головой Игорь в сомнении. — Влад, ты же понимаешь — что бы ни случилось, мы в любом случае будем крайними!
— Тем более нехрен дергаться, — пожал равнодушно плечами Казаков. — Пошли парашюты складывать.
Как выяснилось, важные «гости» про спортивную форму все же услышали. В воскресенье в одиннадцать часов утра к зданию аэроклуба подкатила черная «Победа», из которой неспешно выбрались двое в спортивной форме. Петр Константинович, нервно расхаживавший перед порогом, бросился к ним.
— Как добрались? — схватив двумя руками руку молчаливого, подобострастно затряс он ее. — А мы уже вас дожидаемся! Инструктора подготовили все для вашего прыжка…
— Ну… Подготовили — и хорошо. Пойдем покуда по рюмашечке пропустим, а потом уж и к самолету… — забирая свою руку у Кожанова, медленно произнес гость.
— Эээ… Понимаете… — у директора вдруг забегал взгляд. — Простите… Но не стоило бы перед прыжком… А вот после отметить — святое дело! Перекусим слегка и поедем в баньку. Там уже все готово. Там и отметим такое знаменательное событие! — потея и задыхаясь, торопливо проговорил Кожанов.
— Не понял… — сдвинул брови говорливый и сурово двинулся на директора. — Ты…
— Михал Петрович, ну погодь маленько, — дернул его за рукав молчаливый. — Успеем выпить. Видать, не положено прыгать после пары рюмочек, — пропыхтел он, сверля побелевшего директора взглядом.
— Ну если хотите приземлиться трупами, можно и по рюмашке, — раздалось сзади. Гости резко обернулись и взглянули на инструктора, стоявшего за ними, сложив руки на груди. — Я не возражаю, Бога ради! Просто напоминаю: врачи туда… — поднял он палец вверх. Три пары глаз послушно скользнули взглядом в небо и медленно вернулись обратно на лицо Казакова. — …не доберутся, если у вас приключится сердечный приступ. Лететь вы будете четыре минуты. Только когда найдут вас и поймут, что с вами случилось, люди добегут до аэроклуба и вызовут неотложку. Ехать ей сюда минут так сорок, — Влад замолчал и, обойдя стоявших, направился к входной двери.
— Ммм… Пал Николаич, ну хотелось бы по маленькой пропустить… Для храбрости, так сказать… — задумчиво пожевал он губами. — Но раз не положено… Значит, опосля испробуем. Отметим, так сказать, — кивнул он и поднял взгляд на директора. — Ну-с, где ваш самолет? — потер он руки, оглядываясь.
Влад, уже взявшийся за ручку входной двери, обернулся:
— Уважаемые товарищи! Не будете ли вы любезны пройти в зал и облачиться в парашютные системы? — спокойно, скучающим тоном спросил он. — Или вы без парашютов прыгать будете? Я, конечно, ни в коем разе не настаиваю, но если без… Ваша встреча с землей произойдет гораздо быстрее!
Товарищи переглянулись.
— Молодой человек, вы сейчас попытались пошутить? — сдвинув брови, вопросил Михал Петрович. — Не удачно.
— Ни в коем разе, — развел руками инструктор. — Я всего лишь предоставил вам выбор. Вы можете одеть парашютную систему, а можете не одевать. На ваш выбор, — снова развернулся он к двери.
— Казаков, прекрати паясничать! — рыкнул директор. — Парашюты готовы?
— И в мыслях не было, — пожал тот плечами. — А парашюты давно готовы. Можно облачаться.
— Наверное, молодой человек все же прав, — отдуваясь, вздохнул Пал Николаич. — Но нельзя ли одеть ваши парашюты в самолете? Идти-то далеко?
Влад, едва не зарычав, дернул дверь на себя.
— Можно, отчего же нельзя? — замахал руками Кожанов. — Казаков! — рыкнул он в закрывавшуюся дверь.
В дверном проеме появилась голова Влада.
