уши прожужжала по этому поводу. Что поделать, в тюрьме больше нечем было заняться, вот и развлекали себя, как могли.
― Сворачивать тебе голову не буду, ― успокоила Лера. ― Пока. Что дальше?
― Когда я, наконец, нашел тебя, ты уже ничего не помнила обо мне, и последний год для тебя просто не существовал. Ты находилась в каком--то поместье, окруженном целым войском. Туда было не пробраться, но я смог. Правда, всего на несколько минут, но и этого было достаточно, чтобы оценить твое состояние.
Он прикрыл глаза. Воспоминания явно были не радужными.
― В Индигор ты попала в начале зимы. Король боялся, что кто-то может всколыхнуть твою память, пока она еще свежа, пусть и стерта. Тебя оградили от всего, и когда процесс прошел бы точку невозврата, они бы вернули миру Цинею Загорную, советника короля Дажира и воина первой руки.
В это было тяжело поверить, но все выглядело логичным и правдивым. Лжи я не чувствовала, что вводило меня в еще большее замешательство. Связной тем временем продолжил.
― Мне пришлось прибегнуть к помощи Рона. Попасть в Индигор несложно, невозможно оттуда сбежать.
― Мы первые, кому удалось, ― не без гордости за себя и свое детище добавила я.
Не зря сама разрабатывала защиту и планировку северной тюрьмы.
― Да, первые, ― и нервная ухмылка искривила симпатичное лицо. ― Но сам бы я не справился. Иначе просто выкрал бы тебя, и зажили бы мы свободно, забыв об этом артефакте, как о кошмаре. Но без Рона было никак. Так я попал в соседнюю с тобой камеру и начал методично, день за днем, восстанавливать твою память. Но из-за слабости моего дара некоторые твои воспоминания перемешались и встали на место пустоты. Поэтому ты спутала время своего побега. Меня, похоже, ты вообще не вспомнила.
Голос даже не дрогнул, а выражение осталось прежним, вот только внутри бушевала буря. Ему было больно из-за отсутствия воспоминаний о нем. Вот только сейчас жалости или сочувствия он не дождется, поскольку меня догнала игнорируемая столько времени истерика.
― Почему ты не рассказал мне об этом раньше?! Почему все не объяснил?! Ты врешь! Правду было бы незачем скрывать!
Я кричала. Отчаянно и самозабвенно. Так, как давно себе не позволяла.
― Ответь ей, пока не потерялась в эмоциях, ― посоветовал Зарза и продолжил сидеть на пеньке, который чудом нашел в сугробе.
А я трясла лживого вора за грудки и ждала, сама не знаю чего.
― А ты бы мне поверила?
Такой простой вопрос. Пять слов, ничего больше, а такой большой и важный смысл. Отвечать не было нужды. Все присутствующие знали, не поверила бы. Я и сейчас стараюсь найти нестыковки и убедить себя, что все это ложь, но, увы, даже дар спокойно шепчет о почти стопроцентной вероятности правдивости сов Лерея.
― Зарза, тебя серьезно допрашивали? ― я намекала на пытки.
― Нет, Цинея. Только разговоры, угрозы и предложения сделки. Но после двух месяцев, ко мне больше не приходили дознаватели. Про меня просто забыли, но в Индигор, как видишь, не вернули, ― демон развел руками в стороны, показывая, что вот он, собственной персоной.
Значит, они знали, что это не демоны. Весь спектакль с участием Зарзы был устроен, чтобы запутать общественность и создать видимость поисков. Так неужели все это правда?
― Линар не мог так поступить, ― еле слышно прошептала, безвольно опуская руки, тем самым освобождая из своей хватки шатена.
Сама не сразу поняла, что сказала это вслух. Осознание пришло после рыка связного.
― Да твой Линар первый побежал изображать бурные поиски! Или ты веришь, что кронпринц не знал, что делали с тобой в поместье?!
Я отвела глаза. Было больно это слышать. Тем более что упреки имели под собой почву.
― Ты так и думала, ― разочарованно выдохнул слова с облаком пара Лер, поднялся и со всего маху ударил кулаком по ближайшему дереву.
Пошла кровь, но вору было абсолютно не до этого. Взяв себя в руки, он продолжил говорить:
― Ты и в убежище в лесу пошла в надежде, что он придет. В ином случае, аналитик Его Величества никогда не привела бы нас туда, рискуя быть пойманной. Ты веришь ему! До сих пор?
Я молчала. Мне нечего было сказать в свое оправдание. Все верно, я надеялась на встречу и верила кронпринцу безоговорочно. Глупая вера, ничем не подкрепленная. Мы больше не кадеты и не студенты академии. У каждого из нас есть обязанности и долг перед родиной. Линар просто выполнил свой. Глупое женское сердце верит до последнего. Что ж, последнее настало.
― У него есть жена и ребенок. Неужели ты настолько его любишь, что даже такие обстоятельства тебя не останавливают? ― голос звучал уже спокойнее, но боль и ревность не спрячешь от эмпата.
Я чувствовала его негодование, презрение к Линару и что-то нежно-болезненное по отношению к себе. Сумбурный коктейль эмоций, который связной безуспешно пытался подавить в себе. А я даже не пыталась. Пусть все выльется наружу, и я со спокойной душой оставлю Зирею и всех ее жителей позади. Больше меня здесь ничего не держит.
Объяснять раздраженному шатену, что Линар никогда не был моей любовью в романтическом смысле, я не спешила. Пусть думает, что хочет. Сейчас мне было наплевать на его негодование и заморочки. Хотелось только одного. Спать.
― Ночуем здесь, ― последнее, что я сказала перед сном, оставив связного без ответа.
Мы молча достали спальники, что прикупили в деревеньке. Разложили два имеющихся так, чтобы хватило троим.
Меня, как самую уязвимую сейчас, положили посередине и скинули на мое продрогшее тело все имеющиеся одеяла.
Сегодня не было важным кто ты: предатель, человек, маг, вор или демон. Мы все были равны перед природой и эмоциями. Все были где-то надломлены жестокой судьбой.
Глава 7. Тайны логова
До Лесовички мы доехали вечером третьего дня. Сказалась задержка в начале путешествия. Сразу на въезде в деревеньку спешилась, собираясь пройти так весь путь до лавки. Мужчины последовали моему примеру и, наконец, разгрузили бедного жеребца, что нес двойную ношу все эти три дня. Над своим Яблочком я не дала измываться, сразу предупредив: или демон едет с Лером, или идет пешком. На этом спор закончился, и мужчины вынуждены были поладить на ближайшие три дня. Но было у меня предположение, что демон сбросит лишнего седока под копыта коня при первой же возможности, слишком коварное у него было выражение лица. Увы, зрелища не произошло. Зарза оказался излишне сдержанным и неконфликтным представителем своей эмоциональной расы.
Что касается меня, то мне хватило предоставленного дорогой времени, чтобы привести мысли в порядок, дать себе затрещину и перестать хандрить. Жизнь продолжается, и я давно знала, что ее оставшуюся часть проведу не в Зирее. Теперь передо мной стояла кристально ясная задача, не обремененная самокопанием и попытками разобраться в своей памяти: найти Истину, а остальное по обстоятельствам.
Перед входом в дом я поклонилась ему, благодаря за приют. Это первый и последний раз, когда я это делала. Теперь это моя лавка, и я окончательно решилась стать ее хозяйкой.
― Я дома, ―
