Читаем без скачивания Канарский вариант - Андрей Молчанов

В конце 1941 года чеченцем Шериповым Меирбеком была создана националистическая организация, именовавшаяся ЧГИСПО (чечено-горская национал-социалистическая подпольная организация).

Шерипов, уроженец селения Шатой, член ВКП(б) с 1941 года, работал председателем леспромсовета ЧИ АССР, состоял в агентурной сети НКВД.

В ноябре 1942 года, в результате удачно проведенной агентурной комбинации, Шерипов был убит, а организация разгромлена и прекратила свое существование.

С 1937 по 1940 год было ликвидировано 109 кадровых банд и 1026 бандитов-одиночек. За этот же период изъято около 14-ти тысяч единиц огнестрельного оружия.

С июня 1941 года по 1-е января 1945 года на территории Чечено-Ингушетии было ликвидировано 232 кадровых банды с 1263 участниками, 1815 банд-одиночек и арестовано 1714 бандпособников.

За это же время изъято огнестрельного оружия 18046 единиц, в том числе: пулеметов 108, минометов 19, автоматов 339, винтовок 11366 и т. д.

В процессе работы по ликвидации банд очень часто выявлялось, что целый ряд бандитских налетов, грабежей и крушения поездов совершен лицами, не состоящими в бандах, а проживающими легально. Эти лица совершенные ими грабежи приписывали бандам, отводили наши органы от правильного ведения розыска преступников, продолжая в то же время безнаказанно совершать преступления.

Такое положение среди чеченцев и ингушей оказывалось возможным в силу сохранившихся пережитков родового быта.

Банды и бандиты, укрывающиеся в селениях, имели широкую пособническую базу и легко пополнялись «переменным» составом, который жил на легальном положении, работая в колхозах.

Как правило, чеченцы и ингуши очень редко сообщают органам о появлении банд и совершенных ими преступлениях.

В этом отношении заслуживают внимания высказывания одного бандпособника:

«Если меня осудят за бандпособничество, я когда-нибудь вернусь. Если по-своему меня осудит Бехоев (главарь банды), то я никогда не вернусь».

Во главе ряда националистических организаций стояли ответственные работники республиканских советских и партийных органов. На протяжении многих лет они насаждали бандитизм и покровительствовали ему. Отдельные ответственные работники были непосредственно связаны с бандглаварями.

Создавалось положение, когда бандит в глазах общественного мнения не был преступником, а выдвигался как борец за чеченский народ, за религию, борец против русских.

Мусульманское духовенство в развитии бандитизма и повстанчества играло исключительно важную роль, открыто призывая население к «газавату», предсказывая неизбежную гибель Советской власти, всегда и везде благословляя и оправдывая бандитизм.

Особенно оживилась антисоветская работа вражеских элементов в 1942 году, в момент приближения фронта к территории Чечено-Ингушетии с целью спровоцировать в ближайшем тылу Красной Армии массовое вооруженное выступление против Советской власти.

Командование немецких войск забросило в тыл нашей армии парашютные десанты, состоящие в большинстве из изменников Родины - чеченцев и других народностей Кавказа, возглавляемые офицерами немецко-фашистской армии: обер-лейтенантом Ланге, унтер-офицером Реккертом и другими.

С внедрением десантников в кадровые банды ими была установлена устойчивая радиосвязь со штабом немецких войск в г. Армавире, возглавляемым майором Арнольд.

Большую работу по координированию взаимодействия бандформирований и немецкого командования проводил полковник Губе Османов (Саиднуров), выброшенный на территорию ЧИ АССР вместе с Ланге.

Османов (Саиднуров), воевавший в армии Деникина, позже проживал в Турции, издавая газету «Вольный горец», в 1939 году приехал в Прагу, где в 1940 году был приглашен в представительство германского генерального штаба. После окончания школы разведчиков, в феврале 1942 года оказался на территории СССР, в г. Симферополе под псевдонимом «Гора» и был прикомандирован к Зондеркоманде 47585 Морской разведки («Нахрихтен-Беобахтер») во главе с капитаном 1-го ранга Боде.

Арестован 12 января 1943 года.

Полковник положил документы обратно в папку. Сокрушенно вздохнул.

Тогда, во времена жесточайшей сталинской диктатуры, ни на день не прекращалось чеченцами противостояние навязываемым Россией порядкам и законам. Впрочем, один закон - от 25 июня 1946 года - об упразднении Чечено-Ингушской АССР, возымел свое действие, рассеяв переселенцев по окраинам Союза, где каждый был взят на оперативный учет и разработку, однако вскоре все возвратилось на круги своя.

