конкретика? Нас обоих вполне устраивает то, что есть сейчас. О большем пока даже думать глупо. Ни я, ни красавчик не хотим обременять себя чувствами. Хотя… Уверена ли я, что у меня уже нет этих «чувств»?
Рядом с ним хорошо. Спокойно. Правильно. К нему мне хочется возвращаться. Хочется чаще, дольше, больше быть рядом. Хотя куда уж больше? От прикосновений Рената — кругом голова. От поцелуев — подгибаются ноги. От улыбки — забываю, как дышать. Впервые в жизни я стремительно тону в необходимости взять от человека все, что он сможет мне дать. Без раздумий. Без остатка. Признаюсь честно — это пугает. Потому что уже сейчас я с трудом представляю тот момент, когда мне придется съехать. А рано или поздно он настанет. Потому что Ренату, может, и не нравятся «рамки», в которые я нас загнала, но и о другом он пока молчит. Принимает мои правила нашей игры в «соседей».
Взгляд падает на настольный календарик. На нем до сих пор середина ноября. Я двигаю красный квадратик на конец месяца. Две недели. С ума сойти! Я ушла из дома целых две недели назад. За это время раз десять звонила мама, пытаясь меня вразумить. И был всего один звонок от отца, который прямым текстом заявил:
— Перебесишься — прибежишь обратно. Идти тебе все равно больше некуда.
— А вот и есть! — хотелось крикнуть ему в трубку. — Есть куда! — но я благополучно промолчала.
Правда, пора бы заканчивать наглеть и начинать присматривать съемное жилье.
Точно. Как раз, пока есть время, пошарюсь по сайтам с недвижимостью. Вдруг что-то удачное подвернется…
Через полчаса в мой кабинет стремительно влетает Вадик. Ставит стаканчик с кофе и так же быстро убегает в свой кабинет.
— Спасибо!
— Рад стараться!
Остатки рабочего дня проходят в штатном режиме: проекты, созвоны, чертежи — ничего нового. В начале седьмого я отключаю ноутбук и поднимаюсь из-за стола. Приводя рабочее место в порядок, уже тянусь за сумочкой, собираясь убегать. Когда дверь в кабинет без стука открывается и на пороге появляется Илья Владимирович. В пальто и с болтающимся шарфом на шее, генеральный кивает:
— Вик, давай я тебя подвезу.
— Эм, нет, спасибо, я…
— Нам надо поговорить, — обрубает начальство все мои потуги. — Жду на парковке, — кидает и уходит, совершенно не оставляя мне шанса на отступление.
Ну что ж, рано или поздно «поговорить» все равно бы пришлось. Две недели я Илью благополучно избегала. Дальше, видимо, не получится. Он не мальчик. Я не девочка. Надо собраться с духом и сказать прямо, глядя ему в глаза — я вас не люблю.
Нет, то есть я вообще никого не люблю!
Или все же…
Уф! Психанув, топаю ногой и начинаю собираться активней. Ибо заставлять начальство ждать — плохой тон.
На улице крепкий морозец и метровые сугробы. За последнюю неделю точно выпала месячная норма осадков. А ведь до декабря еще почти четыре дня.
Быстро перебирая ногами, я дохожу до парковки и ныряю в салон внедорожника Ильи Владимировича.
— Пристегнись, — кидает водитель, и машина трогается с места.
Я послушно щелкаю ремнем безопасности и по максимуму стараюсь не отсвечивать, почти половину пути подбирая слова, с которых стоило бы начать «объяснение». Но, слава богу, первым заговаривает мужчина:
— Тебя домой?
— Что? А, нет! — называю адрес красавчика, зачем-то уточняя, — переехала. К подруге.
Мужского пола, ага. «Подруга Ренат» от души бы поржал.
— О как. Хорошо, это недалеко.
— Илья Владимирович, слушайте, я хотела бы извиниться за свое поведение…
— То есть у меня совсем нет шансов, да, Вик? — ухмыляется генеральный, бросая на меня взгляд. — У тебя кто-то есть?
— Нет, — вру и глазом не моргнув. — Просто…
— Просто что?
Блин, давай, Вика, соображай, бестолочь!
— Просто мне сейчас не до того. Не до отношений. Вы правда очень хороший, но…
— Но не для тебя, — слышу в тоне нотки разочарования. — Ну что ж, насильно мил не будешь, как бы не хотелось. По крайней мере, я хотел от тебя услышать хотя бы это. Прямо. Честное признание, чтобы не тешить себя глупыми надеждами.
— Спасибо за понимание. И вы правда очень хороший, Илья Владимирович, — невольно ощущаю укол совести. Хороший он все-таки.
— Илья, Вик. Ну, не получилось у нас ничего, но друзьями-то мы быть можем? — заруливая во двор красавчика и притормаживая у подъезда, оборачивается ко мне водитель.
Я улыбаюсь, пожимая плечами. Собственно, почему бы и нет?
— Вполне.
— Ну, и отлично. Тогда до встречи на работе, Морозова? — подмигивает мужчина.
— До завтра, — помахивая, выскакиваю из машины Ильи и семеню в сторону подъезда.
Все прошло почти безболезненно — это радует. Увольнять меня не собираются. Мстить мне не будут. И вообще, я всегда знала, что наш генеральный достойный мужчина. Девушку бы ему такую же. Достойную. А не ветреную Вику, западающую на плохих парней типа Рената. Который, кстати говоря, встречает меня в пороге с кружкой в руках и крайне недовольным выражением на лице, интересуясь:
— С кем ты приехала?
Началось.
Папа дубль два?
Ренат
— Коллега, — и глазом не моргнув врет ясноглазая. Но я-то помню эту тачку. Слишком хорошо, блть, помню. Это из нее она неловко выпрыгивала, чуть не поскользнувшись на парковке у ресторана. Внедорожник того пижона.
Коллега? Нет, Вики. Просто коллега так не будет смотреть на девушку.
Ясноглазая неторопливо раздевается, я же молча провожаю каждое ее движением взглядом и закипаю. Пальцы, сжимающие ручку кружки с кофе, впиваются в керамику до боли. Не раздавить бы. В груди завозилось и давит раздражение. Алогичное. Неуместное. Совсем не поддающееся объяснению раздражение.
У нас есть рамки, мы очертили границы, но твою же мать, Вика! Я не привык ни с кем делить свое. Но она не моя. А мысль, что мы оговорили два дебильных правила, но о том, можем ли мы с кем-то спать еще, даже не подумали обсудить, бесит. И это у меня какая-то проблема с мозгами: я на сторону даже смотреть не могу. А у Вики?
Хочется психануть. Очень хочется сказать что-то грубое. Или еще хуже: потребовать от ясноглазой честного ответ. Но и первое, и второе и третье приведет к неминуемому скандалу. Что будет совсем тупо в свете того, что мы вроде как не пара. Соседи, блин!
Гребаные соседи. И это либо я — фантастический идиот — умело себя обманываю. Либо Вика сама себе завралась. Потому что я не хочу быть ее соседом. Кем? Да понятия не имею, но точно не просто парнем, с которым она спит и у которого
