мне край нужно заводчика хорошего найти: дочке щенка подарить хочу.
Я не мог с пустыми руками к Евушке приехать! Уверен, она обрадуется. Мне очень хотелось моей крошке приятное сделать. Подарок для жены тоже со мной. Он всегда в кармане пиджака лежит: перекладываю каждый день, все надеюсь найти ее. Нашел. Почти.
Через час я уже был в проверенном питомнике и выбирал щенка. Из подходящих были йоркширы и мопсы. Мне сразу приглянулась милая двухмесячная девочка с глазами-бусинками и розовым языком. Я выбрал мопса.
По адресу, оставленному Денисом, ехал с переноской, собакой, кормом и пакетом всего самого необходимого для собаки, на первое время точно. Машина притормозила возле двухэтажного коттеджа: небольшого, но симпатичного, стоявшего в отдалении от общей застройки, у моря.
Декоративный заборчик в стиле американского мини-штакетника просто перешагнул. Сделал глубокий вдох, смиряя волнение, ревность, злость, и постучал. Долгих секунд тридцать думал, что нужно было послать на разведку кого-нибудь. Вдруг мне не откроют? На всякий случай на уровень глазка пакет поднял. Через еще полминуты дверь все же открылась.
– Ромыч? – Артем изумленно нахмурился. Он приветственно руку не предложил. Я тоже.
– С дороги, – тихо приказал. Он челюстью клацнул от гнева. Никогда не любил подчиняться, но приходилось. Вот и сейчас нехотя, но пропустил.
Я прошел через коридор, выхватывая взглядом детали. Вот, значит, как они жили. Оказался в гостиной, плавно перетекавшей в кухню. Наташа стояла спиной и возилась у плиты. Пахло выпечкой и домом. Мне захотелось подойти и сжать ее в объятиях, зарыться носом в шею, ощутить запах женщины. Ее запах. Как же я соскучился…
– Тём, кто там? – спросила, не глядя, и достала пару красивых тарелок.
– Все, Княжна, – с обманчивой мягкостью шепнул, – набегалась.
Наташа резко развернулась, сверкнула темными глазами, тонкие ноздри нервно дернулись. Не ожидала.
– Как ты нашел нас? – спросила совсем недружелюбно. Так-то я тоже не в настроении.
– Приехал убедиться, что моя жена ушла к моему брату, – вспылил, не подумав.
Наташа стремительно бросилась ко мне и отвесила две пощечины. Раньше не подозревал даже, что у моей жены такая тяжелая рука. Ладно, понял, не дурак.
– Да как ты смеешь… Меня обвиняешь?
Я реально сглупил, ведь не думал так. Ну, почти.
– Наташа… – хотел ответить, поговорить, но услышал родное:
– Папа пиехал!
Моя красивая девочка бежала ко мне: такая большая стала!
– Привет, поночка! – подхватил на руки, к себе прижал. – Ух, какая тяжелая! Кушаешь хорошо, наверное?
– Пап, а ты меня юбишь есё? Ты долго не пиесал? – спросила бесхитростно. Я погладил русые волосы, мягкие, детские, с ароматом солнца и молока. Родные дети всегда пахнут счастьем. Но Наташку наградил яростным взглядом. Люблю ее, сучку, но пытаться дочери меня лишить… Не нужно этого делать. Я просто не позволю. Все жене прощу, но не это. Еще развод. Тут, извините, никак.
– Конечно, люблю, котенок. Как я могу не любить тебя. Теперь от вас с мамой никуда не уеду, – говорил и на Наташу смотрел. Чтобы понимала это. И Артем. Он молчал, но стоял рядом с моей женой. Невербально высказал, на чьей стороне. – Посмотри, кого я тебе привез! – Дочь на ноги поставил и открыл переноску. Щенок вылез, осматриваясь с любопытством.
– Дя! – запрыгала возле девочки Ева. Краем уха уловил нервный возглас Наташи. – А как его совуть?
– Ее, это девочка. Придумай сама.
Ева задумалась, хмуря носик, затем к матери бросилась:
– Мам, как насьвать собаську?
Наташа стрельнула в меня убийственным взглядом, но дочь ласково погладила по волосам:
– Не знаю… – растерянно проговорила. – Может, Бэби?
– Беби, Беби! – радовалась Ева. – Папа, давай, иглать с Беби!
Этим и занялись, не замечая напряжения, пронизывающего воздух. Жена со мной не разговаривала. Даже не смотрела, а если ловил взгляд, увиденное не радовало: ничего, что делало эту женщину моей, в глазах не осталось. Немного ярости, немного боли и холод. Только холод.
Ева была возбуждена и абсолютно, совершенно, категорически не желала спать, но отказаться от сказки в обнимку со мной не смогла. Как итог – довольный, спящий ребенок. Я очень по ней соскучился, но нам с ее мамой разговор предстоял. Тяжелый, отложенный на долгих восемь месяцев. Я не знал, что говорить… Кроме правды, нечего, хоть и страшно. Я боялся все разрушить, столько времени боялся, теперь надеюсь, искренность поможет хоть что-то заново отстроить.
Спустился вниз: Наташа с Артемом шептались о чем-то. Жена ясно дала понять, что думает о моих намеках относительно брата. Это убедило молниеносно. У нее с Артемом ничего нет, а вот что у него внутри – большой вопрос.
– Выйди, мне с женой поговорить нужно, – бросил, приближаясь к Наташе. Темыч мерился со мной взглядом, не хотел уходить. – Я сказал выйди, – мой голос упал до угрожающего шепота. Жена моя правильно считала знаки и кивнула своему рыцарю печального образа, освобождая со службы. Дон Кихот Ламанчский, мать твою!
– Ну, и что тебе нужно? – наконец-то повернулась ко мне и вызывающе подбородок вздернула.
– Ты.
Глава 20
Наташа
– Как он нас нашел?! – всплеснула руками, когда Демьянов поднялся с Евой в спальню. Сердце, как заполошное колотилось в груди, пульс на языке бился, напряжение гудело в воздухе. Рома исчез из поля зрения, а его присутствие все еще дрожало на коже. Я обняла себя руками. На Бэби, задремавшую у Артема, посмотрела. Для Евы появление отца стало не просто долгожданным, но и очень эффектным. Еще бы, папа-праздник! Любой каприз готов исполнить, но я-то знаю, что: бойтесь данайцев дары приносящих.
– Это должно было произойти, – спокойно ответил Артем. – Ты ведь собиралась возвращаться после праздников.
– Да, но на своих условиях. Я не была готова… – добавила шепотом. Он подошел, ладонь мою сжал, молчаливо выказывая поддержку. Ему тоже сложно: с братом они всегда были близки и даже чувства ко мне в свое время не стали камнем преткновения, а сейчас ему пришлось выбирать. И выбор этот не был легким.
– Выйди, – властно и жестко, – нам с женой поговорить нужно. – Рома крайне редко говорил в таком тоне при мне и никогда со мной.
Артем продолжал стоять рядом, биться взглядом со старшим. Я мягко коснулась его пальцев и глазами попросила оставить нас. Нам с почти бывшим мужем, есть что сказать друг другу. Я не боялась Рому, но понимала, что двойной тестостерон лучше не смешивать. Дышать невозможно от агрессии. Не хватало еще драки из-за меня. Это не льстило. Только нервировало и немного пугало.
– Ну, что тебе нужно? – прямо на Рому посмотрела, морально готовясь
