– Сможешь. Но тебе будет скучно. Это не твоя жизнь. Ты слишком привык к людям.
– Мне надо подумать, – ответил Рой, возвращаясь к трапезе.
– А зачем ты вообще приволок его сюда? Мог бы в лесу съесть, – спросил Матвей.
– Ты сказал, что я должен приносить добычу, – последовал ответ.
– Достаточно было бы одной головы.
– Но косулю ты взял.
– Конечно. Это же хорошее, свежее мясо, а главное, его много. А заяц маленький, и его ты мог съесть сам. Принёс бы только голову, чтобы показать, что добыл. Я и не собирался отбирать у тебя всю добычу.
– Знаю. Ты хочешь знать, могу я кормить семью или нет. Я могу. Это не сложно.
– Тогда зачем тебе всё это? – удивился Матвей.
– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно спросил Рой.
– Хорошо, даже отлично, – улыбнулся Матвей, вспомнив события прошедших часов.
– Вот и я хорошо. Это охота.
– Что охота?
– Это охота даёт нам силу и настроение. Мне весело и тебе весело, я сильный и ты сильный. Я тебе говорил.
– Ты опять про историю с обменом энергией? – сообразил проводник.
– Да. Это правда.
– Похоже на то. Но как ты узнал, что нужно делать?
– Я зверь, – последовал короткий ответ.
– И всё? Просто зверь? – удивился Матвей.
– А разве это не так?
– Так. Но почему ты решил, что если ты зверь, значит, охота должна вылечить тебя?
– Я вспомнил волка. Потом вспомнил, как весело мне в лесу. Даже когда мы искали врагов.
– А тебе было весело? – удивился Матвей.
– Конечно. Это тоже охота.
– Похоже, только на этой охоте нам с тобой в любой момент могут головы отстрелить.
– Я слышал врагов, – неожиданно перебил его Рой.
– Каких? – подскочил Матвей.
– Тех, жидких. И ещё врагов людей.
– Где? Далеко отсюда?
– Не знаю, как сказать. Я охотился за оврагом. И там услышал. Люди, недалеко. А жидкие за рекой.
– Почему ты решил, что люди – враги? – уточнил Матвей.
– Они ругались, что мало баб и мало добычи. Там есть один, который хочет сделать свой удел и стать князем.
– Кем?! – переспросил проводник, открыв от удивления рот.
– Князем. Хочет, чтобы все ему подчинялись и делали всё, что он прикажет. Хочет наловить много рабов и заставить их работать. Что такое рабы?
– Это трудно объяснить, – задумчиво проговорил Матвей, обдумывая услышанное. – Ты сможешь найти людей ещё раз?
– Да. Это не трудно. Они всё время ругаются. Им нечего есть. В деревне закончилась еда, а все крестьяне разбежались, пока они бухали, – ответил Рой.
– Ты где это слово подцепил? – растерялся проводник.
– Главный так думал. Что это значит?
– Бухать значит пить спиртное. Водку, – автоматически ответил Матвей.
– Значит, ты тоже иногда бухаешь?
– Очень редко. Только я не пью до такой степени, чтобы утром забыть, что делал вечером. Я иногда выпиваю. А те, кто напивается так, что не может стоять на ногах, бухают, – выкрутился проводник.
– Хорошо, – последовал удовлетворённый ответ. – Дай воды.
Поднявшись, Матвей ополоснул миску и, налив в неё свежей воды, поставил её на крыльцо. От души напившись, Рой улёгся рядом с проводником и, положив тяжёлую голову ему на колени, тихо вздохнул:
– От тебя самкой пахнет. Весело было?
– Весело, – усмехнулся Матвей, отлично понимая, что проще ответить на вопрос, чем вдаваться в мутные объяснения понятий человеческой этики.
– Хорошо, – снова вздохнул Рой. – Значит, ты скоро будешь здоров.
– Лекарь ты мой лопоухий, – рассмеялся Матвей, обнимая пса за мощную шею.
В ответ он получил долгую тёплую волну любви, ласки и веры в их объединённые силы.
Вышедшая на крыльцо Дана, увидев эту картину, присела с другой стороны и, прижавшись к плечу друга, тихо спросила:
– Вы долго ещё сидеть собираетесь? Ночь на дворе.
– А куда торопиться? – тихо спросил Матвей, обнимая её за плечи. – Всё равно раньше полудня в штабе делать нечего.
– Ты к отцу собрался? – удивилась Дана.
– Придётся. Рой банды обнаружил, нужно сообщить, – кивнул Матвей, не вдаваясь в подробности.
– Как поохотился, зверь? – спросила Дана, погладив пса по лбу.
– Хорошо. Заяц, – коротко ответил пёс.
– Говорят, его в сметане тушить вкусно, – проявила хозяйственный талант девушка.
