Читаем без скачивания Убийство в четыре хода - Андраш Тотис

Выходит, адрес ему известен, одобрительно подумал Лелак. На редкость предусмотрительны его коллеги! За стеклом промелькнуло здание Оперы, и машина свернула в боковую улочку направо. Хороший район, Фонтэнов, видимо, не причислишь к беднякам.

— Будьте любезны, остановитесь здесь, — сказала девушка, словно ехала в такси. Буасси затормозил посреди улицы, вмиг перекрыв движение.

— Я еще наведаюсь к вам, — сказал Альбер, надеясь, что слова его не прозвучат угрозой.

— Вы ведь поймаете убийцу, правда? — спросила Марианна и, прежде чем Альбер успел неуверенно кивнуть, вылезла из машины.

Не дожидаясь, пока девушка войдет в подъезд, Буасси, как только за ней захлопнулась дверца, дал газ.

— Надо поторапливаться! — сказал он. — Тело могут увезти с минуты на минуту.

— Ну и что? — с гримасой отвращения возразил Альбер. — Давно трупов не видел?

Последнее убежище Фонтэна находилось на проспекте Клебера, неподалеку от площади Звезды и не имело ничего общего с «берлогой», снабженной запасом консервов и надувным матрацем, где можно перекантоваться несколько дней. Двухкомнатная квартира радовала глаз изысканной обстановкой: на стенах фотографии несуществующих бабушек и дедушек, в шкафу — гардероб солидного служащего, на полках — книги. Энциклопедия Ларусса, модные романы и никакой политики.

Лицо Фонтэна обрамляла тщательно ухоженная бородка; такую растительность стригут, как в эпоху барокко подстригали кустарники в садах. Больше, пожалуй, в лице террориста и нельзя было ничего рассмотреть. Одна пуля впилась ему в подбородок, другая задела шею, разорвав артерию, остальные прошили тело в самых разных местах. Анонимный информатор знал, что делал. При обычной, рутинной проверке Фонтэн проскочил бы, не вызвав ни малейшего подозрения. Если же неизвестный осведомитель оповестил бы отдел по расследованию убийств, сыщики первым делом окружили бы дом, затем позвонили бы в квартиру, и дверь им открыл бы внушительного вида чиновник с аккуратно подстриженной бородкой и искусно изготовленным паспортом на имя Паскаля Пети. Такому и в голову не придет вступать в перестрелку. Полицейским не составило бы труда надеть на него наручники. Фонтэн, разумеется, придерживался бы взятой на себя роли: добропорядочней гражданин протестует против нарушения своих прав и требует адвоката. Полицейские, не выходя из рамок вежливости, сломя голову помчались бы в центральную картотеку сверять отпечатки пальцев.

Да, именно так и обстояло бы дело, если бы сигнал получили у них в отделе. Парни из группы по борьбе с терроризмом прошли другую выучку. Они первым делом посадили снайперов в доме напротив того, где скрывался Фонтэн. Затем, по-прежнему не привлекая внимания, заняли подъезд. Взобрались на крышу, а улица внизу жила своей обычной жизнью. Никаких тебе баррикад, оцеплений, повальных проверок документов. Затем боевики с крыши спустились к окну Фонтэна. Если кто-то и увидел бы их в этот момент, подумал бы, что это мойщики окон.

Затем боевики, выбив стекло, ворвались в квартиру — в темных комбинезонах, в касках и пуленепробиваемых жилетах, с легкими короткоствольными автоматами наизготовку. Если бы Фонтэн в этот момент находился в комнате и поднял руки, ему, пожалуй, удалось бы уцелеть. Если бы он затаился на кухне и не оказал сопротивления при аресте, исход тоже мог бы быть благоприятным. Но террорист был вылеплен из другого теста. Услыхав звон бьющегося оконного стекла, он выхватил пистолет. В тот же миг боевики выломали входную дверь и перестраховки ради прошили прихожую несколькими очередями. Фонтэн успел сделать всего лишь один выстрел, прежде чем его скосило пулями.

Да, парни из группы по борьбе с терроризмом привыкли работать быстро и эффективно. В особенности, если им адрес преподносят на тарелочке.

