же вечером едет в «Кодак», чтобы расправиться с шантажистами.
— Ладно, это вполне правдоподобно, — согласился Ерш. — Но как она оттуда вышла? Мы же все время наблюдали за единственной дверью!
— Просто… очень просто. Ты забываешь, что проявка находится не в бетонном здании, а в обычном ларьке. Такие строят за несколько дней по принципу «проще некуда»… Если ты помнишь, когда мы уже почти подошли к ларьку, мимо прошло стадо каких-то дегенератов, и нам пришлось немного подождать…
— Помню. Ну и что?
— Потолки таких ларьков состоят из пластиковых панелей, которые просто лежат на металлическом каркасе. Я же ткнул вам в царапины на крышке машины, там даже осталось несколько песчинок!.. Пока мы не могли видеть внутренность ларька — стояли мы сбоку — она просто забралась на машину, подняла одну из панелей и залезла наверх — там проходят трубы вентиляции и кабели… Двери одного из соседних павильонов наверняка открываются изнутри — так что к тому времени, как мы попали внутрь, она была уже далеко. Понятно, что и негативы, и все напечатанные экземпляры фотографии из Ледового она забрала с собой. Кстати, таким же способом из подобных павильонов часто пропадает дневная выручка.
Валера разочарованно промычал:
— Мм-да… Как все просто! А я готов был поверить, что она испарилась в воздухе. Думал, ведьмы и вправду существуют.
Борода обнадежил:
— Существуют, почему бы и нет?.. Только в наше время они действуют уже по-другому.
Ерш с интересом слушал и солистку, и Бороду, но уже не в первый раз у него появилось странное ощущение, что рядом, помимо них есть кто-то еще… То ли это было ощущение взгляда в спину, то ли какие-то подозрительные шорохи угадывались среди шума ветра за окном… Валера, которому надоело перебивать солистку глупыми вопросам, похоже, тоже почуял что-то неладное. Ерш заметил, что за последние пару минут он уже третий раз как-то странно глянул в сторону окна. Потом, отодвинувшись в тень, Валера ткнул Ерша в бок и прошептал:
— Слушай, там за окном на дереве кто-то есть.
— В смысле? — не понял Ерш.
— Не знаю я, в каком смысле… Меня сейчас из окна не видно — вы тут продолжайте, а я пойду посмотрю.
Коллега незаметно исчез. Ерша решил, что надо как-нибудь отвлечь внимание, и решил обратить его на себя:
— Ну, теперь вроде как все ясно… Один вопрос: а где бабки?
Повисла тишина.
Борода повернулся к солистке и пристально посмотрел ей в глаза:
— Хороший вопрос… А действительно, где?
Солистка долго молчала… Испытующе посмотрела на Бороду… Нет, старые номера тут не пройдут.
— Ладно, хрен с вами… Не могу сказать точно, но я, возможно, догадываюсь, куда Эдик мог их спрятать. Сюда я зашла, честно говоря, так, для очистки совести… Есть одно место.
Она опять помолчала.
— Только туда не так просто попасть. Это… — она почему-то старательно подбирала слова, — Один дом. Он почти развалился… уцелел частями первый этаж… и подвал. Подвал закрыт на замок; дверь, скорее всего, привалена чем-то тяжелым… Надо отдать Эдику должное, он был довольно сильный парень… Одна я бы туда попасть не смогла. Так что, — заключила солистка, — может быть, все и к лучшему. Но деньги — пополам. Договорились?
— Хорошо, — легко согласился Борода. — Пополам — так пополам. Только надо заехать ко мне домой — ломик взять, отмычки. С голыми руками за кладом не ходят.
— Вперед, — поднялась солистка. — Лучше нам успеть до рассвета.
Энергично шагая, она двинулась к двери.
Ерш чуть приотстал и шепнул Бороде:
— По-моему, она хочет смыться.
Борода ухмыльнулся:
— Конечно хочет. Но только после того, как мы поможем ей достать деньги.
Ерш обалдел:
— Это что значит… вы ей поверили?
Борода пожал плечами:
— Ну да… А почему бы и нет? Я вполне допускаю, что все, что она говорила — это правда. Но только рассказала она, похоже, не все. Здесь что-то готовится… — Борода счастливо улыбнулся. — А я люблю сюрпризы.
12. Сюрприз!
Они спустились к машине.
В этот момент вернулся запыхавшийся Валера. Глаза его горели:
— Угадайте, кого я только что видел?
Борода запустил солистку внутрь, захлопнул дверцу и отошел с Ершом чуть в сторону. Тот недоверчиво посмотрел на коллегу:
— Что, опять привидения?
— Нет, гораздо лучше: я видел Ди-Джея. Это он сидел на дереве; кажется, он меня не заметил… Когда я к нему подкрался, он звонил по телефону. И, как вы думаете, кому?
— Максу. — Догадался Борода. — Настучал браткам, что я поймал солистку… Ох, не сидится Сереге, все надо во что-то вляпаться.
— Так… — задумался Ерш, — Значит, это он спер у солистки тот ствол, и ее же из этого ствола пытался грохнуть?
— Точно, — кивнул Борода. — Совсем у парня крыша поехала. Вы знаете, что сняла ваша камера, когда вы в самый первый раз пришли ко мне и оставили ее включенной в коридоре?
— Ну?
— Серега записывал себе в трубу номер Макса, он высветился у меня на АОНе… А когда он сунул трубу в карман, светанул за поясом ствол — там, на кассете, хорошо видно. Поэтому я уже тогда знал, что он готов на убийство — решил, что это из-за солистки девочка его избегает… Солистка же сама дала ему повод, когда сожгла студию с вместе с этой Леной…
— А теперь-то что ему неймется?
— Ну, похоже, Сереге не дает покоя вопрос, кого ж он убил тогда на стройке? Солистка-то продолжает появляться. Он не знал, что эта стерва послала вместо себя подвернувшуюся под руку вторую двойняшку. Серега начал следить за всеми подряд, он надеялся ее выследить и напакостить как-нибудь еще раз… Догадаться, что дело связано с солисткой, было нетрудно. Все так и крутятся вокруг квартиры ее любовника, а она любит там прятаться…
Борода хлопнул ладонью по стволу дерева:
— Ну, Серега… Каков подлец: стучать… на меня! Я ж ему как дед… Ну что за молодежь пошла нынче, а?
Валера сочувственно покачал головой:
— Да, никаких понятий… Ладно, чего делать-то будем?
Борода достал трубу:
— Раз они все равно уже все знают, надо тоже позвонить браткам.
Борода почему-то ухмыльнулся:
— А то еще подумают, что я их обманываю.
Он набрал номер:
— Але, Макс? Слушай, я поймал солистку… Да, на квартире у Эдика: она пришла туда искать бабки… А ты откуда знаешь?..
Ерш ушам своим не верил: в Бороде гибнул отличный артист. Если не видеть, как он нагло улыбится, удивление в голосе было абсолютно естественным. Ох, натворил дел Борода в молодости… Такие таланты даром не пропадают.
— Ну, неплохо тебя
