— Из секты выходят только покойники, — сурово произнес Михаил. — Бери нож и вставай в круг. Иначе нам придется вонзить его в твою грудь и повернуть по часовой стрелке. Когда хлынет кровь, мы попробуем ее на вкус, а потом отрежем твою голову: она нам еще послужит для других ритуальных церемоний. Ну а тело — тело останется лежать здесь, в этой тихой рощице, бережно укрытое ветками. Думаю, такая перспектива вряд ли покажется тебе заманчивой, поэтому вставай рядом с нами и совершай обряд. С сегодняшнего дня для тебя начнется новая жизнь. Мы примем тебя в секту, и ты забудешь об этих проклятых деньгах, так как в секте они тебе больше не понадобятся. Секта защитит тебя от всех бед и подарит вполне достойное будущее. Тебе не придется танцевать в этом дешевом гадюшнике, обнажая тело перед жующими самцами. Отныне твое тело будет принадлежать секте, то есть всем нам. Ты будешь заниматься вербовкой новых членов, доказывая тем самым свою верность сатане.
Михаил взял лежащий на траве нож и протянул мне. Я с ужасом посмотрела на него и взяла в руки. Только теперь до меня дошло, в какую историю я умудрилась вляпаться.
— Ты должна доказать свое желание вступить в нашу секту, поэтому тебе предстоит нанести первый удар. Вонзишь клинок в грудь и повернешь его по часовой стрелке. Следом за тобой эту же процедуру проделают остальные участники ритуала. Как только я закончу читать молитву, приступай!
Михаил закатил глаза и стал с бешеной скоростью произносить непонятные слова. Я стояла как вкопанная, глядя на спящего Глеба. Неожиданно он потянулся и открыл глаза. Увидев незнакомых мужчин в балахонах и меня с кинжалом в руках, Глеб вздрогнул и попытался вскочить.
— Даша, что тут происходит? — Голос его дрожал. — Я понимаю, что поступил с тобой плохо, но это не стоит того, чтобы проделывать со мной такие страшные вещи. Куда ты меня привезла и кто эти люди?
Я закрыла глаза, чтобы не смотреть на бывшего возлюбленного. Нервы были на пределе, еще немного, и я разрыдаюсь или хуже того — упаду в обморок. Господи, какая же я дура, что согласилась на эту авантюру! Еще не известно, получу ли я деньги, но убивать из-за них человека… Нет, нет и еще раз нет! Пусть живет со своей новой пассией, черт с ним! Только вот как теперь выпутаться из этого дерьма? Похоже, пистолет мне пригодится…
Михаил наконец замолчал. Следом за ним замолчали другие мужчины. Воцарилась мертвая, зловещая тишина. Глеб жалобно застонал.
— Пора начинать ритуал, — отрешенно произнес Михаил. — Дарья, сделай то, что я тебе сказал. Сатана ждет твоих деяний.
— Нет!!! — громко закричал Глеб и забился в истерике.
Я достала из кармана пистолет и наставила на Михаила. Михаил побледнел, в глазах его сквозило непонимание.
— Брось свой нож на землю и отойди на несколько шагов назад! — приказала я.
— Дашенька, что ты творишь?! Откуда у тебя оружие? Нельзя нарушать ритуал!
— Делай то, что я говорю. Это касается не только тебя, но и твоих приятелей. Я жду несколько секунд и начинаю стрелять!
— А ты, милая, хоть пистолет зарядила? — ухмыльнулся Михаил.
Меня затрясло. Неужели этот ублюдок сильнее меня? Щелкнув предохранителем, я, почти не целясь, выстрелила Михаилу в пах. Он упал на землю и громко закричал. Все остальные участники обряда моментально побросали свои кинжалы и отошли в сторону.
— Не двигаться, — приказала я и одной рукой сорвала опутывавшие Глеба верёвки. Глеб моментально вскочил и побежал к «Волге».
