они реальны, как и давно остывшая пицца на островке, и мое недопитое шампанское.
Как я могла не понять? Мы так много общались, все время проводили вместе. Ничего не замечала, дурочка влюбленная. А ведь Костя предупреждал.
А вот, кстати, и он — обеспокоенный моей наивностью шутник Баринов. Развалился в темноте на диване, смотрит видосики в телефоне.
Обозначив свое присутствие покашливанием, подхожу и встаю напротив. Высказать ему хочется, а нечего. Сама виновата, не услышала его.
Костик поднимает глаза:
— Что такое, Лиза? Чего ты бродишь в ночи, в белом платье, как призрак невесты?
Ну и сравнение.
Когда я танцевала в этом платье у моря, Маша меня ангелом называла, а сейчас на приведение похожа. Есть в этом смысл, если вдуматься. Тогда я чувствовала себя наполненной светом и счастьем, теперь внутри пустота.
— Не мог нормально сказать? Тогда, на твоем пляже… Ты просто намекнул, я ничего не поняла и приняла за шутку. Только это ни разу не смешно!
Все же нахожу, что предъявить. Пытаясь разделить ответственность за собственную глупость, выставляю себя еще большей дурой.
— Ясно, — хмыкает Баринов, спуская ноги с дивана. — Узнала, значит. Спросила или он сам все рассказал?
Я-то спрашивала раньше, но не так, как следовало. Растерялась, застеснялась, протупила. Глупая, глупая!
— А есть разница?
— Вообще никакой, — соглашается Костя. — Присаживайся, потрещим за жизнь, — стучит ладонью по дивану.
Я сажусь с самого краю, держу спину ровно и смотрю перед собой.
— Он сказал, что брак фиктивный.
— Ну, раз сказал — значит, так и есть, — буркает Костя, откидываясь на высокую спинку.
— Скажи мне правду, — прошу шепотом и смотрю умоляюще.
— А ты не веришь Максу? — удивляется, красноречиво вскинув брови. — Ты же ему в рот заглядываешь, дышишь при нем через раз. И не доверяешь? Как так, Лиза? Ай-яй-яй…
— Постебать меня вздумал? Не нужно, Кость, мне и без этого хреново. Я же люблю его, — признаюсь и рот рукой зажимаю.
Глупышка продолжает делать глупости. Зачем я откровенничаю с его другом? Куда меня несет? К чему вообще говорить о чувствах, у которых нет будущего?
Отложив телефон, Костя на меня косится:
— Любовь частенько бывает жестокой. Ты разве не знала?
— Но это так неправильно и так несправедливо! Он врал мне, получается, — прикрыв глаза, качаю головой.
— Велком во взрослую жизнь, Лиза, — приветственно разводит руками Баринов. — Если вдруг найдешь тут справедливость, правду и чистые чувства — сбрось мне явки и пароли, лады?
По моим щекам стекают слезы, я их стираю тыльной стороной ладони.
— Я с парнем из-за него рассталась, маме беременной вру, а он… Разве можно быть нечестным с тем, кто тебе доверился?
— Можно. В некоторых случаях лучше соврать. Правда иногда ранит сильнее лжи. Вот ты ее узнала и плачешь.
Костя смотрит на меня с сочувствием, протягивает руку и касается плеча, а я его одергиваю.
— Ты ее знаешь? Карину эту? — всхлипываю. Он кивает. — Дашь мне ее контакты?
— Прости, Лиза, но я не буду в это лезть. Можешь спросить у Машки, она подписана на нее в соцсетях. Или через гугл поищи. Карина Фароян. Она бью-блогер и у нее дофига подписчиков, какие-то миллионы. Косметику рекламирует, из салонов не вылезает…
Его слова повергают меня в шок. Макс женат не на бедняжке, у которой возникли проблемы с визой. Его жена — инфлюенсер и, судя по всему, красавица. А кто я? Всеми забытая бывшая чемпионка, вызывающая жалость хромоножка. В моем блоге чуть более сотни фалловеров, я никому не интересна.
Ненужность — это мой триггер, пусковая кнопка для панической атаки, которая почему-то не срабатывает. Я не паникую и не плачу больше. Смотрю сквозь Костика стеклянными глазами и с силой сжимаю кулаки. Разочарование, неприязнь и злость — вот что я чувствую.
Макс оказался не героем, а трусом и лжецом, Костя — ценичным козлом, а ванильная Маша — двуличной. Набиваясь в подружки, сладко пела о моих талантах и молчала, что брат женат. Милая сучка.
Невольно вспоминаю Нечаеву. Она далеко не идеальная подруга, но сейчас мне ее не хватает.
— Я все поняла, Костя. Извини, что побеспокоила.
Процедив это сквозь зубы, резко встаю и делаю шаг в сторону входной двери.
— Куда это ты собралась?
Баринов хватает меня за руку и дергает обратно. Плюхнувшись рядом, я отодвигаюсь и смотрю на него исподлобья.
— Какое твое дело? Ты сделал все, что мог: поддержал, успокоил, приободрил… Браво, Костя! На фоне женатого друга ты просто молодец. Девушку тебе желаю найти такую же честную и искреннюю, — язвлю с улыбочкой.
Снова поднимаюсь. Он тоже подрывается и преграждает собой проход.
— Не глупи, Лиза. Я вижу, что ты не в себе. Давай-ка остынь и поговорим нормально.
Нас разделяет меньше полуметра, я слышу запах алкоголя. Странно, что Костя пил, он же был за рулем.
— Не хочу я больше разговаривать, домой хочу. Можешь отвести меня на автовокзал?
— Я выпил, Лиза, — признается. — Машина в городе осталась, мы с Машей на такси вернулись.
— Тогда дай номер такси, — скорее требую, чем прошу.
— Не нужно, Лиз. Завтра все вместе поедем.
— Я сама решу, когда ехать, мне никто не указ. Дай пройти! — толкаю его в грудь.
Я не истеричка, не собираюсь бежать из этого дома, сломя голову в ночь. Хочу выйти на улицу, как и планировала, чтобы остыть и подумать. Уеду после разговора с Максом.
— Никуда ты не пойдешь, — говорит Костя, расставляя руки по сторонам. — Не дури, я тебя не пущу, — улыбается миролюбиво, бесит этой улыбкой.
— Иди ты на хрен, Костя! Отвали! — срываюсь на крик и пихаю, что есть силы, а он стоит, как вкопанный.
Бороться с высоким и крепким парнем — очередная глупость, которую я совершаю. Толкаюсь и луплю Баринова по груди и плечам, шипя что-то вроде: «Пусти, придурок!».
Он терпит, дает мне выпустить пар, но, когда я нечаянно попадаю по шее, рычит и блокирует, зажав в стальных объятиях. Пошатнувшись, мы заваливаемся на диван. Я взвизгиваю — он тут же отпускает, но подняться мы не успеваем.
— Ты охуел, Костян?!
Голос звучит оглушающе громко, сотрясает воздух. Отскочив в сторону, я обхватываю себя за плечи. Костя поднимает руки и поднимается сам:
— Спокойно, Макс! Она хотела…
Договорить он не успевает. Максим замахивается и в следующую секунду я слышу холодящий душу звук, похожий на хруст. Костя заваливается назад, но тут же подскакивает и встает в стойку. Он не слабее и не медленнее друга, просто не ожидал. Ответит — драка будет серьезная.
Парни сверлят взглядами друг друга, дышат
