Вот только её сынок использовал эти уроки совсем иначе.
Я протянула руку и коснулась его щеки. Не один он умеет играть в эти игры. Видел бы меня сейчас Альто...
- Ты не хочешь ложиться со мной в одну постель, потому что знаешь, как уязвим, -прошептала я. - И тебе страшно. Ты помнишь мужчин, стоящих на коленях. Помнишь, как они целуют наши следы, как отдают всё, как исполняют каждое наше желание. Для нас это естественный порядок вещей. Для тебя это хуже любого кошмара.
Нарисс несколько секунд смотрел на меня, и взгляд его становился всё жёстче с каждым мигом.
- Пожалуй, - процедил он, - в чём-то ты права. Очень. даже. права. Но не во всём.
Он вдруг замахнулся и отвесил мне пощёчину. Я не выдержала и вскрикнула: Нарисс бил вполсилы, но чудовищно унизительно. Ладонь едва скользнула по щеке, но моё лицо пылало.
- Я буду делать с тобой всё, что хочу, - с расстановкой произнёс он. - Ваше время закончилось. Моё - начинается. Если мне понадобится тебя сломать, поверь, за этим дело не станет.
Нарисс скользнул взглядом по моей фигуре.
- Но я могу быть снисходительным мужем. Особенно если ты научишься делать другие вещи этим ротиком.
Да как он смеет! Я на рефлексах вскинула руку, чтобы вцепиться ему в лицо, но остановила её. Проклятье, нет: будут царапины, и их заметят. А нас ждут. И ждут мои сёстры, жизням которых угрожает мой дорогой жених.
- Умница, - промурлыкал Нарисс. - Сейчас ты выйдешь туда под руку со мной, и ты будешь улыбаться. И ни одна журналистская сволочь не прознает, что между нами не царит совершенное согласие, правда, дорогая? Помнишь о жизнях своих сестёр? Уверен, Железная Тера учила тебя компромиссам.
О да. Вот только ещё бабушка учила меня поддаваться и притворяться. И, судя по словам Альто этим утром, я была не самой плохой ученицей.
- Кстати, - небрежно произнёс Нарисс, - ты сильно ошиблась. Эту ночь я проведу с тобой, и следующую тоже.
Я отступила на шаг.
- До свадьбы? - резко спросила я. - До первой брачной ночи? Ты полный идиот?
- Чем раньше у нас появится наследник, тем лучше, а сроки беременности не имеют значения, - отмахнулся Нарисс. - Неделей больше, неделей меньше. Я тороплюсь.
- И что же заставило тебя... так поторопиться? - ядовито спросила я.
Кончик языка Нарисса скользнул по полным чувственным губам, вызывая у меня стойкую ассоциацию с голодной змеёй.
- Считай, что мне понравилось твоё платье. И очень не пришлось по душе твоё упрямство
- и нежелание ехать ко мне.
- И теперь-то ты хочешь отыграться, - хмыкнула я. - А как же желание побыть со мной нежным и понимающим, чтобы я забыла свой неудачный роман с Фрэнсисом? Не боишься, что жизнь вновь нас с ним столкнёт и я наставлю тебе рога?
Нарисс моргнул. А затем расхохотался:
- Столкнёт? Столкнёт?! Альто ничего тебе не рассказал? Узнаю мошенника!
Альто что-то знал о Фрэнсисе. Знал и не сказал мне!
Внутри разом что-то оборвалось.
- Что? - одними губами сказала я. - Что Альто должен был мне рассказать?
- Что твоим Фрэнсисом подтёрлись, - грубо сказал Нарисс. - Десять лет назад была повальная мода на молоденьких фаворитов. Те пролезали в дамки и начинали мнить себя центром вселенной. Уважаемым людям такое отношение не понравилось. Понимаешь меня?
Я покачала головой:
- Нет. Фрэнсиса выгнали? Унизили?
- Выкинули, ага, - осклабился Нарисс. - Тогда, я слышал, была целая вереница смертей. Лорена особенно отличилась. Что-то, видно, её сильно разозлило.
Мир замер стеклянным витражом перед глазами. Лицо Нарисса никак не желало складываться в цельную картинку.
- Что? - произнесли мои губы.
- Твой Фрэнсис мёртв, - раздражённо бросил Нарисс. - У Аманды был список красивых мальчиков, пропавших без вести, и Фрэнсис был в этом списке. В клане Флори не пропадали без вести, девочка. - Во взгляде Нарисса, прикованном к моему лицу, было какое-то извращённое удовлетворение. - Там убивали.