Держа палец на спусковом крючке, я попятилась за ним. К моему глубокому удивлению, ключи от машины оказались внутри.
— Садись скорее, — крикнул мне Глеб и включил зажигание.
Неожиданно раздался оглушительный выстрел. Глеб дернулся всем телом и затих.
— Теперь твоя очередь, сучка, — долетел до меня чей-то голос.
Подняв голову, я увидела седоволосого мужчину. Не раздумывая, я выстрелила в него, быстро перетащила Глеба на другое сиденье, села за руль и нажала на газ. Машина взревела и на бешеной скорости сорвалась с места.
— Глеб застонал.
— Как ты? — повернулась я к нему.
— Пуля в груди сидит.
— Потерпи немного, — смахнула я слезы. — Сейчас доберемся до ближайшей больницы. Все будет хорошо.
— Я не знал, что ты такая стерва, — зло прошептал Глеб.
— Я понимаю, что это ужасно, но все же прошу у тебя прощения. Ты выживешь, ты обязательно выживешь, слышишь?! — закричала я. — Такие не умирают! Ты поправишься, женишься на своей девушке и будешь счастлив. Она родит тебе двух прекрасных ребятишек. Ты встретишь ее из роддома с большой корзиной алых роз и будешь носить на руках долгие, долгие годы! Вы будете жить долго и счастливо и умрете в один день!
— Господи, ну где ты нашла этих чертовых выродков в балахонах?
— По листовке. Когда ты меня бросил, я была сама не своя и связалась с этими проклятыми сектантами. Я думала, что они дадут мне денег, но только сейчас поняла, что не получила бы от них ни копейки.
— Я тебя посажу, — простонал Глеб.
— Что?! — повернулась я, снизив скорость. Глеб посмотрел на меня потерянным взглядом и повторил:
— Я тебя посажу в тюрьму…
— Почему, Глеб? — растерялась я. — Ведь я же тебя спасла…
— Ты сядешь.
— Глеб, так не честно! Я не хочу в тюрьму. Я наделала ошибок, но я постаралась исправить их. Ты забываешь, что в любой момент я могу выбросить тебя из машины. Твоя жизнь находится в моих руках.
— Я тебя посажу, — упрямо повторил Глеб и потерял сознание.
Я смахнула слезы и прибавила скорость. Стрелка на спидометре зашкаливала. Доехав до ближайшей больницы, я передала Глеба врачам, села в приемном покое и стала молить Бога только об одном — чтобы Глеб остался жив.
Глава 10
Все остальное происходило словно в тумане. Глеба прооперировали и увезли в палату интенсивной терапии. Узнав, что его жизнь вне опасности, я дошла до автобусной остановки и вернулась В Москву. Заскочив к Тамарке, передала ей деньги, которые взяла из бумажника Глеба, и пошла на работу. В гримерной на моих запястьях закрылись наручники.
На улице рядом с баром кроме допотопного милицейского «газика», приехавшего забирать меня, стоял черный «опель», за рулем сидел тот самый тип, который преследовал меня последних три дня. Увидев меня, он недобро усмехнулся и выразительно провел ребром ладони по горлу. Я вздрогнула и быстро села в машину. Как только газик тронулся, я обернулась, помахала черному «опелю» рукой и вновь опустила голову.
Больше всего я боялась, что меня арестовали в связи с Максом, но, как выяснилось, напрасно, Мне шили покушение на убийство Глеба. Он написал заявление и мечтал упрятать меня за решетку. Через несколько дней взяли Михаила, который лежал в одной из подмосковных больниц, и других мужчин, присутствовавших на ритуале. Седоволосый, стрелявший в Глеба, выжил. Ранение у него оказалось несерьезным, и вскоре он тоже попал в тюрьму. Несколько раз мне пришлось встречаться с Глебом на очной ставке. Глеб был резок и смотрел на меня, как смотрят на заклятого врага. Состоялся суд. Мне дали три года колонии общего режима.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
