песочные часы, стоявший чуть с боку пикап с крупняком в кузове. Возле машин скучковавшись по группам, курил собравшийся в рейд народ. Оглядев недовольно это разномастное сборище, кто на что горазд, Настя, вспомнив порядок и дисциплину среди солдат внешнего экспедиционного корпуса, сердито наморщив носик отправилась к головному БМП от которого ей навстречу выдвинулся командир машины передового дозора, Кудрявый. После его рапорта.
— Начальник, все в порядке можно двигать за жратвой.
Настя, едва удержалась от захлестнувшего ее желания свернуть шею этому недоумку. Очередная обезьяна, ничего не понимающая в мире Улья, решившая что если забраться в бронемашину и выставить вперед ствол орудия, то жизнь удалась. Собрав всю волю в кулак, она, с усилием сдержавшись, сказала.
— Выдвигаемся.
Устроившись в кабине первого грузовика, женщина, покосившись на водителя, явно боявшегося ее как ядовитую змею и оттого сместившегося к своей двери, рявкнула, чувствуя, что накатившее раздражение начинает только нарастать, ядовитым плющом оплетая ее душу.
— Сел ровно, пока в окно не выпал.
Водитель, осторожно, стараясь не делать резких движений поправил свое положение на дерматиновом сидении, непроизвольно снова скатываясь к двери. Да хрен с ним, пусть едет как едется-подумала Настя, вальяжно разваливаясь сразу на двух сидениях.
— Звать как?
Спросила она его, под мерное покачивание многотонного грузовика с грузчиками в обшитом железом кузове.
— Меня то? Так Баранка и окрестили. Я сюда со своим КамАЗом и попал. Дальнобоем был в прошлом.
Ответил мужчина, опасливо косясь на свою пассажирку. А Настя, уловив в своем настрое на фоне раздражения, желание его вылить на кого ни будь, продолжила разговор, ошарашивая Баранку.
— Баранка, звучит романтично. Дальние дороги, города, веси, разные люди, встречающиеся в рейсах. Ворох философии по пути, мелькание свежей разметки. Ты мне начинаешь нравиться.
И она двинулась по сидениям к ошарашенному мужчине поближе, касаясь его плеча своей кистью.
— Вижу, что камуфляж староват и не зашит. Один в Улье маешься бедолага. Жена тебе нужна что бы следила за тобой, а то получается такой видный дяденька и не ухожен.
После, многозначительно замолчав, женщина вопросительно уставилась в испуганно вжавшегося в дверь кабины грузовика Баранку. Улыбнувшись про себя, настроение начало меняться, Настя, сменив ласковый тон на гневный рык продолжила.
— Ты что обезьяна блохастая затих и сопишь как при онанизме? Я тебе сученку намеки на замуж делаю, а ты из машины норовишь сбежать. Я что по-твоему, страхолюдина подзаборная, кикимора болотная из тины вылезшая да никому не нужная. Ну паскуда я тебя запомнила я не злопамятная я записываю, помяни мое слово, женщины такие обиды не прощают.
И гневно сверкнув глазами отсела назад, поближе к своей двери сверля взглядом мокрого и белого как полотно Баранку. Видя, как тот заикаясь пытается что-то выдавить в свое оправдание, Настя, почувствовала, что все-таки утро не пропало даром, а настроение неосознанно поползло в верх, радуя видами из прорези в металлической накладке на окно. Ого они уже выехали за пределы стабильного кластера Мирного. Неплохо она отвлеклась на обезьяну за рулем, теперь главное, чтобы эта тварь в дороге не зажмурилась как говорит Седой. Может ему половинку своей шоколадки подкинуть-подумалось ей разворачивающей шуршащую обертку плитки горького шоколада. Хотя не поможет, что-то он совсем приуныл, чует обезьянка что в этом мире он никто, дрессированная обезьяна, ведущая машину до первой серьезной твари, обыватель. Ее от внутреннего веселия отвлекла заработавшая радиостанция. Докладывал передовой дозор под командованием Кудрявого.
— Там эта, впереди стая какая-то большая. Нам что, палить или как?
От услышанного вопроса Настя едва не взвыла. Она всего ожидала в рейде, включая попытку своего убийства, но такого идиотизма предвидеть не могла. Взяв тангенсу рации, женщина ровным голосом проговорила.
— Кудрявый подъезжай к передовому грузовику, смена руководства передового дозора.
В прозвучавшем в ответ.
— Есть.
Было столько радости что ей стало явственно, без крови эта поездка не пройдет. Нельзя так бояться ответственности за забором. Тот, кто прячется за другим будет съеден первым. Не забыв про Баранку, она, повернувшись к тому, зло стрельнув глазками, проговорила.
— Вы смотрите мне тут не шалите. Я тебя запомнила если что.
И несмотря на свои немаленькие габариты, ловко с пружинив на землю, отправилась к подъехавшему БМП. Устроившись на месте командира машины, Настя как-то буднично натянула на свою лысую голову шлемофон и поправив ларингофон, скомандовала экипажу.
— Выдвигаемся к замеченной стае.
Затем в общий канал.
— Второй коробке, переместиться в голову колонны, крупняк замыкающий. Колонне снизить скорость и увеличить дистанцию между машинами. Возможно придется разворачиваться на запасной маршрут.
Замеченная стая, бредущая по дороге в сторону скорой перезагрузки на самом деле оказалась весьма крупной. За эти месяцы неразберихи, регулярные рейды проводились редко поэтому популяция зараженных стремительно разрасталась. Быстро прикинув силы местных, Настя, радуясь, что можно хоть на ком-то, по-настоящему выместить свою утреннюю злость в полной мере, скомандовала экипажу.
— К бою.
БМП притормозив начала огневую работу по заметавшимся зараженным. Слаженно, четко поражая побежавших им на встречу тварей, вопреки ожиданию Насти. Стая, считая себя единственным хищником в округе, яростно атаковала посмевшего убивать ее членов. Настя, неведомым ей восприятием, чувствовала ту ненависть, с которой их хотели разорвать зараженные. У нее даже мурашки пошли по коже от волны единого ощущения злобы, обращенной на них тварями. Наконец последний зараженный попав под огонь, упал, разорванный на пополам и проход для колонны освободился. Тут же раздалось по внутренней связи.
— Командир, собрать бы добро. Столько намолотили, пропадет труд ратный.
Женщина, снова уловила в душе разрастающееся недовольство. Как же после железной дисциплины солдат внешнего экспедиционного корпуса тяжело командовать стабовскими. Отсюда и все ее победы что легендами, передаваемыми из уст в уста на посиделках в барах, расходятся по миру Улья, нет порядка и единства среди противостоящей ей стороны. Да, вон мимо добра из местных пройти не могут, пусть смертельно опасно все одно, надо. Но сколько не гни палку рано или поздно она сломается что бы это понимать не нужно иметь семь пядей во лбу.
— Как там тебя?
Спросила в шуме работающего двигателя она, прижав ларингофон плотнее.
— Зубастым крестили, командир.
Ответил ей в шлемофоне веселый голос.
— Подъезжай ближе к центру бойни. У вас на все про все минут пять поэтому берете только горох да вожака рубера вскроете, а там колонна подойдет. Я сверху на прикрытии, время пошло.
БМП клюнув носом замерла на месте, только глухо лязгнули люки, из которых за ценностями Улья рванули мужчины. Разместившись с верху на броне, Настя, привычно просканировала своим даром сенса округу и уловив