- Он был. в клане Флори? И его. убили?
- Тогда это было в порядке вещей, - словно через ватную стену услышала я. - Это потом Железная Тера сказала своё веское слово о репутации кланов и мальчишек перестали убивать. Зря, я думаю. Хорошее лекарство от излишней гордости. Попал наверх - знай своё место.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я отрешённо заметила, что в моих глазах не было слёз. Просто... что-то оторвалось и одновременно встало на место. Мозаика сошлась. В конце концов, Альто не зря упомянул в первый же день, что молодые фавориты Лорены порой умирали.
Просто я не знала, о ком он говорит. А вот Альто знал.
- Откуда ты всё это знаешь?
- А это не очевидно? - Нарисс засмеялся. - Дорогая мама рассказала мне эту историю и добавила, что я могу использовать имя Фрэнсиса, чтобы растопить твоё ледяное сердце. Другое дело, что это оказалось лишним: после переворота ты стала моя.
- Ещё не твоя.
- Ещё одно словцо в этом духе - и пожалеешь.
Нарисс был так цинично откровенен, что это было где-то даже забавно. Если бы не тупая боль в сердце, я бы расхохоталась.
- А ты? - произнесла я, глядя на Нарисса. - Тебе тоже стоит «знать своё место»?
- Мне-то с чего? - изумился Нарисс. - Я хозяин своего клана. И твоего, если не забыла, тоже.
Он подхватил меня под руку.
- Нам пора, - бросил он. - Хорошо, что ты выглядишь пришибленной, но всё же улыбайся, улыбайся. Хозяйкой в доме ты выглядеть не должна, но и бесцельно волочащейся куклой -тоже. И скажи спасибо, что этикет пока не позволяет жениху приходить на собственную помолвку с любовницей.
Должно быть, мой ответный взгляд был полон бешенства, потому что Нарисс вновь удовлетворённо улыбнулся.
- Твой Фрэнсис мёртв, - произнёс он чуть ли не с наслаждением. - Твоя сестра сбежала. А Альто уже о тебе и думать забыл. Поверь, ему на тебя плевать, если ты надеялась на его заступничество. У него этим вечером дела поважнее.
- Какие дела? - быстро спросила я.
Но Нарисс лишь бросил на меня насмешливо-торжествующий взгляд и подтолкнул к двери.
В главный зал цитадели клана Равьер я вступала со смешанными чувствами. Мой дом. Моя крепость. И одновременно - миг торжества мужчин.
И их спутниц, как я тут же убедилась, обведя взглядом зал.
Будто яркие птицы слетелись в пёструю оранжерею. От платьев рябило в глазах, и каждый из этих нарядов стоил десятки и сотни тысяч. Не каждая риния могла позволить себе такой туалет. Похоже, захватчики успели уже поделиться со своими новыми фаворитками нашим наследством. Интересно, увижу ли я на ком-то из них своё платье?
- Очаровательны, правда? - прошептал мне на ухо Нарисс. - Как жаль, что я не буду тебе верным мужем.
- Умираю от горя, - сквозь зубы ответила я.
Одни девушки стояли безразлично, словно трофейные куклы. Другие окидывали обстановку жадными взглядами, третьи жались к кавалерам, словно попали на аристократический приём в первый раз. Впрочем, почему «словно»?
- Теперь они станут хозяйками жизни, - произнёс знакомый голос за моим плечом. -Вашими новыми хозяйками. Уверен, им это понравится.
Я обернулась. Энцио отсалютовал мне бокалом.
- Поздравляю с помолвкой, - без улыбки произнёс он. - Нарисс, ваше заявление. Вы оба выучили его наизусть, я надеюсь?
Я мрачно вспомнила листок со своей речью, забытый у зеркала. Учить там оказалось нечего
- пара абзацев. Кстати, стиль у этой речи был очень знакомый.
- Альто писал? - безразлично поинтересовалась я.
Энцио хмыкнул:
- Кто же ещё. Когда речь идёт о том, чтобы сохранить свою драгоценную собственность, он и любовный роман накатает.
Нарисс криво ухмыльнулся:
- Лишь бы на чужих невест не поглядывал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Но я вас задерживаю, - спохватился Энцио. Он изысканно поклонился, указывая на пьедестал в центре зала. - Прошу.
Мы с Нариссом проследовали в середину зала под шепотки собравшихся.
- .. .Снежная принцесса...
- .А какое бесстыдное платье! Я бы руку отдала за такое.