— Доставите парашюты товарищей к самолету. Действительно незачем утруждать их такими сложностями! — распорядился директор и, подхватив гостей под локотки, увлек их к стоявшему неподалеку автомобилю. — До самолета идти довольно далеко. Давайте доедем, зачем вам утруждаться? — открывая дверцу автомобиля, подобострастно улыбнулся он.
Влад, проводив тронувшуюся «Победу» взглядом, сплюнул и, выматерившись, исчез за дверью.
К самолету с Игорем еле дотащились. Свои парашюты одели как положено, и каждый тащил еще и Д-1 с запаской. Не молча, конечно. Далеко не молча… Пока дошли до самолета, вспомнили всю родословную директора и его дорогих гостей. А Д-1 не маленький, ой, не маленький…
Те самые гости топтались у самолета. Влад, не раздумывая, забрался внутрь, приняв парашюты у друга. В самолет один за другим заскакивали припозднившиеся студенты и спортсмены. Подошли и Костя со Степаном, с которыми Игорь договорился о подстраховке проблемных перворазников. Под сдавленные смешки и ошарашенные взгляды студентов засунув в систему поднявшихся в самолет «товарищей», инструктора усадили их на лавку и сами плюхнулись рядом, утирая пот. Те, как-то разом растеряв всю важность, осматривались вокруг, кажется, начиная понимать, что тут не шутят.
Особенно их впечатлило, когда Костя, осмотрев обувь студентов, выгнал одного взашей из самолета — тот подвернул ногу при первом своем приземлении и сегодня снова собрался прыгать в туфлях. Опустив глаза на свои ноги, они переглянулись — оба были в туфлях.
Когда выпускающий принялся ругаться, загоняя в самолет опаздывавших, Влада отвлек Степан, и тот не заметил проскользнувшую мимо него Лену. Наконец, самолет пошел на взлет, и тут из «товарищей» посыпались вопросы.
— Эмм… Молодой человек… — явно пересиливая себя, обратился к нему Пал Николаич. — А что, при приземлении возможен вывих?
— Возможен и перелом со смертельным исходом, — пожал плечами Казаков. — Если не знать, как приземляться, можно и насмерть разбиться, и на всю оставшуюся жизнь инвалидом остаться, — коротко сообщил он.
— Вы же нас приземлите? — вытирая внезапно выступивший на лбу пот, спросил он.
— Каким образом? — вскинул брови Казаков. — Приземляться вы будете сами. Мы проконтролируем, чтобы парашют раскрылся, а дальше самостоятельно. На занятиях об этом рассказывают, — спокойно проговорил он.
— Но если вдруг что-то пойдет не так… — Пал Николаич активно взбледнул с лица. — Кто же нам поможет?
— Неотложка на земле, — отозвался Казаков. — После прибытия.
— А что, врачи не дежурят на месте посадки? — удивился товарищ.
— Для чего? — изумленно уставился на него Казаков. — Вывихнутая нога — это, конечно, неприятно, но не смертельно. А при несчастных случаях уже все равно, когда она приедет. Да и бывают они крайне редко. Мы хорошо обучаем студентов.
— Но нас-то вы не обучали! — возмущенно всплеснул руками Пал Николаич.
— Мы пытались, — парировал Влад. — Но если у вас возникло желание извращенно самоубиться — ваше право. Кто мы такие, чтобы вмешиваться? Хотя с теми парашютами, что у вас, нужно сильно постараться, чтобы приземление закончилось неудачно.
Пал Николаич затих на минуту, видимо, размышляя.
— Эмм… Молодой человек, — снова обратился он к Владу. — Может, объясните, как надо приземляться?
Казаков вздохнул и, встав, принялся объяснять технику приземления. Заинтересовался и Михал Петрович. Игорю пришлось присоединяться и объяснять своему клиенту технику прыжка.
Раздался гудок, сообщающий, что самолет набрал нужную высоту. Выпускающий хлопнул Влада по плечу, показывая на дверь. Влад дернул за руку