– Сам съел, – ответил пёс, прикрывая глаза.
– Ну и ладно. Мне возни меньше, – тихо рассмеялась Дана.
– Я тебе принесу, – пообещал Рой, посылая ей ещё одну тёплую волну.
– Спасибо, – растерянно сказала, Дана, удивлённо поглядывая на Матвея.
Рой нечасто баловал её своим добрым отношением, всем своим поведением показывая, что она для него не более чем дополнение к его человеку. И терпит он её присутствие только потому, что это нравится самому Матвею. Матвей же старался не вмешиваться в их отношения, позволяя им выстраивать иерархию по своему усмотрению. Впрочем, Рой быстро понял, что его место и его долю внимания у проводника никто не отнимет.
Так что, получив от пса такое обещание, Дана действительно удивилась. Рой даже говорил с ней довольно редко, предпочитая общаться только с проводником. И Матвей и сама девушка несколько раз пытались выяснить у Роя причину такого поведения, но пёс только отмалчивался или отговаривался незнанием, как правильно объяснить. Хотя у самого Матвея была своя теория на этот счёт.
– И правда, Ройка. Пошли в дом спать, – сказал Матвей, с улыбкой потрепав пса за ухо.
– Нет, я останусь здесь, – категорически отказался пёс.
– Матрас вынести? – удивлённо спросил Матвей.
– Да.
– А если дождь пойдёт?
– Не пойдёт. Здесь хорошо. Как в лесу, – сказал Рой, пытаясь пояснить свой каприз.
– Может, тебе вольер построить? – задумчиво спросил Матвей. – На лето.
– Нет. Летом можно спать здесь. Я буду спать и охранять.
– От кого? – не понял Матвей.
– От всех. Чтобы тебе и ей не мешали. Она хочет.
– Понял, – ответил Матвей, вскакивая на ноги и быстро отправляясь за матрасом, чтобы соскочить со скользкой темы.
– Что он сказал? – спросила Дана, входя в дом.
– Что будет спать на крыльце и охранять нас от непрошеных гостей.
– А ещё что? Я же что-то услышала, только не поняла.
– Что ты меня хочешь, – смущённо признался Матвей.
– Он и это узнал? – охнула девушка, заливаясь краской.
– Вот потому он и не хочет ни с кем работать. Понимаешь теперь, каково это, знать, что твои мысли всё время кто-то слышит? – криво усмехнулся Матвей, вынося матрас на крыльцо.
* * *
Охотничья неделя для Роя прошла успешно. Пёс давно научился использовать свои способности на полную катушку и теперь, уходя на охоту, включал свой ментальный локатор на полную мощность. Обнаруженные им банды были уничтожены уже на следующий день. А Матвей, участвовавший в операции, в тот дань задался вопросом, какой из врагов хуже. Пришельцы или свои, обычные.
Бойцы окружили деревню, на которую указал Рой, и на рассвете началась зачистка. Опытные солдаты легко проникали в дома, а оружие, снабжённое ПББС, отлично справлялось со своей задачей. Тихие, похожие на кашель, хлопки быстро приводили бандитов в нужное состояние. С рассветом, когда вся деревня была зачищена, трупы выволокли на центральную улицу, и майор, командовавший операцией, повернулся к проводнику:
– Как думаешь, здесь все?
– Я что, провидец? – возмутился Матвей.
– Сержант, я знаю, кто ты. Так что давай обойдёмся без реверансов, – устало вздохнул майор. – И про пса твоего знаю. Так что облегчи моим ребятам работу. А мы в долгу не останемся.
– Ты меня за торгаша держишь, майор? – окрысился Матвей.
– Я же сказал, я знаю, кто ты. И Мишу хорошо знал. Мы с ним из одного училища. За одной партой сидели.
– С этого и надо было начинать, – кивнул Матвей, успокаиваясь.
– Рой, в деревне ещё остались враги? – повернулся он к собаке.
– Нет, – помолчав, ответил Рой. – В большом доме есть люди. Женщины.
– В каком? – насторожился проводник.
– Вон тот, – повернулся в нужную сторону Рой.
– Похоже, в клубе держат пленников, – перевёл его ответ проводник, поворачиваясь к майору.
По его знаку взвод бойцов моментально окружил двухэтажное здание, и пошла работа. Вскоре из здания начали выводить женщин. Все молодые, от пятнадцати до тридцати лет. Но с первого взгляда становилось понятно, что над ними издевались. Причём не просто издевались, а причиняли боль намеренно. Оказав им первую помощь, бойцы погрузили женщин в машину и отправили в госпиталь. Не дожидаясь просьбы майора, Матвей снова повернулся к Рою:
– Это всё, или есть ещё кто-то?
– Всё.
– И никто не спрятался?
– Нет. Они не успели, – равнодушно ответил пёс и, поднявшись, направился к машине, на которой они приехали.