В квартире было полно людей: Шарль, Корентэн и еще добрый десяток полицейских, которых Альбер прежде и в глаза не видел, зато на первый же взгляд определил, что это свой брат — сыщики. Здесь же были дактилоскописты, фотографы, техники, фиксирующие следы, словом, обычная бригада, словно бы и не было известно, кто убил валяющегося на пороге кухни мужчину. Правда, если повезет, то, может, удастся установить, кто захаживал к террористу — беседовать по вечерам или снабжать едой. Если сюда наведывались родственники или знакомые Фонтэна, их можно будет привлечь к суду за соучастие. Нелишне проверить также, не появлялся ли здесь кто-либо из разыскиваемых террористов или уголовников. Несколько полицейских занялись осмотром вещей. В шкафу — пара костюмов, рубашки, свитера. В ящике письменного стола — лишь почтовые открытки вместо привычной груды бумаг, которая невольно накапливается за годы у любого человека: гарантийные обязательства, чеки, договора, письма. В бумажнике убитого — фальшивый паспорт и поддельное удостоверение личности, фальшивые водительские права и несколько тысяч франков. На столе — шахматная доска с расставленными фигурами. Альбер склонился над доской. Комбинация фигур была странной и необычайно сложной: почти вся армада черных сгрудилась вокруг белого короля, которого один ход отделял от мата. У белых, правда, было всего лишь две пешки, зато стоило им сделать ход одной из них, и черный король получает мат.

— Ключ к раскрытию убийства? — ехидно подковырнул его Шарль.

— Как знать, — лениво процедил Альбер. — Пожалуй, не мешает посмотреть тут повнимательнее.

Он долго и тщательно рылся на книжных полках, извлек из кухонного шкафа консервы и снова сложил их на место, выжидая, пока Корентэн раздаст указания и отправит сыщиков опрашивать жильцов. Альбер взглянул на часы — ровно пять, его рабочее время кончилось. Корентэн насмешливо следил за ним.

— Торопишься куда-то?

— Марта ждет… — Альбер и сам чувствовал слабость этого аргумента. Каждого из них ждут дома близкие. А каково тем его коллегам, кому предстоит несколько часов допытываться у жильцов дома: «Давно поселился здесь Фонтэн? Не знаете, кто у него бывал? Может, видели, с кем он разговаривал?»

— Как подвигается дело об убийстве старухи?

— Я был на улице Афин. Разговаривал с соседкой…

— Подробности меня не интересуют. Когда ты доставишь убийцу?

— Завтра, шеф. Обещаю!

Корентэн искоса смерил его долгим испытующим взглядом, который сам же он очень хорошо изображал, будучи в настроении. Мало кто решался разыгрывать комиссара, но с Альбером никогда нельзя быть уверенным.

— А что с другим твоим делом? Этот взорванный шахматист.

— Математик, — поправил его Альбер и тотчас пожалел об этом. Корентэну сейчас явно не до шуток. Ведь Фонтэна должны были взять они.

— У тебя есть определенная версия или ты просто так околачиваешься среди шахматистов?

— Есть одна версия.

— И когда я увижу результаты?

— Пожалуй… завтра.

Снова этот недоверчивый взгляд искоса и тяжелый вздох. Даже Лелак вряд ли решится дважды оставить его в дураках.

— Ладно. Тогда можешь отправляться домой… — Однако фраза повисла неоконченной, словно бы шеф хотел еще что-то сказать. Альбер терпеливо ждал. Одна-две минуты погоды не сделают. Главное, что не придется торчать здесь весь вечер.

— Это правда, что ты сказал Буасси? Будто бы Фонтэна выдал человек, который подложил взрывчатку математику и отравил шахматиста?

— По-моему, да.

Корентэн махнул рукой.

— Ну ладно, ступай.

Проходя мимо стола с шахматной доской, Альбер еще раз взглянул на расположение фигур. Затем вытащил помятый блокнот и начертил поле из шестидесяти четырех клеток. Пометил расстановку фигур, очень надеясь в душе, что его предположение подтвердится, иначе долго придется потом сносить замечания коллег по поводу чересчур богатой фантазии.

По пути домой Альбер заглянул в книжную лавку на улице Риволи. Купил пособие по решению шахматных задач и решил присмотреть что-нибудь и для Марты — она действительно заслуживает такого внимания. Выбор его пал на «Справочник для образцовой жены». Обложку украшала фотография мужчины с довольной ухмылкой от уха до уха, позади него красовалась женщина, облаченная в черную комбинацию и черные чулки, с блюдом аппетитнейшего жаркого в руках. Перед мужчиной на столике стояла рюмка абсента, на коленях он держал раскрытую газету. Можно ли доставить женщине, которая хочет быть образцовой женой, большую радость?

Как оказалось, можно. И Марта перечислила, чем именно: например, букетом цветов. Или возвращением с работы — хотя бы раз, в порядке исключения — не позже шести часов. Или билетами в театр. Ну а если уж ему захотелось подарить ей непременно книгу, лучше бы купил альбом голландских миниатюр. Альбер мысленно, делал пометки. В свой день рождения Марта получит альбом, букет цветов, билеты в театр, и все эти дары будут ей преподнесены не позднее шести часов. Всегда полезно знать, чем можно порадовать жену, уверяла американка, составившая пособие для образцовых мужей.