Ожесточенные, непримиримые, хранящие традиции и память прежних поколений, они уже не хотели сдаваться, а желали исключительно наступать, не страшась ни крови, ни потерь.

Ссылка закалила их волю и научила искусству выживания в любой среде. Выживания, упорного достижения цели и - лидерства.

Хитроумный Тофик явно проигрывал своим собратьям по рели-гаи и в возможностях, и в бойцовских качествах. Посему, начнись война, итог ее был бы предопределен.

Впрочем, на Тофика полковнику было глубоко наплевать. Азербайджанец отыграл свое, и возможное его столкновение с чеченцами в дальнейшем развитии событий означало прекрасный результат полного разгрома ослабевшей группировки Тофика и значительных утрат в рядах ее противников.

Подобный метод борьбы МВД и спецслужб с организованной преступностью ныне стал одним из основополагающих. И этот метод диктовало не только время разгула псевдодемократии, но и элементарная целесообразность.

В первую очередь, подобные мероприятия позволяли хоть как-то контролировать российскую бандмассу, не допуская на устоявшийся криминальный рынок опасный стихийный элемент и время от времени отсекая слишком уж ожиревшие и налитые излишней силой бандитские щупальца.

ЧЕЧЕНСКИЙ СЫСК

Известие о смерти Исы Аслан и Джамбик восприняли с горечью: очень жалко было денег, отданных за изувеченный БМВ.

Они уже собирались покидать Берлин, где отъевшиеся на отменном немецком питании земляки, получившие благодаря прошедшей войне и бараньей наивности гуманных властей статус беженцев, довольно приветливо приняли их, накормив в хороших ресторанах, снабдив беспроцентными ссудами и сведя с людьми, торгующими необходимым для дела оружием.

Оружие в Германию возили, успешно распространяя огнестрельный товар в среде бюргеров, украинские молодчики, сумевшие в свое время освоить склады Советской Армии, покинувшей их независимую ныне территорию. Процесс покидания сопровождался, как известно, значительными утратами стволов и боезапаса.

Славяне-украинцы парадоксально склонялись в своих симпатиях к мусульманскому миру, отчаянно кляня русского оккупанта, разграбившего на протяжении веков все ресурсы и богатства их замечательного народа, ныне подло обделенного по праву причитающимися российскими газом, нефтью, алмазами и лесом.

– Мы все вернем! - соглашался с украинцами Аслан. - Выставим долги! Они заплатят! Русский бюрократ - шакал. За свой процент родину продает глазом не моргая. В Думу придет, скажет: аи, ошибка была с войной! Аи, Америка говорит: нехорошо не платить! Некультурно! И заплатят! Пусть строят свои трубопроводы и у нас, и у вас, а там разберемся! Глупый народ, бараны. Всегда числом брал. И нас, и немцев… Рабы! Рабы и шакалы! А теперь - конец им, выдохлись!

Украинцы продали единомышленникам подержанный «опель», утверждая, что машина, до сего момента эксплуатировавшаяся старичком из Амстердама, ездившего на ней за пенсией на соседнюю улицу, безотказно прослужит еще не один год, но, отъехав на сто километров от Берлина, пришлось менять коробку передач, в которой обнаружились искрошенные шестерни, а едва автомобиль минул границу с Францией, застучал двигатель.

Механик, вскрывший поддон картера, категорическим тоном заявил, что мотор уже был дохлым и протянул несколько сотен километров благодаря лишь специальному маслу, залитому перед продажей какими-то жуликами.

Оплатив дорогостоящий ремонт, всю последующую дорогу до Испании напарники посвятили рассуждениям об украинском народе. Недавняя тема солидарности с ним в рассуждениях отсутствовала.

Вскоре испанский тихоходный паром, несущий в своих недрах отремонтированный немецкий «опель» с голландскими номерами и двух чеченцев с фальшивыми паспортами граждан США, причалил к африканскому берегу острова Тенерифе.

Начиналась операция возмездия.

Как именно операцию осуществить, кавказские мстители отчетливо не представляли, полагаясь на импровизацию по обстоятельствам и пистолеты системы «Макаров» со спиленными номерами.

Первый день, впрочем, было решено посвятить устройству в отеле и отдыху.

Сняв одноместный номер и отобедав в ресторане, двинулись на пляж.

Припекало солнышко, плескалась о черный песчаный берег голубая водичка.