иерусалима путь машинам наблюдателей преградил военный «джип». Один из находившихся в нём военных, вооружённый автоматом, подошёл к автомобилю Бернадотта, несмотря на то, что на этом автомобиле были флаг ООН и эмблема Красного Креста и Красного Полумесяца, и выстрелил в руководителя миссии 6 раз, в Серо – 20 раз, Беглей же выпрыгнул из машины и был только тяжело ранен. Убийца бежал.
20 сентября французский корреспондентский пункт в Тель-Авиве получил письмо, подписанное «Национальный фронт» (Hazit Modeleth); в нём выражалось сожаление по поводу «роковой ошибки», повлёкшей за собой смерть полковника Серо, которого убийцы якобы приняли за генерала Аажа Лундстрема, называемого авторами письма «агентом британского антисемитизма».
Сионистские правители Палестины не торопились начать расследование этого убийства. Только по истечении 19 часов была объявлена тревога. Но общественное мнение во всём мире было настолько возмущено происшедшим, что сама целесообразность образования еврейского государства ставилась многими государственными деятелями под сомнение. Чтобы предотвратить нависшую над ними угрозу, сионистские власти арестовали главаря банды «Штерн» Натана Фридмана-Елина и его адъютанта Матихиагу Шмулевича. В декабре 1948 года, т. е. два месяца спустя после совершения преступления, в Аккре был инсценирован суд. Елин доказывал, что «покарал» Бернадотта потому, что тот якобы сотрудничал с нацистами во время войны и являлся «врагом Израиля». Суд приговорил Елина к пяти годам лишения свободы, но вскоре он был амнистирован, а в 1950 году даже избран в кнессет, заняв подобающее ему место среди сионистской элиты Израиля[179].
Французская газета «Монд» 4 и 5 июля 1971 г. поместила новые материалы об убийстве Бернадотта и Серо, представленные Барухом Наделем – бывшим начальником контрразведки группы «Штерн», на которого руководство этой организации возложило в августе 1948 года совершение террористического акта. Во главе «Штерна» стояли в то время Натан Фридман-Елин, сменивший впоследствии фамилию на Ялин-Мур, и идеолог организации доктор Шейб. Оба они благополучно проживают в Израиле, где по сей день занимают высокие посты и пользуются всеми благами жизни. Третьим членом руководящего органа «Штерн» и организатором убийства Бернадотта являлся не перестающий до сих пор претендовать на пост премьер-министра Израиля Ицхак Шамир. Та же троица заплечных дел мастеров была и организатором убийства лорда Мойна.
Как видно, сионистам было мало убить Бернадотта и Серо. Они всячески пытались их оклеветать, обвиняя первого в сотрудничестве с нацистами, а второго выдавая за своего агента, который якобы указывал маршрут следования машин наблюдателей ООН[180]. Серо не мог этого сделать, поскольку сам находился в машине Бернадотта, убийство которого ставило и его собственную жизнь под угрозу. Маршрут следования автомобиля Бернадотта определяли специальные агенты «Штерна». Что же касается Бернадотта, то во время второй мировой войны он был активным деятелем Международного Красного Креста и получил знак отличия от стокгольмского раввина Вальтера Якобсона, большой крест почётного легиона от французского правительства и Командорский крест легиона заслуг от генерала США Эдварда за спасение 10 тыс. евреев от истребления в лагерях смерти, благодарственное послание от польского министра социального обеспечения Мориса Корниоля за спасение 7 тыс. поляков, вызволив их из нацистских лагерей смерти. Голландская королева Юлиана, бывшая в то время ещё наследной принцессой, выразила ему благодарность за спасение голландских военнопленных и оказание Красным Крестом помощи Голландии[181].
