немного магии, как схема налилась светом еще полнее, чем раньше.
– Хотели сделать тебе сюрприз. – Дунк возник в дверном проеме, без кряхтенья и жалоб на плохое самочувствие. Быстро же он менял личину безобидного старичка на образ самого опасного мага королевства. – Закончить, правда, не успели, поэтому заперли до завтра.
– На деревянный замок? Зная, что у меня не получится его открыть?
– А у тебя не получилось?
Я промолчала, затем еще раз обошла схему. Что-то в ней изменилось, но мне требовалось больше времени для размышлений.
– Книжку-то прочитай, там много полезного. – Дунк снова пихнул мне в руки пособие для юных магов.
– Других нет?
– Тебе и эта сложной показалась.
Забрав у него томик, я закрыла дверь и приморозила ее к стене. На какое-то время этого хватит, дальше Берт уйдет спать и необходимость в замках исчезнет. У остальных, надеюсь, хватит ума не лезть сюда после случая с Господином Огнехвостом.
– Если бы магией можно было так просто овладеть, ведьмы бы не убивали своих зверей. – Я пошла по коридору, а Дунк довольно бодро шагал рядом.
– Кто сказал, что просто? Попробуй преодолей заложенные природой ограничения. К тому же под разные схемы нужны разные энергии, только ведьмы черпают ее в чистом виде. Поэтому не отмахивайся от знаний.
– Может быть, Саю дадите почитать?
– Грозовой лис со знаниями древних магов – слишком убойное сочетание, не находишь? Он и так чрезмерно силен. Сам побаиваюсь, вдруг решит сдвинуть меня с должности, хе-хе.
– Вряд ли, Сай для этого слишком хороший парень.
– Повезло всем нам, да? Почитай, – напомнил он, после чего отстал и исчез в темноте коридора.
Я же спряталась в своей комнате, на ходу разделась и нырнула в бассейн, с головой погружаясь в ледяную воду. Как же хорошо было одной! Тихо, спокойно, можно заниматься магией хоть с утра до вечера и не по детской книге. Я вообще не готова к семейной жизни! Тем более к такой насыщенной, с детьми и престарелыми родичами.
Вода помогла успокоиться, заодно я промерзла так, что не сомневалась: пара минут под теплым одеялом – и я засну. Утром же с новыми силами займусь схемой, а не работой доброй трактирщицы, но в комнате ждал сюрприз – на моей половине кровати лежал перевязанный ленточкой сверток, а рядом – недовольный малыш.
– Не нравится, как обращаюсь с твоим братцем – можешь отправить его к какой-нибудь родне.
Волосы холодили спину, хотя я и подсушила их заклинанием, после чего влезла под одеяло и прижалась к горячему Саю. Пожалуй, кое-что приятное во всех этих событиях все же есть.
– Мне не нравится, что за твою поимку обещают триста тысяч, – хмуро ответил он, а я сразу же села, прихватив с собой одеяла. – Не хочешь рассказать, что такого успела натворить?
Минутная растерянность быстро ушла, на ее место пришло ликование. Сай узнал о награде за меня, но не сдал. Вряд ли из страха за младших Уортов, он мог в любой момент выманить их из дома, я бы не заметила. Значит, дело во мне? Так сильно привязался?
– А если скажу, – я передвинулась ближе к Саю, затем села на него и склонилась, прижимая к подушкам, – что это все наговоры? Что только защищала себя, не причиняя никому вреда? Ты поверишь?
Моя грудь уже скользила по его груди, а живот скручивало от сладких спазмов. Малышу, судя по испарине на лбу и другим признакам, тоже хотелось повторить и закрепить вчерашние и сегодняшние уроки.
– Да, – внезапно ответил он, перехватил мою руку и не дал притронуться к его волосам. – Если скажешь это серьезно, а не будешь играть со мной.
– Откровенничать меня не тянет, в отличие от… – я прочертила четыре линии вдоль его живота, от границы ребер и ниже, – других занятий. Мы не всегда получаем желаемое, надо довольствоваться тем, что предлагают.
– Это точно.
Сай легко приподнял меня и усадил рядом с собой, а потом отвернулся на другой бок и натянул одеяло повыше.
– Эй, ты себя наказываешь! – Я улеглась рядом с ним и улыбнулась. – Самому же хуже будет. А ведь могли бы совершенно по-другому провести время.
– Ты первая начала давить на мою привязанность. Не хочу, чтобы это вошло в привычку.
Я закатила глаза, вздохнула и тоже отвернулась на бок. Только новой лекции по душеведению мне не хватало. Нет уж, лучше лягу и сладко посплю до утра, а этот упертый… лисеныш пусть страдает от неудовлетворенности.
Но Сай тихо лежал на своем месте, не продолжал разговор и не пытался притронуться, у меня же болезненно крутило внизу живота, напоминая, что одиноких и холодных ночей было предостаточно, пора бы это компенсировать.
– Хорошо, я первым сделаю шаг навстречу. – Спустя полчаса он улегся на спину и заложил руки за голову, а я нехотя села.
– Сдаешься?
– Надоело слушать, как ты ворочаешься и вздыхаешь. Я не хочу лезть тебе в душу, но и делить постель с человеком, о котором ничего не знаю, тоже не хочу.
– А если я и правда злодейка? Такой вариант ты не рассматриваешь?
– Рассматриваю, но верю слабо. В Дагре у тебя в самом деле немало поклонников. Кое-что мне уже рассказали, теперь кажется, что моя отсидка в подвале – самое страшное из твоих злодеяний.
– Ты ошибаешься. Как-то я чуть не убила человека тем самым кинжалом, отвлеклась в самый последний момент.
– Кларе ты говорила совсем другое.
– Подслушивал?
– У всех магов большие и чуткие уши, а я просто шел по коридору.
– Очень тихо и незаметно, чтобы случайно не попасться мне на глаза? Какой же ты…
– Подходящий муж для злодейки?
Даже в темноте было заметно, как он сложил брови домиком и сделал невинное лицо. Вот точно: малыш! Ехидный, обидчивый, любопытный! И еще упертый, как те самые ослы, на которых Дунк привез нам провиант.
– Хорошо, рассказываю очень кратко, а ты не задаешь никаких вопросов! – сдалась я. – В те годы, когда меня занесло в Дагру, там еще не было всяких приютов и прочего: регистрируешься, получаешь документы, дальше живешь как вздумается. Я не знала, куда можно пойти, поэтому неделю слонялась по улицам, пока не начала шататься от голода. Тогда ко мне подошел один милый мужчина и предложил устроиться к нему горничной, обещал кормить и выделить комнату. Дальше оказалось, что еду нужно еще заслужить, а выйти из комнаты не выйдет: мой добрый хозяин обвинил меня в воровстве и припугнул, что сдаст властям. Я же была молодой и глупой, ничего не знала о законах, а он
