– Надежда, что ты тень на плетень наводишь? Я же сказала, говори все как есть, – повторила та. – Надеюсь, разберусь как-нибудь. Вроде не глупая у тебя тетушка? – засмеялась она.
– После клинической смерти и последующей комы у Альки открылись способности к экстрасенсорике, – Надя опустила глаза. – Я понимаю, что это звучит не совсем правдоподобно, но факт – вещь упрямая, с ним не поспоришь. Она и о своей соседке по палате все рассказала, и о медсестре, и доктора предупреждала, чтобы он в свою машину не садился. Он не послушался и в тот же вечер попал в аварию, теперь тоже в больнице лежит, с переломанными ребрами. Ой, а мне она сказала, что... впрочем, неважно, у нее истерика началась, вот и... Тетя Катя, наша Алька теперь ясновидящая, оказывается!
– И что с того?
– Тебя это... не удивляет? – вскинула Надя брови.
– А почему, собственно, меня должно это удивлять? – пожала женщина плечами. – О таких случаях давно известно. Что дальше-то?
– А скажи, эти ясновидящие, они всегда говорят правду или ошибаться могут?
– Почему нет? Они такие же люди, как и мы, просто умеют видеть пространство вариантов. Это третьим глазом называется. Могут случайно... м-м... зайти на чужой вариант, из-за этого происходит ошибка.
– Это что такое – пространство вариантов?
– Долго объяснять, как-нибудь забеги ко мне домой, я тебе книгу одну дам, там все написано.
– Значит, Альку занесло на какой-то чужой вариант, вот она и увидела... в общем, ерунду какую-то она увидела, – сдвинув брови, пробормотала Надя.
– Эй, девочка моя, ты что себе под нос бормочешь? Я тебе, случайно, не мешаю тем, что сижу здесь? – усмехнулась Екатерина Викторовна.
– Извини, тетя, это я о своем, о девичьем задумалась, – сказала Надя. – Итак, на чем мы остановились?
– Объясни, пожалуйста, почему ты решила, что Альбину нужно забирать из больницы, да еще и немедленно?
– Об этом... ну, об Алькиных способностях, естественно, теперь знает вся больница, а лечащий врач хочет ее исследовать. Опыты собирается ставить, я сама слышала, как он об этом говорил другому врачу. Тот его спросил об Институте мозга, не собирается ли он им сообщать об Альке, а врач ответил, что обойдутся. Мол, я и сам с усам, а им только сообщи, они сразу же ее заберут, а потом все заслуги себе припишут.
– Да, есть такой институт, – кивнула та головой. – Там занимаются исследованиями мозга человека. Ведь мозг задействован обычно лишь на десять процентов, вот ученые и хотят выяснить, почему остальные девяносто спят.
– Значит, у Альки они проснулись? – округлила Надя глаза. – Ну ничего себе.
– Если у какого-нибудь человека проснутся эти спящие девяносто процентов мозга, то он уже не будет человеком, – улыбнулась женщина.
– А кем же он будет?
– Богом, – очень просто ответила та.
– Иди ты! Вот бы у меня они проснулись, я б тогда...
– Не богохульствуй, Надежда, это грех, – одернула тетка племянницу. – Бог уже есть, и быть таким же, как он, не дано никому.
– Извини, я пошутила, – потупилась Надя. – Тетя, а что же тогда с Алькой случилось? Почему вдруг она начала все обо всех знать?
– Трудно сказать, – пожала та плечами. – Думаю, это связано с переизбытком энергетического потенциала, ведь ее же молния ударила.
– И что?
– Я в этом деле не специалист, к сожалению, поэтому ничего конкретного сказать не могу, уж извини. Читать – читала, но не более того.
– А есть такие специалисты?
– Есть, конечно, ученые, которые занимаются этими вопросами, еще физики, например.
– И они могут все точно выяснить?
– Ну, с полной уверенностью я этого утверждать не могу, но думаю, что попробовать к ним обратиться вполне возможно.
– И они тоже будут с Алькой проводить опыты? – нахмурилась Надя.
– Наверное.
– Нет, тогда никакие ученые-физики нам не нужны, – категорически заявила девушка. – Так ты поможешь забрать ее из больницы?
– Ты считаешь, это нужно?
– Необходимо, тетя Катя, я не хочу, чтобы над ней там издевались! Ты бы ее только видела, какая она напуганная, не понимает, что с ней происходит. Плачет и домой просится. Помоги, ради бога, иначе я...
– Хорошо, я подумаю, как это сделать, – спокойно согласилась женщина, не дав Наде договорить. – Как фамилия ее лечащего врача, кстати?
– Кулаков Виктор Николаевич.
– Даже так? – вскинула женщина брови. – Очень хорошо его помню и... ладно, завтра что-нибудь придумаем.
– Спасибо тебе, ты у меня – супер! – воскликнула Надежда.
– Не за что пока благодарить, я еще ничего не сделала.
– Тетя Катя, я вот смотрю на тебя и не перестаю удивляться твоему спокойствию, – всплеснула Надя руками. – Я тебе такую новость об Альбине рассказала, а ты и бровью не повела! Восприняла все так, словно я тебе просто сюжет интересного фильма выложила.
– Ты хочешь, чтобы я в своем кабинете лезгинку от радости сплясала? – хмыкнула та. – Я, милочка, в своей жизни уже столько повидала, что удивить меня чем-то достаточно затруднительно.
– Но ведь Алька – моя самая близкая подруга, ты ее с детства знаешь. Неужели тебя не удивляет, что с ней такое вдруг произошло?
– Надя, ты чего от меня ждешь? – засмеялась женщина. – Хочешь услышать охи и ахи?
– Как же, услышишь от тебя, – проворчала та. – Ты ведь непробиваемая, как танк, и невозмутимая, как сфинкс.
– Вот и договорились. Еще чаю хочешь?
– Нет, спасибо. Я, наверное, пойду, а завтра с утра приеду.
– Зачем?
– Ну а как же? – удивилась Надя. – Ведь ты сказала, что завтра заберешь Альку из больницы.
– Я не говорила, что заберу, я сказала: попробую что-нибудь сделать, – напомнила Екатерина Викторовна.
– Это неважно, – отмахнулась Надя. – Твое «попробую» равносильно «сделаю».
– Допустим, и что из того?
– Как что? Я тоже поеду за Алькой.
– Зачем? Ты считаешь, что без тебя там не справятся?
– Я все равно поеду, – упрямо повторила девушка. – Ты в котором часу приходишь в отделение?
– В девять.
– В девять утра я буду в твоем кабинете.
– И в кого ты такая упрямая? – усмехнулась женщина.
– В тебя, в кого же еще? – засмеялась Надежда. – Все, моя хорошая, я побежала, и я тебя очень люблю, – проговорила она и, чмокнув тетку в щеку, выпорхнула из кабинета.
– Вот непоседа, – вздохнула та, глядя племяннице вслед. – И когда только повзрослеет?
Женщина присела за стол и, взяв в руки трубку, набрала нужный номер.
– Здравствуйте, это Екатерина Викторовна, главный врач кардиологического отделения, – проговорила она, как только ей ответили. – Завтра после летучки мне потребуется машина «Скорой помощи» с бригадой, и я тоже поеду. Спасибо, всего доброго.
